Чтение онлайн

Студенты оживились. Прикладная алхимия по праву считалась у них любимым разделом лекарской науки, особенно та её часть, что относится к получению важнейшей составляющей любого зелья.

А главный целитель продолжил:

– Мы видим перед собой аппарат для возгонки так называемой "аквавиты", что на одном из древних языков имеет значение "вода жизни". Однако не стоит обманываться - в чистом виде полученный продукт смертельно опасен, и употребление его неразбавленным непременно приведёт к летальному исходу. Приготовленные на основе аквавиты зелья обязательно следует разбавить водой в пропорции один к восьми, и только ячменная вытяжка допускает разбавление один к трём.

Чучело зайца за спиной майор-магистра презрительно скривилось и показало неприличный жест. А норваец пробурчал:

– Слабаки...

Дон Хорхе услышал бурчание, и спросил:

– У вас есть возражения, рикс?

– Есть, - кивнул Вова.
– Ядовитость аквавиты сильно преувеличена неучами, и последние исследования норвайских учёных в очередной раз подтвердили это. И я могу подтвердить, если позволите.

– Вот как?
– прищурился дон Хорхе.
– Каким образом вы это подтвердите?

– Выпью!
– прокатившийся сдержанный гул содержал в себе оттенки недоверия и восхищения невиданной смелостью одновременно.
– Какая доза считается смертельной?

Главный целитель пошарил на полке за своей спиной и выставил мензурку граммов на пятьдесят:

– На самом деле рискнёте?

– Удвойте дозу!
– потребовал варвар.
– И дайте мне вон то зелёное из банки!

Дон Хорхе был не против преждевременной кончины самонадеятельного новичка, но счёл своим долгом предупредить:

– Недозрелые плоды южной пупырчатой лианы тоже ядовиты, и применяются в свежем виде исключительно для лечения ожогов и угревой сыпи. Для этого их следует измельчить в кашицу и... ну, это неважно. Образец, хранящийся в солевом растворе, сохраняет ядовитые свойства.

Вова опять подошёл к кафедре, перелил содержимое двух маленьких мензурок в одну большую, и достал из любезно поданной банки солёный огурец:

– Видите ли в чём дело, дон Хорхе... используя философскую концепцию отрицания отрицания отрицанием и зная о единстве и борьбе противоположностей... Ваше здоровье, сэр!

Майор-магистр широко открытыми глазами наблюдал за процедурой принятия смертельно ядовитой жидкости и нервно дёргал левым веком в такт глоткам норвайского рикса. А тот выпил, шумно выдохнул, похрустел солёным плодом южной лианы, вытер губы широким рукавом шёлковой мантии, и расплылся в довольной улыбке.

– Для чистоты эксперимента его следует повторить!

– Прямо сейчас!
– в глазах дона Хорхе загорелся огонь естествоиспытателя-камикадзе.
– А практические занятия проведут ассистенты. Вы готовы продолжить, многоуважаемый рикс?

Статс-секретарь появился в лаборатории главного целителя слишком поздно - увлеченный экспериментами майор-магистр заперся в кладовке с магическими ингредиентами и на стук не реагировал. Зато через несколько минут настойчивость господина Моргана была вознаграждена и дверь распахнулась.

Слегка покачивающийся северный варвар оглядел Джованни с головы до ног и задал неожиданный вопрос:

– Третьим будешь?

– В каком смысле, многоуважаемый рикс?
– поспешил уточнить статс-секретарь.
– Я пришёл по поручению сэра Артура и хочу видеть господина майор-магистра.

– Он здесь, - норваец показал себе за спину.
– Но третьим всё равно будешь!

Тщедушному Джованни ничего больше не оставалось, как подчиниться грубой силе. Варвар втащил его в кладовку и усадил за стол лицом к лицу с доном Хорхе. Тот поморгал остекленевшими глазами, и уверенно заявил:

– Я эту сволочь когда-то видел. Не помню где, но точно знаю, что подлец первостатейный. Ты посмотри, друг мой рикс, на его хитрую рожу.

– Смотрю, - согласился норваец, и вручил статс-секретарю глиняный стаканчик.
– Пей, хитрая сволочь. Или ты не уважаешь дона Хорхе?

Джованни главного целителя очень уважал и даже немного боялся, хотя в последнем не сознался бы даже под пытками. А вот дикий северный варвар после событий сегодняшнего утра пугал его до слабости в ногах и неприятных ощущений в желудке.

– Мне пить вот это?

– Ты идиот?

– Я статс-секретарь сэра Артура фон Юрбаркаса, ректора нашего университета. И он поручил мне...

– Да хоть апостол Павел, - перебил норваец.
– Никаких разговоров о делах, пока не выпьешь с нами. Правильно я говорю, дон Хорхе?

Майор-магистр величаво кивнул, едва не клюнув носом в оставшиеся на столе стаканы, и изрёк старинную мудрость, являющуюся неофициальным девизом лекарского факультета:

– Наука требует жертв!

Деваться некуда, и Джованни опрокинул в себя содержимое стаканчика. Будто расплавленный металл прокатился по глотке и провалился вниз, а всё вокруг расплылось из-за выступивших на глазах слёз. Хватая воздух пересохшим ртом, статс-секретарь с огромным трудом вздохнул и прислушался к ощущениям. Ощущения настораживали.

– Вот видите, дон Хорхе, и на этого яд не действует, - норваец сунул Моргану нечто зелёное и пупырчатое.
– Закуси, болезный.

Главный целитель поднял указательный палец и попытался сосредоточить на нём взгляд. Не получилось... Хлопнул в ладоши:

– Пусть повторит.

– А мы?

– И мы повторим.

Минут через десять вспомнили про поручение ректора, которое должен был передать Джованни Морган. И к ужасу своему тот осознал, что начисто забыл всё, включая своё собственное прошлое. Имя, правда, вспомнил.

– Но я же пришёл... э-э-э?

Норвайский рикс, как наиболее трезвый, решил помочь наводящими вопросами:

– Тебя послали?

– Да.

– Куда?

– Сюда.

– Зачем?

– Чтобы передать.

– Что передать?

– Поручение.

– Какое?

– Важное.

– Кому передать?

– Кому следует.

– Куда следует?

– Куда послали, туда и следует.

– А куда послали?

– Сюда.

– Зачем?

– Чтобы передать.

На восьмом круге варвар не выдержал: