Чтение онлайн

— Мне нравится.

Я киваю.

— Если нужны рекомендации мест для посещения, я уверена, что могу дать несколько идей. Я не была во многих местах, ведь пробыла здесь недолго, но я рада рассказать о тех, которые посетила.

После этого разговор принимает легкомысленный оборот. Маршалл говорит мне, что хочет найти приличный спортзал, а я сообщаю ему, что в Шелл — Харборе есть только один, и я не знаю, насколько он приличный. Точно так же, как есть только один продуктовый магазин и одна библиотека, тогда как в соседнем городе выбор намного больше.

К тому времени, как мы допили кофе, а торт превратился в крошки, я чувствую себя достаточно комфортно, чтобы расслабиться на стуле. Я могла бы часами сидеть здесь и разговаривать с Маршаллом, но я не люблю оставлять Тома взаперти в доме одного.

К сожалению, после того, как Маршалл платит за наш кофе и угощение, я поднимаюсь на ноги. Мои наземные ноги начинают болеть, если я слишком долго сижу, и я чувствую, как они протестуют, когда я встаю.

— Спасибо за кофе, Маршалл, но мне нужно вернуться домой к моей собаке. Я не хочу оставлять его внутри надолго.

Он кивает.

— Было очень приятно снова тебя увидеть.

Мне не нравится, как мой желудок переворачивается в предвкушении ухода.

— Я действительно хорошо провела время.

Он снова кивает.

— Может, мы могли бы увидеться снова когда — нибудь? — предлагает он, снимая пальто со спинки деревянного стула. — Я бы хотел пригласить тебя на обед.

— Я бы хотела этого, — я ловлю себя на мысли, что говорю, не задумываясь об этом. И как только я это делаю, я понимаю, что хочу лучше узнать Маршалла. Не то чтобы я знала много людей в Шелл — Харборе. Я, конечно, люблю Венди и детей, с которыми работаю, и я все еще надеюсь, что Сойер придет в себя, но есть что — то уникальное в том, чтобы быть рядом с Маршаллом. Я не могу точно объяснить, почему это так, но я чувствую, что меня понимали, даже если он не знает всей правды.

Когда мы собираемся расстаться, Маршал неожиданно обнимает меня. Ничего особенного, всего лишь одна рука, неловко обхватившая мои плечи, но от этого ощущение тепла распространяется по всему моему телу. И он просто… так хорошо пахнет.

— Тогда я тебе скоро позвоню? — спрашивает он.

— Я с нетерпением жду этого.

Затем он, кажется, замечает что — то интересное позади меня, потому что выглядит немного озадаченным, а затем хмурится, глядя на меня.

— Ты случайно не знаешь этого парня? — спрашивает он.

— Какого парня? — я вздрагиваю, поворачиваюсь, и мой взгляд останавливается на Сойере, который стоит в очереди внутри «Мокко Пот», только он повернулся и смотрит на нас обоих. И он не выглядит счастливым.

— Парень, который угрожал мне смертью с тех пор, как я обнял тебя, — смеясь, отвечает Маршалл.

— О, эм, да, я его знаю, — мое сердце колотится, хотя я не знаю, почему. Я внезапно чувствую себя виноватой за то, что нахожусь здесь с Маршаллом, и я тоже не знаю, почему. Я, конечно, не нарушаю никаких правил, когда дело касается Сойера — похоже, мы даже больше не друзья.

Я быстро машу Сойеру рукой и улыбаюсь, и он в ответ поднимает ладонь, что кажется ответом. Затем он поворачивается, чтобы заплатить за кофе, и я воспринимаю это как сигнал к выходу.

Глава пятая

Две недели спустя

Вода капает с моих рук, когда я вытаскиваю себя из озера, чешуя моего хвоста сияет, как опалы на солнце. На одной из скамеек висит полотенце, которым я вытираюсь, выжимая холодную озерную воду из промокших волос. У меня только что был семиклассник, и я в восторге. О моей школе плавания ходят слухи, и кажется, что каждый новый день приносит нового ученика. Все дети сейчас вытираются в помещении, и это единственный раз, когда я могу безопасно выйти из воды, чтобы вытереться и восстановить ноги. Я ловлю себя на том, что улыбаюсь, вспоминая их восторженные лица.

Улыбка длится, пока я не вспоминаю Сойера, который до сих пор мало говорит со мной. Трудно избегать его, когда я должна видеть его каждую неделю на уроках его детей. Я понимаю, что он изо всех сил старается избегать меня, и я должна задаться вопросом, не является ли одной из причин то, что он видел меня с Маршаллом. Он просто выглядел… более раздраженным, чем я когда — либо видела его.

Человек, о котором идет речь, внезапно появляется на покрытом травой берегу, будто его вызвали. Я быстро оборачиваю полотенце вокруг живота, чтобы сохранить личное. Да, мой хвост превратился в ноги, но на мне нет плавок.

Понимая, что я вытираюсь, он демонстративно отворачивается, пока говорит.

Я быстро наклоняюсь и хватаю плавки из — за дерева, где я их спрятала, натягиваю их на свои длинные ноги и выгляжу уже приличнее.

— Я одета, — говорю я.

Он кивает и поворачивается ко мне лицом, и его щеки краснеют, когда его глаза мгновенно осматривают меня с головы до ног — будто он ничего не может с собой поделать. Он прочищает горло и снова смотрит мне в глаза.

— Плата за эту неделю, — начинает он, вытаскивая деньги из кармана.

— Учитывая тот факт, что я должна тебе за разбитое окно, ты должен оставить себе плату за уроки на этой неделе и, возможно, в этом месяце, — я делаю паузу. — На самом деле, я не знаю, сколько стоит замена окна.

Он беззаботно отмахивается.

— Я хозяин, я отвечаю за такие вещи.

— Ты не в ответе за то, что Каллен вломился.

Он смотрит на меня.

— Как и ты.

— Я просто… мне было бы лучше, если бы я могла отплатить тебе.

Его челюсть напряжена.

— И мне было бы лучше, если бы ты этого не делала.

Я не понимаю его. Он практически игнорировал меня с тех пор, как мы увиделись в кофейне «Мокко Пот», но теперь он настаивает на роли благородного рыцаря.

— Хизер действительно радуется, а Тейлор немного продвинулся. Ты — отличный учитель, — я знаю, что он намеренно меняет тему, но я не возражаю. Другая вела в тупик, и тишина между нами становилась неловкой.

Его добрые слова имеют оттенок неловкости. На короткую секунду я чувствую панику внутри себя, и мне интересно, не ведет ли этот разговор к тому, что он отменяет уроки для детей.

Он переминается с ноги на ногу, стряхивая воображаемую грязь со своих чистых джинсов.

— В прошлый раз, когда я был здесь, — начинает он, хмурясь, — я был довольно… бесчувственным, и я, ммм, не хочу, чтобы ты думала, что я пытаюсь тебя избегать.

Тем не менее, он это делает, но я держу рот на замке, полагая, что нет смысла говорить об этом. Надеюсь, он пытается загладить свою вину, и если это так, то я только за. И я достаточно умна, чтобы понять, что, когда мужчине нужно высказаться, нужно ему позволить, а Сойеру есть что сказать. (Мужчины, как я поняла, с трудом выражают свои чувства. Поэтому, когда мужчина пытается высказать то, что у него на сердце, лучше дать ему столько времени, сколько ему потребуется. Женщины, как я обнаружила, могут рассказать о своих чувствах в течение нескольких секунд.) Я стараюсь не поддаваться тревоге, но все же глупо позволяю себе чувствовать надежду.