Чтение онлайн

– Мистер Бримли, как это случилось?

Не успел дворецкий ответить, как заговорила кухарка:

– Он спустился, спокойный, как всегда, и объявил, что нужен серьезно раненный, потому что этот мерзавец Жан-Пьер де Гиньяр ищет Мстителя и едет сюда. Мы, слуги, слыхали кое-что про вдовий дом, но нам невдомек, зачем мистер Бримли сотворил с собой такое. Как только он выведал про де Гиньяра, мы… ну… Он так хорошо распределяет работу, и мы думали, он назначит, кто из нас должен пораниться.

Эмма ошеломленно смотрела на дворецкого. Выходит, морикадийцы знают… Она была потрясена тем, на что решился Бримли, чтобы спасти их всех.

– Вы отрезали себе палец?

Дворецкий твердо взглянул на нее.

– Я никогда не попросил бы кого-то из персонала сделать то, что не сделал бы сам.

– Принесите мне ледяной воды, – обратилась Эмма к кухарке. – Мистер Бримли, где отрезанный палец?

– Вот. – Он вытащил из нагрудного кармана окровавленный носовой платок и протянул ей.

– Попробуем вернуть его на место, – сказала она.

– Разве палец не будет гнить? – Тощий мальчишка-посыльный, округлив глаза, смотрел на Эмму как зачарованный.

– Трудно сказать, – ответила Эмма. – Но стоит попробовать. Если попытка кончится неудачей, палец можно потом ампутировать.

– Если вы приставите его обратно, как же убедить этого убийцу детей, де Гиньяра, что мистер Бримли ранен? – спросил один из садовников.

– Мы очень осторожно снимем бинты и покажем ему. – Она опустила руку Бримли в миску с водой. – У меня такое впечатление, словно этот Жан-Пьер еще хуже принца.

– Все де Гиньяры – дьявольское отродье. Но у этого глаза так горят от злобы, что кажутся белыми. – Кухарка вздрогнула, ее полное тело заколыхалось как желе. – Он стреляет в родных свои же солдат. Нелюдь!

– Послушайте! – Бримли дернулся, будто хотел хлопнуть в ладоши, чтобы привлечь внимание. – Де Гиньяр будет здесь с минуты на минуту. Уберите этот беспорядок. Окровавленные тряпки оставьте в корзине, не выбрасывайте их в мусорную кучу. Если он станет искать их, нам нужно иметь доказательство случившегося. Юные леди, я очень тронут, что вы оплакиваете мой мизинец, но это всего лишь мизинец, а я всего лишь британец.

– Больше нет, мистер Бримли, – сдавленным голосом проговорила Тиа. – Теперь вы один из нас.

Служанки снова заголосили.

– Я ценю ваши чувства, но довольно! Если хотите плакать, идите в свои комнаты. Мы должны вести себя так, будто все вошло в нормальный ритм. А теперь по местам! Принимайтесь за дела, а если не можете, то, когда появится де Гиньяр, на глаза не показывайтесь! Помните, безопасность Мстителя зависит от вас.

В течение минуты кухня опустела, остались только кухарка с тремя помощницами и две судомойки. Они начали хлопотать над приготовлением ужина. Одна из помощниц всхлипывала, и за это кухарка наградила ее оплеухой. Служанка подошла к столу с ведерком песка и мокрыми тряпками, чтобы соскоблить пятна. Взглянув на обрубок пальца Бримли, из которого еще медленно сочилась кровь, она бросилась к помойному ведру, и бедняжку вывернуло.

Эмма вытерла руку дворецкого.

– Мне следовало раньше позаботиться о жгуте, – сказал Бримли. – Но мы хотели продемонстрировать море крови.

– Не обязательно было разливать повсюду вашу. Тут хватает животных, мистер Бримли, – откликнулась от печи кухарка.

– Об этом я не подумал, – сказал дворецкий.

– Возможно, вас отвлекла серьезность задачи. – Эмма тщательно приложила палец к обрубку. – Я пришью его позже, когда будет время, а пока мы его прибинтуем. – Что она и сделала, стараясь, чтобы обе части плотно касались друг друга.

В дверь ворвался Генрих.

– Де Гиньяр на подъездной аллее!

Бримли кивнул.

– Молодой человек, помните, чему я вас учил. Вы старший лакей в доме лорда Фанчера; ведите себя с достоинством.

Генрих поклонился, точно копируя величественные манеры Бримли, повернулся и направился в холл.

– Генрих далеко пойдет. – В голосе Бримли слышалась гордость. – Теперь, мисс Чегуидден, идите, пожалуйста, в библиотеку, садитесь на виду и читайте. Думаю, это правильная тактика.

– Вы должны лечь, мистер Бримли, – сказала Эмма.

– Да, ноги что-то дрожат. – Дворецкий выглядел утомленным. – Если кухарка приготовит мне чашку чаю, полагаю, мне станет лучше.

Эмма спрятала под стол медицинскую сумку и взглянула на забинтованный палец Бримли. Ей не хотелось оставлять дело незаконченным, но она послушно поднялась в библиотеку, взяла наугад книгу и устроилась в кресле.

И как раз вовремя, поскольку Генрих открыл парадную дверь и нараспев произнес:

– Добро пожаловать, мистер де Гиньяр.

Жан-Пьер вошел, грохоча сапогами по мраморном полу.

– Где она? Где мисс Чегуидден?

Эмма краем глаза видела, как он помчался дальше. Шляпа де Гиньяра была низко надвинута на лоб, черный плащ развевался на ходу.

– Она в библиотеке, сэр. Если позволите, я доложу о вас…

Эмма услышала, как зашелестел его плащ, когда Жан-Пьер резко повернул, и с притворным удивлением подняла глаза.

Жан-Пьер стоял в дверном проеме, осматривая Эмму с головы до ног. Кухарка была права – глаза у него белесые, черные зрачки похожи на бездонные дыры.

– Мисс Чегуидден? – Он даже не снял шляпу.

– Да, но я не знакома с вами, сэр, – сказала она.

– Я Жан-Пьер де Гиньяр.

– Кузен принца Сандре?

– Мне льстит, что вы слышали обо мне. – Он не мог откровеннее продемонстрировать свой сарказм и презрение. – Что вы делаете?

Она перевернула книгу, взглянула на корешок, на котором значилось «Когда мир был молод. История избранных», потом посмотрела на визитера, словно сомневаясь в его наблюдательности.

– Я? Читаю…

– Мне сказали, вы лечили в этом доме какого-то раненого.

Значит, Бримли прав.

– Да. Наш дворецкий мистер Бримли сегодня утром поранился. Но сейчас мои услуги ему не нужны. – Эмма встала, положила книгу и шагнула к Жан-Пьеру.

От него пахло абсентом. Значит, он пил, а по ее опыту, человек от этого становится неуравновешенным.

Эмма говорила твердо. Смотрела ему в глаза. И не боялась.

– К чему этот допрос, мистер де Гиньяр? Что случилось?

– Покажите мне эту рану, ради которой вы остались дома и не пошли на чаепитие.