Чтение онлайн

Слуга метнулся пулей в соседнюю комнату и не успел король отправить в угол табурет, Джон уже подавал доспехи.

– Хватит, нужно заканчивать эту нелепую игру, - сказал король, смотря в зеркало.

– Прошу прощения, ваша светлость, - слуга непонимающе уставился на короля.

– Что?
– в свою очередь переспросил король и словно очнувшись, огляделся вокруг, - я не тебе, не обращай внимания. Подай мой меч. Надеюсь, он мне не пригодится.

Слуга немедленно повиновался и тяжелый меч, усеянный багровыми рубинами, оказался у него на поясе. Король взглянул на себя в зеркало и решительно вышел в темный коридор. Слуга семенил следом за королем со свечой в руке. Однако король так хорошо знает замок, что с закрытыми глазами найдет путь. Во дворе стояло целое войско в полной боевой готовности. Королю подвели лошадь. Черного жеребца, нетерпеливо бьющего копытом сырую землю. Король молниеносно вскочил в седло, и, развернувшись, дал команду всадникам " вперед". Конный отряд бесшумно двинулся в путь. Дорога предстояла не долгая, замок Ноттингем находится всего в получасе езды.

Впечатляющее зрелище: по темным улицам города двигается безмолвный отряд. Всадники облачены в блестящие доспехи, которые золотыми бликами вспыхивают в одиноких факелах придорожных трактиров.

Темное пятно замка приобретало отчетливые очертания по мере приближения. Отряд разделился на две части, а несколько всадников ускакали в сторону.

– Куда они?
– кивнул король Уильяму Монтегю.

– С северной стороны замка есть потайной ход, - склонившись над ухом короля, пояснил Монтегю, - они проникнут и откроют ворота, а там дело за малым.

– Было бы хорошо не наделать шума в замке. У Мортимера нюх, как у охотничьей собаки, - так же тихо проговорил король.

Разговоры прекратились, перед подъездными воротами отряд остановился. Долго ждать не пришлось. Буквально сразу же мост опустился и ворота открыли те люди, что поехали вперед.

– Молодцы, четко сработали, - похвалил король.

Стража в мгновение ока обезоружена. Путь открыт. Король первый ступил в просторный коридор замка. Слуги спят, нигде никого не видно. Уильям Монтегю, вошедший следом за королем, прислушался. В дальнем углу коридора пробивался тусклый луч света. Он прошел и прислонился ухо к двери. Король подошел к графу.

– Нам необходимо арестовать Уильяма Монтегю, - говорил Роджер Мортимер, - я уверен, что он готовит очередной заговор против нас. Мы должны последовательно убирать людей, которые могут внести смуту в разумы простых людей. И заметьте, господа, слова Монтегю имеют большое значение для Эдуарда III. А мы не можем допустить, чтобы король вернул себе власть.

– Мой сын, очень молод и прислушивается к моим советам, - вступила в разговор Изабелла, - но Монтегю постоянно крутится рядом и может шептать ненужные слова на ухо Эдуарду III. Мой мальчик такой впечатлительный, что я боюсь, как бы он не стал прислушиваться к плохим советам.

Больше слушать король не мог. Он узнал все, что ему было необходимо.

– Я не хочу, чтобы мать видела меня, - шепнул король, - я останусь здесь, а вы действуйте, - сказал король и отошел за двери. Монтегю сделал знак солдатам, и они ворвались в большой зал. Послышались крики, скрежет мечей, шум перевернутых столов. Король стоял, укрывшись за дверью, но ему отчетливо было видно происходящее.

Как только дверь распахнулась, и солдаты ворвались, Мортимер подскочил и выхватил меч. Изабелла вскрикнула и кинулась к нему, но Хью Теплингтон ловко перехватил королеву и аккуратно швырнул в дальний угол. Мортимер ринулся на него и нанес смертельный удар. Это единственная жертва со стороны короля, если не считать раненных. Бедняга рухнул на пол, преграждая собой путь к бегству Роджеру. Потом началась полнейшая неразбериха - полетели стулья, посуда со стола, а кто-то умудрился добраться да кочерги и стал размахивать ее, словно саблей. Но смельчака быстро успокоили, обрушив тяжелый стул на его большую голову. Спустя несколько минут все затихло. Мортимер связанный сидел на стуле, королева так и осталась лежать на полу, издавая приглушенные рыдания.

