Чтение онлайн

– Королева драконов освобождает рабов, и я делаю то же самое, – провозгласил он.

Галерам он дал новые имена - "Призрак" и "Тень".

– Ибо они вернутся к юнкайцам и настигнут их, - сказал он смуглой женщине этой ночью, получив от нее свое удовольствие. Они уже близко, и становятся еще ближе с каждым днем.

– Мы поразим их, как молния, - сказал он, сжимая ее груди.

Он гадал, так ли чувствовал себя его брат Эйерон, говоря с Утонувшим Богом. Он и сам почти слышал голос бога, звучащий из морских глубин. Ты хорошо послужишь мне, мой капитан, казалось, говорили волны. Для этого ты и рожден.

Но он накормит и красного бога, огненного бога Моккоро. Рука, которую вылечил жрец, выглядела отвратительно – хрустящая корочка, как на жареной свинине, от локтя до кончиков пальцев. Иногда, когда Виктарион сжимал ее, кожа трескалась и дымилась, но, тем не менее, рука стала сильнее, чем когда-либо была. "Два бога сейчас со мной", – говорил он смуглой женщине. – "Ни один враг не устоит перед двумя богами". После этого он переворачивал ее на бок и брал снова.

Когда по левому борту показались отвесные скалы Яроса, он обнаружил три своих потерянных корабля, дожидавшихся его, как и предсказывал Моккоро. Виктарион подарил жрецу золотое ожерелье в качестве награды.

Теперь перед ним встал выбор: стоит ли ему рискнуть и поплыть в пролив или же отправить Железный флот вокруг острова.

Воспоминания о Светлом Острове все еще терзали память железного капитана. Станнис Баратеон тогда напал на Железный флот с севера и юга, когда они оказались запертыми в проливе между островом и материком, нанеся Виктариону его самое сокрушительное поражение.

Но плавание вокруг Яроса стоило бы ему драгоценных дней. А в такой близости от Юнкая, путь через пролив обещал быть тяжелым, но он не ожидал столкнуться с юнкайскими военными кораблями до тех пор, пока они не окажутся возле Миэрина.

Как бы поступил на его месте Вороний Глаз? Он пораздумал над этим и приказал своим капитанам:

– Идем через пролив.

К тому времени, как Ярос остался за кормой, они взяли еще три трофея. Жирная галера покорилась "Печали" и Полевке, а еще одна торговая - Манфриду Мерлину, Воздушному Змею (?). Их добыча была полна товаров, нагружена шелками и специями, дорогой древесиной и редкими благовониями, но и сами корабли были настоящей наградой. Позднее в тот же день "Семерка черепов" и "Невольничий бич" захватили рыболовецкое суденышко. Оно было маленькое, медлительное и грязное - едва ли вообще стоило за ним охотиться. Виктарион был недоволен, услышав, что для захвата этих рыбаков понадобилось два его судна. Но именно от них он услышал о возвращении черного дракона.

– Серебряная королева исчезла, - сказал ему хозяин суденышка, - Она улетела на драконе к Дотракийскому морю.

– Где находится это Дотракийское море? – требовательно спросил он. – Я переплыву его с Железным флотом и найду королеву, где бы она не была.

Рыбак громко расхохотался:

– Хотелось бы на это посмотреть. Дотракийское море – это море травы, болван!

Ему не стоило так говорить. Виктарион взял его обгорелой рукой за горло и поднял в воздух. С размаху шваркая его о мачту, он сжимал руку, пока лицо юнкайца не сделалось черным как пальцы, которые впивались в его плоть. Некоторое время мужчина пинался и корчился,

безуспешно пытаясь вырваться из стальной хватки капитана.

– Ни один человек не называет Виктариона Грейджоя болваном и продолжает жить, хвастаясь этим.

Когда он разжал пальцы, безвольное тело рыбака плюхнулось на палубу. Пайк Лонгуотер и Том Тайдвуд вышвырнули его за борт, еще одно подношение Утонувшему Богу.

– Твой Утонувший Бог – демон, – сказал черный жрец Моккоро после этого. – Он всего-навсего раб Иного, чье имя нельзя называть.

– Осторожнее, жрец, – предостерег его Виктарион. – Здесь на корабле есть набожные люди, которые вырвут тебе язык за подобное богохульство. Твоего красного бога оценят по заслугам, клянусь в этом. Мое слово – железо. Спроси любого.

Черный жрец склонил голову:

– В этом нет необходимости. Лорд Света показал мне твою ценность, лорд Капитан. Каждую ночь в пламени передо мной проносятся видения о славе, которая тебя ожидает.

Эти слова весьма понравились Виктариону Грейджою, о чем он сообщил смуглой женщине в ту ночь.

– Мой брат Бэйлон был великим человеком, – сказал он. – Но я должен совершить то, чего он не смог. Железные Острова снова должны стать свободными, а Старый Путь снова принадлежать нам. Даже Дагон не смог сделать этого.

Почти сто лет прошло с тех пор, как Дагон Грейджой восседал на Морском Троне, но железнорожденные все еще рассказывали истории о его налетах и битвах. В дни Дагона слабый король занимал Железный Трон, уставившись своими слезящимися глазами через Узкое море, где бастарды и изгнанники замышляли мятеж. А тем временем с Пайка отплыл лорд Дагон, чтобы сделать Закатное море своим.

– Он бросил вызов льву в его логове и завязал хвост лютоволка узлом, но даже Дагон не смог победить дракона. Но теперь я сделаю королеву драконов своей женой. Она разделит со мной постель и принесет мне много могучих сыновей.

В эту же ночь в Железном флоте стало шестьдесят кораблей.

Чужеземные воды становились все более похожими на север Яроса. Они были очень близко к Юнкаю, а побережье между городом с желтыми стенами и Миэрином будет забито торговыми судами и судами с провизией, снующих туда сюда, так что Виктарион повел Железный Флот подальше в глубокие воды, которые не было видно с суши. Но даже там они встретят другие суда.

– Не позволяйте никому сбежать и предупредить наших противников, – скомандовал железный капитан. И никому не удалось сделать этого.

Море было зеленым, а небо серым в то утро, когда "Печаль", "Шлюха Воина" и собственный корабль Виктариона "Железная Победа" захватили рабовладельческую галеру из Юнкая в водах к северу от Желтого Города. В ее трюмах было двадцать надушенных мальчиков и восемьдесят девочек, предназначенных для борделей Лиса. Ее экипаж не был готов встретить опасность так близко к своим внутренним водам, и железнорожденным не составило труда взять их. Галеру назвали "Текущей Девкой."

Виктарион предал работорговцев мечу, а затем послал своих людей вниз, освободить гребцов.

– Теперь вы гребете для меня. Гребите старательно, и будете процветать.

Девушек он разделил среди капитанов: – Лисенийцы собирались сделать из вас шлюх, – сказал он им, – но мы вас спасли. Теперь вместо многих мужчин вам нужно обслуживать всего одного. Те, кто доставят удовольствие своим капитанам – станут морскими женами, это почетное звание.

Надушенных мальчиков он обмотал цепями и выбросил в море. Они были противоестественными созданиями и корабль пах лучше, когда стал очищен от их присутствия.