Чтение онлайн

Предвидев вариант, в котором нам может быть нужно лишь пушечное мясо, следующей, в качестве мясо-рабочих рук, в продажу предложена Волчья свара (сотня баб, внешне по описанию походивших на Чав-чав). Выходцы из трущоб, с не самым хорошим послужным списком, с опытом выживания в трущобах, работе за еду, и, конечно же, в битвах, где чернь использовали как живой щит или отвлекающий маневр. Из рассказа Марис, состав Волчьей свары от битвы к битве обновляется на восемьдесят пять, девяносто процентов, неизменным остаётся лишь костяк вербовщиков и офицеров, находящихся в неглубоком тылу. Хотя и у офицеров там текучка тоже большая. Периодически, после очередного обнуления сотни, кто-то из «списанных» нет-нет да выживал, ну и мстил своему начальству. Проходило время, в трущобах опять формировалась очередная Волчья свара, что, унаследовав такое незамысловатое имя, вновь вставала на службу Империи. Иными словами, «Волчицы» — это не подразделение, это просто сброд наёмников, знавших, что с ними будет и на что они подписываются. Наверное, именно такие сейчас нам и нужны. Батя хорошо умел наводить порядки в своих боевых частях, строил дисциплину, делился навыками и знаниями, а значит, и из этой «свары» сможет сделать полноценную, гордую, боевую сотню. Ну и я, конечно же, к ним руку, а может, даже и не её, приложу. Там глядишь, из наёмников в гражданки Федерации решат перейти, у нас-то условия хорошие, и мужичками тоже делимся. Кстати о них!

— А самцы-рабы у вас есть?

Свинья, удивившись моему вопросу, рассмеялась.

— А как же, конечно, есть, но это удовольствие очень и очень дорогое. Позволите узнать, зачем они вам?

Она так надменно давила лыбу, что мне аж поплохело.

— Для генофонда. — Отвечаю я. — Разбавить кровь, придать Федерации новой жизни и сильного, здорового потомства. У нас все равны, каждому дан шанс быть счастливыми, иметь потомство, независимо от сословия и уровня доходов.

— А-а-а… — Протянула задумчиво свинья, а женщины, сопровождавшие её, заулыбались. Все ждали чего-то типа для борделей, для утех, в подарок кому-то, а вот хуй! Хуй я в таком признаюсь… конечно же я хотел их подложить под наших молоденьких девочек, чтобы у каждой была полноценная семья. Но блин, не мог же я это сказать в лоб! Пока «многочленам» придётся поработать на благо нашей семьи, под названием Федерация, а потом, когда разовьётся капиталистическая система, можно будет думать о «шедских» семьях.

— Хорошо, думаю, в дальнейшем, когда больше наших кораблей причалит к берегу, мы сможем ещё раз обсудить и вопрос мужчин. А пока… Агтулх Кацепт Каутль, — Голос свиньи стал внезапно жёстче и серьезнее. — У Империи возник вопрос, что это за звание «Первой Верной», которое вы дали старпому Аукай Путьчитвай, и какими такими должностями наделили, из-за которых наш старпом теперь обязан находиться в ваших землях? Вы меня, конечно, извините, но старший помощник — это не ваша собственность, а воин и офицер, заменить которого на её судне способен далеко не каждый. Стелла Марис, а также её старпом Аукай Путьчитвай, должны находиться в море, защищать нас, и вас в морских сражениях. Они не должны прохлаждаться на суше. И тем более, безродная чернь, не имеет права занимать должности консулов и послов! Аукай Путьчитвай просто офицер, я не позволю ей остаться в поселении, и тем более представлять интересы нашей страны. Для этой должности полно других, подходящих по статусу аристократок! — Пошла в нахрюк свинья, и её высокомерие, тон, ой как не понравились Рабнир с Гончьей.

— Слышь, «холодец», следи за тоном, пока я тебе язык не вырвала. — Набычилась беременная Рабнир, приподнявшись на своём стуле.

— Не знаю, как у вас, а у нас в таком тоне разговаривать с Агтулх никто не имеет права. — Выпустив когти, оскалилась Гончья.

Зеркально отвечая на поведение моей свиты, за оружие берутся Аукай и Стелла, хотя по лицам видно, что они не хотят. Не хотят, но должны. Сука, хуево, и конфликт на ровном месте таки произошёл.

— Довольно. — Повысил я голос, и все, от гостей до защитниц моего имени, тотчас с облегчением вздохнули, вернувшись на свои места. Пора показать решимость и позицию Федерации!

— Первая Верная — это та, кому мы доверяем, признали своей, равной в правах. Хоть я сейчас и сижу с вами, уважаемая новая наместница, за одним столом, это ещё не значит, что я вам доверяю или считаю вас другом. Позвольте напомнить, земля, на которой стоит ваше селение, корабли, находящиеся у берегов — всё это наша земля и вода, и вы здесь, на ней, лишь потому что мы так захотели. Мне понятна та система, которой ваша страна назначает на должности и управляет своими слугами, однако, за собой я оставлю право выбора. Род, чин, состояние — всё это осталось на вашей, большой земле, здесь вы гости, и именно я буду решать, с кем мне говорить, с кем вести дела, кому доверять, а кого гнать ссаной тряпкой со своей земли. Я понятно объясняюсь?