– Уводите этого милого человека, - улыбнувшись, сказал Уильям Монтегю, - я оказался проворнее вас, граф Марч. Ведь, именно такой титул вы получили, втеревшись в доверие к нашей королеве.

Мортимер сидел с поникшей головой, уставившись в пол. Уильям дал знак вывести Мортимера. Король вышел во двор. Когда эрла Мортимера подвели к лошади, король произнес два слова: " За Эдмунда" и ускакал далеко вперед отряда.

Вернувшись в замок, король отправился прямиком к себе и закрылся.

Эдуард III свалился на кровать бесчувственным телом. В голове короля звучали последние слова Мортимера. У него словно пелена спала с глаз.

– Как же долго матери удавалось водить меня за нос, - король перевернулся на бок и уставился в темную мглу за окном, - эта шайка собиралась разделаться со всеми неугодными, а потом дело дошло бы и до меня. Как мать могла позволить такому болвану приблизиться к себе так близко? Не понимаю! Хотя, она всего лишь слабая женщина. Пару ласковых слов, подарков и она уже развесила уши и готова на все. Мало того, что со смертью отца мне не все ясно, но буду надеяться королева тут ни причем. Хотелось бы в это верить. Все-таки они прожили с отцом много лет вместе. Но может, этот Мортимер умеет лучше говорить, чем отец. Но чтобы променять родного сына на какого-то ... даже слов не могу подобрать, - король схватился с кровати и принялся метаться по комнате, словно раненый зверь, - нужно успокоиться и рассуждать здраво, - говорил себе король, но все так же продолжал судорожно ходить по комнате. Наконец, взяв волю в кулак, Эдуард III лег в кровать и уснул.

Лучи утреннего осеннего солнца проникли в спальню короля, заиграв веселыми зайчиками на гобелене. Тучи разошлись, и король даже улыбался во время утреннего туалета. Хотя, он прекрасно понимал, что разговора с матерью не избежать. Но он уже принял решение и ничто не сможет его изменить. Взглянув в зеркало, и громко цокнув каблуками, Эдуард III вышел в гостиную и приказал подавать завтрак.

Король прошелся по гостиной, и остановился перед привезенной из Африки статуэткой большого слона. Вещица сделана из натуральной слоновой кости. Слон стоит на задних ногах, передние подняты, словно отпугивая врага, и хобот вскинут вверх. Не успел король поставить слона на камин, как дверь распахнулась и, словно бешеный вихрь, ворвалась королева. Она, рыдая, бросилась в ноги сыну.

– Мой мальчик, Роджера арестовали, как же так?
– Изабелла подняла полные слез глаза на сына.

При одном упоминании имени "Роджер", лицо короля стало каменным. Он поднял узкий подбородок и свысока посмотрел на мать.

– Поднимитесь сударыня, - твердо произнес король, - валяться на полу не годится королеве.

– Что будет с Мортимером?
– продолжала причитать Изабелла, - он такой смелый воин, и отличный политик.

– А Эдмунд Вудсток, что не был смелым воином?
– начиная закипать, спросил король.

Изабелла испуганно посмотрела на сына.

– Что молчите? Я все знаю, он казнен и все по вашей милости, - король топнул ногой, - это был самый смелый и преданный вам человек. Эдмунд, брат вашего покойного супруга. Вы что забыли? Даже кровное родство не остановило вас от убийства, - король уставился на мать. Его глаза стали темными и непроницаемыми.

– Он, он... был заговорщиком, - тихо произнесла королева.

– Уж точно, что был. И его не вернуть. Его смерть останется на вашей совести, - король закричал на Изабеллу, - да встаньте же, в конце концов. Перестаньте валяться на полу, он каменный, не хватает, чтобы вы заболели.

Король поднял Изабеллу и швырнул на стул с высокой спинкой ближе к огню. Королеву трясло, словно она продрогла под промозглым осенним дождем.

– Но что свершилось, того не изменить, - начала королева, - а Мортимера можно пощадить.

– Пощадить человека, который сказал, что нужно приложить все усилия, чтобы не допустить меня к власти?
– Эдуард III дошел до окна, но рывком развернулся к матери. Она сидела на стуле, нервно теребя складки платья. Жалкое зрелище, на нее невозможно смотреть. Изабелла всегда была сильной женщиной, всегда находила выход из спорной ситуации, знала рычаги управления людьми. Королева взглянула на сына. Видимо, она поняла, что потеряла контроль над ним. Он уже не ее маленький мальчик, а властный король.