Чтение онлайн

– Не стоит, - сказал Халдон.
– Мой карлик уже получил свой урок смирения. Я думаю, что лучше нам вернуться на наш корабль.

Снаружи на площади, еще горели ночные фонари, но священник уже ушел, и толпа постепенно расходилась. Окна борделя мерцали светом свечей. Изнутри слышался смех женщин. "Ночь еще молода", сказал Тирион. "Каво, возможно, не сказал нам всего. И шлюхи слышат больше от мужчин которых они обслуживают ".

"Ты так сильно нуждаешься в женщине, Йолло?"

"Такая любовница, как собственная рука, мужчине быстро надоедает". Может, Селорис и есть то место, куда отправляются шлюхи. Может, Тиша сейчас там с татуровкой в виде слезы на щеке. "Я чуть не утонул. Мужчине нужна женщина после такого. И потом, должен же я убедиться, что мой член не превратился в камень".

Полумейстер засмеялся. "Я буду ждать тебя в таверне у ворот. Не затягивай со своим делом."

"- О, не волнуйся на этот счет. Большинство женщин предпочитают закончить со мной так быстро, как они могут."

По сравнению с теми борделями. которые карлик частенько посещал в Ланниспорте и Королевской Гавани, этот бордель был вполне приличным. Владелец, по-видимому, не говорил ни на одном языке, кроме волантинского, но он вполне понимал звук серебра, и провел Тириона через арку в длинную комнату, пропахшую фимиамом, где слонялись четверо скучающих молодых рабынь в разной степени раздетости. Двое из них уже наверняка отметили не менее сорока дней рождения, прикинул он; а самой молодой было около пятнадцати-шестнадцати лет.

Ни одна из них не была столь отвратительной, как те шлюхи, которых он наблюдал в порту, хотя и красавицами этих было назвать трудно. Одна была явно беременна. Другая была просто толстуха, щеголявшая железными кольцами в обоих сосках. У всех четырех девушек под одним глазом были вытатуированы слезы.

– У тебя есть девушка, которая разговаривает на языке Вестероса?
– спросил Тирион. Хозяин прищурился, не понимая, поэтому он повторил вопрос на высоком валирийском. На этот раз мужчина, казалось, уловил слово или три и ответил на волантийском. "Закатная девушка" - было все, что карлик смог понять из его ответа. Он посчитал что это означает девушка из Закатных Королевств.

В этом доме была всего лишь одна такая, и это была не Тиша. У этой были веснушчатые щеки и жесткие рыжие кудри на голове, что обещало такие же веснушки на груди и рыжие волоски между ног.

– Вот она подойдет, - сказал Тирион.
– И еще дайте мне кувшин вина. Красное вино, рыжая плоть.

Шлюха посмотрела на его безносое лицо с отвращением в глазах.

– Я оскорбил тебя, сладкая? Я отвратительное существо, о чем бы тебе с готовностью поведал мой отец, если бы он не помер и не завонялся.

Хотя она и была похожа на жительницу Вестероса, но не могла произнести ни слова на общем языке. Возможно, ее взяли в рабыни еще ребенком. Ее спальня была маленькой, но на полу лежал мирийский ковер, и матрац был набит перьями, а не соломой. Мне доводилось видеть кое-что похуже.

– Назовешь мне свое имя?
– спросил он, взяв чашу вина из ее рук.
– Нет?

Вино было крепким и кислым, и не нуждалось в переводе.

– Я думаю, что пора навестить твое лоно, - он вытер рот тыльной стороной ладони.
– Ты уже спала раньше с монстром? Сейчас самое время попробовать. Снимай свои тряпки, и ложись на спину, если это тебе приятно. Или неприятно.

Она смотрела на него, не понимая, пока он не забрал кувшин из ее рук, и не задрал ее юбку ей на голову. После этого она поняла, что от нее требуется, хотя и не проявила себя достаточно активной в постели. Тирион уже так давно не был с женщиной, что излился в нее уже после трех фрикций.

Он откатился от нее, ощущая скорее стыд, чем удовлетворение. Это было ошибкой. Каким ужасным существом я стал.

