Чтение онлайн

Январь 1946 года

Округ Бакс, Пенсильвания

Читая письмо мисс Бартлман с очередным предсказанием, Пол подавился вином и закашлялся, без особого сожаления подумав о том, что, возможно, действительно дурно влияет на малышку Джулию. Он не знал, стоит ли говорить ей об этом предсказании, зная, что она в него влюблена, а Бартлман сомневалась, что у них есть будущее. И Полу не хотелось причинить ей боль. Но он плохо ее знал. Джули не станет расстраиваться из-за очередного поклонника, пары астрологических прогнозов и многозначительных фраз.

Зашла Фредди, жена Чарли.

— Пол! Ужин готов!

— Сейчас спущусь! Только письмо дочитаю.

Иногда Пол задумывался о том, не водит ли бедную девушку за нос — он все еще воспринимал ее как девчонку. Простую, очаровательную, восторженную девчонку. Раньше Пол никогда не позволял себе вступать в отношения с такими незрелыми, такими неуверенными в себе женщинами. И все же, уезжая из Китая, он и предположить не мог, что будет скучать по ней так сильно.

В своем письме Джули напрямую приглашала его навестить ее в Пасадене. И в тот вечер после ужина — аппетитного жаркого из баранины — он сел и написал ей ответ, в котором сообщил, что приедет. Он еще не знал, что уже в тот момент решил жениться на ней, но это было так.

Позвольте заметить, что я прекрасно понимаю, что ванна у меня дома неполноценная, но рассчитывать на сочувствие со стороны таких же, как я, небогатых ньюйоркцев мне не приходится. (Моя мать и вовсе считает эту ванну сидячей, но попробуйте пожаловаться на это малоимущим обозленным квартиросъемщикам, и вас просто линчуют.)

Справедливости ради скажу, что мерзкая черная жижа, что начала сочиться из стока в нашей полуванне как-то в понедельник в феврале, была всего лишь логическим завершением совершенно омерзительного дня. Все началось с остатков шарлотки малакофф-о-шоколат, которую я приготовила в выходные. Я даже сама испекла для нее печенье «дамские пальчики», потому что Джулия предостерегала: покупные «дамские пальчики» «опошляют этот изысканный десерт». Опошляют, представляете? Порой Джулия превращается просто в психологического манипулятора. И вот я испекла печенье сама — это было настоящее испытание, затем пропитала его ликером «Гран Марнье» и выложила «пальчиками» форму для шарлотки. (Разве можно было год назад предположить, что у меня появится специальная форма для шарлотки?) Но печеньица обмякли и скрючились, как унылые девицы в танце с неинтересными кавалерами. Готовый десерт походил на торт из «Баскин Роббинс», продающийся со скидкой из-за потери товарного вида. Но хотя его и «опошлили» кривые «дамские пальчики» (да я и сама что хочешь опошлю), в целом он получился очень даже ничего — шоколадный, сладкий и жирный. Рано утром этого крайне неудачного дня я завернула остатки шарлотки в вощеную бумагу, уложила в керамическую форму для суфле и поставила форму в большой пакет из магазина Н&М. Едва я закончила упаковку, как по радио объявили, что наша линия метро закрыта из-за повреждения рельсов. А в девять у нас совещание.

Легко догадаться, чем все закончилось. На Корт-ландт-стрит, прямо напротив нашего офиса, пакет порвался, и шарлотка вывалилась на тротуар, керамическая форма, естественно, разбилась. При этом, разумеется, шел ледяной дождь, от которого на овчинном воротнике моего пальто свалялись ледяные шарики. Я подобрала завернутую в бумагу шарлотку и осколки керамической формы для суфле и примчалась в офис. Там первым делом я направилась на кухню для персонала и щедрой рукой вывалила на стол остатки шарлотки, прилепив сверху записку «Угощайтесь!». Потом мне пришлось обойти всех шестерых демократов нашего офиса и предупредить, чтобы не ели пирог, потому что внутрь могли попасть керамические осколки и антифриз с тротуара. Потом была еще работа, что само по себе плохо. Когда я устраивалась на это место, мне пришлось подписать обязательство о неразглашении деятельности агентства, поэтому вдаваться в подробности не буду, но, полагаю, все и без того в курсе, что бюрократы — форменные идиоты. Ни для кого не секрет и то, что весьма досадно бегать взад-вперед к общему принтеру, чтобы распечатать карточки для очередного чинодрала, который в последнюю минуту решил вступить в мемориальный комитет, поскольку прошел слух, что там будут люди губернатора. Еще хуже, если одновременно приходится объяснять усердному, но не знающему ни слова по-английски разносчику из ресторана, куда поставить сэндвичи, блюдо с печеньем и кофе.

