Чтение онлайн

Глядя за Вивьен, я замечаю, что двум девочкам, о которых идет речь, лет девять или десять, может, разница между ними всего год. Они застенчиво улыбаются из — за спины матери, не совсем желая показывать себя.

— Да, у меня есть место еще для двоих, — мягко отвечаю я и машу им, пока выплескиваю хвост из воды, и они обе ахают от благоговения.

— Вау, этот хвост — нечто! — говорит Вивьен, и мое сердце сжимается, пока я не осознаю, что она не знает, настоящий ли он. — И я так рада, что у вас есть место для моих девочек. Спасибо, — продолжает Вивьен. — Я изо всех сил пыталась найти хорошего инструктора по плаванию, и мой муж говорит, что девочки должны были научиться плаванию много лет назад, — затем она поворачивается лицом к своим детям, тянет их вперед. — Джессика, Оливия, поздоровайтесь.

Конечно, я рада услышать, что Вивьен замужем, даже несмотря на то, что корю себя за то, что вообще беспокоюсь. Не то чтобы мы с Сойером были чем — то большим, чем просто друзьями, и я начинаю задумываться, а остались ли мы такими. В любом случае, у меня нет к нему претензий, поэтому, если бы он встречался с другой женщиной, у меня не было бы права расстраиваться.

— Здравствуйте, — кричат девочки в унисон, и каждая улыбается. У Оливии не хватает нескольких молочных зубов.

— Ничего, если я останусь смотреть? — спрашивает Вивьен.

— Конечно, но… гм, я еще не сказала… цену, — я чувствую себя глупо, не в своей тарелке. У меня никогда раньше не было работы ни на суше, ни где — либо еще, поэтому я не могу не задаться вопросом, правильно ли я это делаю? Я должна упомянуть цену так рано в разговоре? Иногда я задаюсь вопросом, создана ли я для жизни на суше…

Вивьен, по крайней мере, не замечает моего колебания.

— Меня не беспокоит цена. Я заплачу, чего бы это ни стоило, лишь бы мои девочки развлекались. И я сказала о вашей школе плавания кое — кому из родителей в городе — и все потому, что Сойер клянется, что вы — лучший учитель плавания в городе.

Я улыбаюсь, удивленная и невероятно благодарная ей за распространение информации. Мне пригодится много клиентов. И я делаю мысленную пометку поблагодарить Сойера за его добрые слова позже.

— Как мило, спасибо.

В этот момент Сойер, Хизер и Тейлор неторопливо идут по травянистому берегу, ведущему к озеру. Он улыбается, когда видит меня, и машет рукой Вивьен, но ничего не говорит, вместо этого усаживаясь на одну из старых скамеек на берегу озера. Вивьен присоединяется к нему, и они начинают говорить, пока я задаюсь вопросом о характере их отношений. Кажется, она… интересуется Сойером. Не то чтобы я могла винить ее, он необыкновенно красив. Да, Вивьен упомянула, что она замужем, но, как я начинаю узнавать о человеческой культуре, иногда это не имеет значения.

Я позволяю взгляду задержаться на Сойере, и Хизер дергает меня за руку и говорит:

— Что мы сегодня выучим?

Возвращаясь к реальности, я поворачиваюсь к четверым детям, которые с нетерпением смотрят на меня. Четыре! Я очень рада, и впервые я действительно чувствую, что эта школа может куда — то стать чем — то серьезным.

— Что ж, — медленно начинаю я, — у нас сегодня двое новых детей, так что начнем со знакомства. Джессика, Оливия, вы когда — нибудь раньше плавали?

Самая старшая, Джессика, качает головой. Она еще даже не погрузилась в воду, вместо этого она все еще сидит на краю озера, и только ее нога скользит по поверхности.

— Мама не любит, когда мы делаем что — то опасное, — объясняет она.

— Все в порядке, — подхватывает Тейлор, — мы тоже никогда раньше не плавали; но мисс Ева хороший учитель.

Я сдерживаю смех, в моем животе скапливается тепло, несмотря на прохладную воду. Они милые, и их бесконечное удивление и оптимизм помогают мне отвлечься от вчерашнего кошмара. И вопросов, которые сейчас мучают меня о Сойере и Вивьен.