– Ты знаешь женщину по имени Тиша?
– спросил он, наблюдая, как его семя стекает из нее на кровать. Шлюха не отвечала.

– Ты знаешь, куда отправляются шлюхи?
– Она точно так же не ответила. Ее спина была густо покрыта следами ударов и рубцами. Эта девушка хороша в постели, как дохлятина. Я словно трахал труп. Даже взгляд у нее мертвый. У нее даже нет сил ненавидеть меня.

Ему нужно было вино. Много вина. Он схватил кувшин обеими руками и поднес его к губам. И полилось красное вино. Часть полилась внутрь, в глотку, часть пролилась вниз по его подбородку. Вино стекало с его бороды и намочило перину. В свете свечей оно казалось таким же темным, как то, которым отравили Джоффри. Когда он закончил, то перевернул пустой кувшин, и то шатаясь, то переваливаясь, направился на поиски ночного горшка. Его нигде не было видно. Его желудок стал тяжелым, и он упал на колени, его стошнило прямо на ковер, на этот чудесный мирийский ковер, такой же удобный, как ложь.

Шлюха расплакалась от этой неприятности. Они обвинят в этом её, понял он со стыдом. "Отрежь мне голову и отнеси её в Королевскую Гавань," - посоветовал ей Тирион. "Моя сестра сделает тебя леди, и никто

никогда больше не высечет тебя". Она не поняла ни слова, так что он раздвинул её ноги, пролез между ними и взял её ещё раз. Это она, по крайней мере, могла понять.

Позже, когда вино исчерпалось как и он сам, он смял одежду девицы и бросил ее в дверь. Она поняла намек и убежала, оставив его одного в темноте, погружающегося все глубже в перину. "Я вонючий пьяница". Он не осмеливался закрыть свои глаза из-за страха уснуть. За завесой грез, Печали ждали его. Каменные ступени, восходящие бесконечно, крутые, скользкие и коварные, и где-то на вершине Скрытый Господин. "Я не хочу встретиться со Скрытым Господином". Тирион влез в свою одежду и нащупал путь к лестнице. "Гриф спустит с меня шкуру. Хотя что с того? Если и есть карлик, не заслуживающий собственной шкуры, то это я".

На полпути вниз по ступенькам пол ушёл у него из-под ног. Как-то он сумел смягчить падение руками, превратив его в неуклюжий грохочущий кувырок. Шлюхи удивлённо уставились на него, когда он приземлился у подножия лестницы. Тирион поднялся на ноги и поклонился им. "Когда я пьян, я куда проворнее".
– Он повернулся к хозяину. "Боюсь, я испортил ваш ковер. Девчонка не виновата. Позвольте, я заплачу". Он вытащил горсть монет и бросил их мужчине.

– Бес, - раздался низкий голос у него за спиной.

В темном углу комнаты сидел мужчина, шлюха извивалась у него на коленях. Я не видел эту девчонку. Если бы видел, я бы отвел наверх ее, а не веснушчатую. Она была моложе остальных, стройная и привлекательная, с длинными серебристыми волосами. Похоже, Лисенийка... но человек, на коленях которого она сидела, был из Семи Королевств. Плотный, широкоплечий, лет сорока, может, старше. Добрая половина его головы облысела, но щеки и подбородок были покрыты грубой щетиной, а нижняя часть рук заросла густыми волосами, пробившимися даже на костяшках пальцев.

Тириону его вид не понравился, а еще меньше ему понравился большой черный медведь на накидке. Шерсть. Он носит шерсть в такую жару. Кто кроме рыцаря может быть настолько чертовски безумным?

– Как приятно услышать Общий Язык вдали от дома, - заставил он себя сказать.
– Но, боюсь, вы меня с кем-то перепутали. Меня зовут Хугор Хилл. Могу я угостить вас кубком вина, друг мой?

– Я достаточно пьян.

Рыцарь оттолкнул шлюху в сторону и встал на ноги. Портупея висела рядом с ним на крючке. Он снял ее и обнажил лезвие, сталь зашуршала по коже. Шлюхи с интересом наблюдали, огоньки свечей сверкали в их глазах. Хозяин исчез.