Потом выяснилось, что в турецкой лавке рядом с работой закончились мидии, без которых совершенно невозможно приготовить муле а-ля провансаль [32] . Если Богу угодно, чтобы я рыскала по Чайна-тауну в феврале, отчего бы, помимо гормональных нарушений, не наградить меня толстой, непроницаемой шкурой, скажем как у тюленя? Но вместо этого он дал мне усики и валики жира, торчащие в самых неподходящих местах. Да и кому захочется этих мидий (которых я вообще не люблю), когда в квартире тридцать градусов ниже нуля? Когда я наконец добралась до дома, так и не раздобыв мидий, то застала Эрика за просмотром новостей — и это вместо мытья посуды, которая уже вываливалась из раковины на пол.

— Я не виноват, — обиженно заявил он, опередив мои вздохи и топанье ногами. — Раковина засорилась. Надо сходить и купить «жидкий сантехник».

Я скинула свои ужасные туфли и скрылась в «полуванной».

Звук, который я издала, выскочив оттуда, трудно воспроизвести на письме, но я все же попробую:

— Аааакаквчрррртттт! Фууукакввгадссссссфууу. Фу. Фууууу!

Мерзкое черное дерьмо оказалось вовсе не дерьмом. В маслянистой жиже плавали зернышки риса, клочки петрушки и еще неизвестно что.

«Буравчик» — идеальный, изысканно-буржуазный и совсем не девчачий коктейль, даже если подается в охлажденном бокале для мартини и переливается жемчужными отблесками шартреза. Сам Филип Марлоу [33] пил «буравчики». Оригинальный рецепт включает джин и сок лайма в соотношении один к одному.

Так готовили этот коктейль, когда джин еще гнали в чугунных ваннах. В наше время бармены обычно смешивают «буравчики» в соотношении четыре к одному, и, по мнению семьи Пауэлл, тут явный перебор с лаймовым соком. Поэтому начинающим лучше вообще с барменами не связываться. Приготовьте коктейль дома, плеснув самую малость хорошо охлажденного лаймового сока. Мы с Эриком вместо джина добавляем в «буравчики» водку — многие сочтут это святотатством, но нам в самый раз. Коктейль, который Эрик смешал для меня, когда я наконец прекратила свои завывания, был лучшим «буравчиком» в мире, способным заставить любую жену забыть о том, что ее муж смотрит новости, не вымыв посуду. И если смех Дейзи Бьюкенен [34] похож на шелест долларовых купюр, то «буравчик», если его правильно приготовить, имеет цвет этих самых купюр. Это лучшее лекарство для тех, кто чувствует себя опустошенным в финансовом и душевном смысле.

Как, например, в те минуты, когда в полуванной сочится мерзкое черное дерьмо.

Мы с Эриком были не готовы (а после пары «буравчиков» и не в состоянии) решать проблемы с сантехникой тем вечером. Рано утром Эрик сбегал в магазин, а заодно из соседнего кафе принес завтрак. Все утро мы разгребали грязную посуду, заливали в раковину «жидкого сантехника» и уговаривали трубы принять обратно их содержимое, где бы это «обратно» ни находилось. Вечером я села к компьютеру, описала свою сантехническую ситуацию, а заодно извинилась за то, что вчера ничего не приготовила. Пока меня не было, Изабель веселила народ, написав самый забавный комментарий о Джулии Чайлд, который мне только доводилось читать:

«Она сидела, подперев подбородок, и выглядела доброй богиней домашнего очага». Даже если я доживу до девяносто одного года, мне в жизни не придумать более точного описания. А ведь Изабель, между прочим, совершенно не интересуется Джулией Чайлд. Эту заметку она наваяла, потому что знала, как я люблю Джулию Чайлд. Меня охватил внезапный приступ слезливой признательности. Лично я не способна написать ничего подобного даже про Ричарда Хелла. Мне это не под силу, я знаю.

В тот вечер после ужина, состоявшего из супрем де воляй о шампиньони фон д’артишот, а-ля крем [36] — со сливками, как следует из названия, но вовсе не сложного в приготовлении, — я во всех подробностях дописала рассказ о наших гастрономических опытах и сантехнических невзгодах. После чего открыла «Искусство французской кухни», чтобы выбрать блюда на завтра. И сделала удивительное открытие.