По ходу урока я начинаю полностью забывать о Каллене и нападении. Дети Сойера как родные с водой, однако Джессику нужно больше уговаривать. Сначала не помогает даже энтузиазм ее младшей сестры, и требуется почти двадцать минут, чтобы убедить ее намочить ноги.

— Все в порядке, — тихо говорю я. Я слишком хорошо знаю, что Сойер и Вивьен наблюдают за мной, и чувствую искру беспокойства, нервничая, что они решат, что я плохо справляюсь. В конце концов, если я даже не смогу заставить одну из девочек погрузиться в воду по колено, какой от меня толк? Я смотрю на Сойера, надеясь на утешение, но он даже не улыбается мне. Стараясь не выглядеть обиженно, я снова поворачиваюсь к Джессике. — Я буду держать тебя все время, обещаю. Здесь ты в безопасности, и я позабочусь о том, чтобы тебе было удобно, хорошо? — Джессика кивает, и я продолжаю. — А теперь держись за мои руки и медленно опускайся в воду.

Она не шевелится. Даже когда трое других детей предлагают ей добрые слова поддержки, она не хочет даже пытаться. Ее голубые глаза огромные, пока она смотрит на просторы озера, а потом вдруг я понимаю. Она боится не плавания, а большого темного озера. Возможно, бассейн был бы лучше…

— Джессика, — говорю я тихо, — ты боишься, что в воде что — то есть?

Она тихо кивает.

— Здесь нет ничего, кроме нас, — уверяю я ее и прыгаю в воду, проплывая озеро по всей его длине, а мой хвост то поднимается из воды, то погружается в воду, а дети с благоговением смотрят на меня. Когда я подплываю к Джессике и беру ее за руку, она чуть более отзывчива. — Озеро не страшное, оно красивое. Здесь нет ничего, что могло бы причинить тебе боль, хорошо? — говорю я с широкой улыбкой.

Джессика кивает, закусив губу. В конце концов, она сжимает мои руки так сильно, что становится больно, но мне все равно, потому что она с плеском скользит в воду. Она даже хихикает, когда на нее попадает вода, и ей удается немного застенчиво сказать «спасибо».

Дальше дела идут более гладко. Дети — ангелы и делают все, что я прошу, с энтузиазмом. Маленький Тейлор, кажется, особенно любит баттерфляй, даже если он слишком нетерпелив и посылает волну, обрушивающуюся на нас с каждым ударом. Оливия и Хизер визжат, когда вода смачивает их волосы, а Джессика смеется и, наконец, начинает расслабляться.

Урок закончился слишком рано, час подходит к концу. Я помогаю детям выбраться из воды, и они берут свои полотенца, а я смотрю. Затем я отправляю их в дом, чтобы они высохли и переоделись, а я бездельничаю в озере, ожидая, пока все уйдут, чтобы я могла быстро вернуться к своим человеческим ногам.

— Что я должна? — спрашивает Вивьен, вставая со скамейки и направляясь к озеру.

— О, мы можем решить это позже, — отвечаю я, и мое сердцебиение начинает учащаться, когда я задаюсь вопросом, будет ли она ожидать, что я выйду из воды и займусь делами прямо здесь и сейчас — что — то, чего я не могу сделать. — Я собираюсь сделать несколько кругов, прежде чем следующие дети придут на урок через несколько минут, — объясняю я, хотя это не совсем правда.

Вивьен, кажется, довольна объяснением и быстро кивает мне.

— Отлично. Тогда увидимся на следующей неделе.

— Хорошо! Спасибо!

Она кивает, и я смотрю, как она идет по траве к дому, где ее уже ждут дети. Они машут мне, и я машу в ответ, наблюдая, как они втискиваются в ее серебристый внедорожник «Мерседес», прежде чем он начинает неторопливо ехать по моей подъездной дорожке и, сворачивая направо, исчезает дальше по дороге.

Когда я вижу, как Сойер встает со скамейки и идет ко мне, я широкой улыбкой подзываю его ближе, и он не сопротивляется.