Говорил я грубо, со всей присущей мне серьёзностью и злобой в голосе. Время нежностей прошло, меня не хотят слышать, хотят контролировать, в тот же момент, когда у меня, перед моими друзьями и избранницей, есть договоренность, обещание.

— Вы сейчас угрожаете Империи? — От лица всей страны обидчиво хрюкнула посол и поднялась с места.

— Сегодня я увидел две Империи. Одну представляли Аукай Путьчитвай и заботливый, сильный капитан Стелла Марис, нашедшая путь в наши земли. Вторую представляли вы. С первой Империей я готов вести торговлю, диалог, готов помогать и в случае нужды защитить, как отец дитя защищает. А вот вторую… ту что ничем не лучше Республики и пришла ко мне в дом диктовать свои условия, я готов скинуть обратно в море. Подумайте дважды, уважаемая гостья, стоит ли ваша гордость разрыва дипломатических связей и заключённых ранее с капитаном Стеллой и старпомом Аукай договоренностей.

— Мальчишка, как ты смеешь… а, я поняла, эта безродная сука, она предала страну, что она вам пообещала? — Прошипела свинья, а я, едва сдержался, чтобы не приказать её выпороть за длинный язык. Выдыхаю и спокойно произношу:

— Она спасла мне жизнь. А сейчас, из уважения к ней, я пощажу вашу. Уходите и запомните: без Аукай Путьчитвай ни один посол, ни одна торговая миссия не получит ни камня, ни песчинки, ни зёрнышка с нашей земли!

Свинья, очень обидевшись, толкнув пузом стул с Аукай, прошагала к выходу и мерзко, напоследок хрюкнула:

— Вы не выиграете войну на два фронта.

— А вы? — Вслед, в точно такой же, пренебрежительной манере, кинул я.

«Глупость и отвага», — подумала она, слушая доклад Хгорухрягусы. Как подло с ней обошлись, как посмели угрожать ей и всем в империи! Императрица, сохраняя каменное, обеспокоенное лицо, едва сдерживала смех. Хго являлись слугами дома Алесей столько, сколько императрица помнила себя в сознательной жизни. Внешне мерзкие и толстые, жадные до денег, изысков и вкусностей. Они на настолько жадны, что за ложку супа, вырванную из их тарелки, руку по локоть готовы откусить. Когда-то, будучи ребёнком, только познакомившись с Хго, она спросила у тогдашней императрицы, как можно держать такое безобразие в своём дворе, доме. А мать ей ответила: «Именно такой должна быть настоящая женщина: хозяйственной, жадной, берегущей каждую копейку и вечно жаждущей мужчину». Прошлая императрица позиционировала себя как благочестивую, светлую личность; ей при дворе была необходима женщина, которая станет её тёмной стороной, кардиналом, которого будут все ненавидеть. Хго не искали чужой любви, лишь удовлетворения собственных желаний, поэтому Алесей после смерти матери и оставила их у «имперской кормушки». Отличные казначеи, скупые торговцы, собственники, в переговорах они сыскали лишь дурную славу. И в этот раз подтвердили слухи, ходившие о них в империи — Хго не любит никто, а вот императорскую семью…

— По-хорошему, их бы всех с лица земли стереть, а этого калеченного мальчишку… извините за прямоту, в бордель! — сказала Хго. Она не знала истинных мотивов своей императрицы, не знала её планов касательно Агтулха, и своими словами слегка поддела ту.

— Если бы я убила всех, кто не нравится Хго, то вы были бы не аристократами, а земледельцами, самостоятельно обрабатывающими свою землю, — тон Гертруды стал чуть гневным, и Хгорухрягуса, привыкшая чувствовать настроение своей госпожи, тотчас извинилась, поклонилась, высказав желание услышать план своей хозяйки.

— План прост: ты показала им кнут, показала готовность к началу войны, хотя все прекрасно знают, что им нужна наша помощь, а я покажу пряник. Знаю, вашему роду сложно вести деликатные переговоры, поэтому надеюсь, когда-нибудь вы обретёте этот навык, — проговорила императрица, получив благодарность от советницы. — Я лично отправлюсь к нашему новому соседу. Выстроим войско на берегу, пусть они видят, чувствуют нашу силу, после чего, пока я буду идти к ним, пусть думают и размышляют, хотят ли они с нами сражаться.

Конечно же, императрица не собиралась вести себя так хамски с хозяевами местных земель, как это делала Хго. Но также она и не собиралась позволять в таком ключе разговаривать и диктовать условия империи. Целенаправленно посадив Аукай под замок, императрица, имевшая помимо плана Б ещё и план В и Г, идёт в столицу Федерации без Путьчитвай. Сейчас, когда она и её двойник предстанут перед этим загадочным Алексеем, кто бы он ни был, кому бы не служил, лишь услышав её имя, ему придётся изменить тон!