Чтение онлайн

Литератор Пол Цвайг с восхищением отмечает: «Буквально за пару лет Теософское общество полностью изменило оккультное мышление в Европе и Америке… Её Теософское общество… пустило корни в Индии и на Цейлоне, став мощным фактором возрождения индуизма и буддизма. Наконец, оно оказало столь важное влияние на движение за независимость в Индии» [16] . (См. гл. «Пробуждение Востока», ч. V этой книги.)

Один из аспектов влияния Е. П. Блаватской на Западе отображает социальный историк Теодор Роззак в книге «Незавершённое животное». Глава «Секретная доктрина госпожи Блаватской» занимает восемь страниц, и в ней он описывает просветительницу как «одну из величайших эмансипированных женщин своего времени», добавляя, что «каждым своим действием и словом она невольно навлекала на себя испепеляющий огонь критики, особенно когда решилась бросить вызов самым закоренелым интеллектуальным догмам того времени. По сей день существуют люди, которые не прочли ни строчки из её работ, но твёрдо убеждены в том, что она мошенница и чудачка… Едва ли многие помнят о том, что после публикации „Происхождения видов“ Е. П. Блаватская была первой, кто решительно отстаивал значение трансфизического элемента в эволюции на фоне растущей популярности теории Дарвина».

В двух её основных трудах, продолжил он, заключена «первая философия психической и духовной эволюции, возникшая на Западе.

В отличие от христианских фундаменталистов она стремилась не опровергнуть теорию Дарвина, а показать, что, сосредоточившись на физическом аспекте человеческой расы, он упустил из виду её умственный, творческий и провидческий аспекты; коротко говоря, он пренебрёг сознанием, у которого был совершенно особый путь эволюции. Теории Дарвина попросту не хватило глубины, чтобы объять всю суть человеческой природы».

Наблюдая за Блаватской через призму времени, Роззак отмечает: «При всей обрушившейся на неё критике нельзя не признать, что Е. П. Блаватская представляет собой один из самых выдающихся талантов нашего времени… Прежде всего, она стала одним из первых современных психологов визионерского типа» [17] .

Прочие аспекты влияния Е. П. Блаватской автор раскрывает в части VII «Спустя столетие» в главах о религии, психологии, литературе, искусстве, музыке и течении Нью Эйдж, матерью которого её нередко называют. Глава «Наука и Тайная Доктрина» повествует о том, насколько точно Е. П. Блаватская предрекла в своём труде грядущие научные открытия. Она предсказывала большие изменения в мире науки в период между 1888-м и 1897 г. Учёные – современники Блаватской – сетовали на то, что все великие открытия в физике, химии и астрономии совершены, и неизведанной почвы для исследований уже не осталось. А затем в 1895-й, 1896-й и 1897 г. на весь мир прогремели три открытия, благодаря которым стала доступной бескрайняя область для исследований, которые не завершены и по сей день. Эта глава проливает свет на причины, по которым Эйнштейн и другие учёные обращались к «Тайной Доктрине».

Сегодня все книги Е. П. Блаватской можно найти в печатном виде, некоторые из них в нескольких редакциях. Её труды переведены на все европейские языки, а также иврит, арабский, тамильский, хинди, китайский, японский, вьетнамский и другие. И в этом нет ничего странного, поскольку по духу она скорее была гражданином всего мира, чем какой-либо отдельной страны.

В России труды Блаватской были запрещены как при её жизни, в царские времена, так и при советской власти. Однако сейчас, судя по приведённому ниже сообщению, дело обстоит иначе:

На родине госпожи Блаватской возрождается интерес к её жизни и деятельности… [18 июня 1990 г., за год до прекращения существования Советского Союза, в Москве] состоялось открытие выставки, посвящённой Е. П. Блаватской. Выставка проходила в помещениях Союза писателей… Это событие активно освещалось московской прессой и телевидением, и несколько миллионов зрителей имели возможность наблюдать за ним в прямом эфире. Следующий 1991 г. был объявлен Международным годом Блаватской по случаю столетия со дня её кончины [18] .

Многое ещё будет сказано об этом в последней главе «Для будущих поколений». А 1978 г. стал сотой годовщиной со дня получения госпожой Блаватской гражданства Соединённых Штатов, страны, которую она, по её словам, «любила за торжество свободы» [19] .

Очерк о жизни Е. П. Блаватской был включён в «Критико-биографический словарь русских писателей и учёных» через год после её смерти вопреки общему неприятию, которое в то время существовало по отношению к ней в России. Автор очерка Зинаида Венгерова писала:

Мне представляется совершенно невозможным составить хотя бы приблизительный список всего, что когда-либо было написано о Блаватской. Пробудив интерес к своей Теософии в Западной Европе, Северной Америке и Индии, она вызвала волну панегирической и полемической литературы: десятки книг, сотни журналов и тысячи газетных статей. Её слава так велика, что даже в почётном лондонском биографическом словаре Men of the Time ей посвящены целых три страницы, в то время как многие из известнейших людей современности удостоились лишь одной колонки [20] .

Е. П. Блаватскую называли Сфинксом XIX в., и самую известную её фотографию, на которой она подпирает голову правой рукой, устремив на зрителя пронзительный взгляд, тоже прозвали Сфинксом. Неслучайно издательство «Тайм-лайф букс» выбрало именно эту фотографию для рекламы популярной серии книг «Загадки неизвестного». Миллионы людей раз за разом видели этот незабываемый образ на экранах телевизоров или в рекламных проспектах, сопровождаемый загадочными словами «ЛИЦОМ К ЛИЦУ С НЕИЗВЕСТНОСТЬЮ». Возможно, это своего рода неосознанное признание в том, что миру ещё предстоит отдать Блаватской должное.

В этой биографии свидетелям различных событий из жизни Е. П. Блаватской будет предоставлена возможность рассказать историю своими словами, поскольку пересказ неизбежно сделал бы её менее яркой и живой. Это правило, разумеется, будет действовать и для нашей самой главной свидетельницы – самой Елены Петровны Блаватской.

В бесчисленных письмах, интервью и многотомных сочинениях Е. П. Блаватской едва ли удастся найти больше пары строчек о её предках. Очевидно, она не желала кичиться знатным происхождением. За этими сведениями исследователям придётся обратиться к другим источникам.

Её мать, Елена Ган, была известной романисткой, о её книгах отзывались как о «выдающихся произведениях русской литературы. Её сравнивали c самим Лермонтовым, о ней писали такие прославленные критики, как В. Г. Белинский» [21] . Также Е. Ган называли русской Жорж Санд [22] . Бабушка Блаватской по материнской линии, княжна Елена Павловна Фадеева, с которой она провела б'oльшую часть детства и юности, была видным деятелем науки и искусства. Она происходила из древнего русского рода Долгоруких, берущим начало от варяжского князя Рюрика, основателя государства, ставшего впоследствии Российской империей. По одной из версий, от названия племени русов, которым правил Рюрик, и произошёл топоним Русь.

Елена Андреевна Ган, урождённая Фадеева (1814–1842), мать Е. П. Блаватской

Среди прямых предков Е. П. Блаватской были русские, немцы и гугеноты. Кроме того, в ней текла кровь древних скандинавов, поскольку Рюрик принадлежал к викингам. В марте 1985 г. в журнале «Нэшнл Джиогрэфик» вышла статья под заголовком «Нашествие на Русь… Следы викингов на востоке». В ней говорилось:

Викинги пустили корни на русской земле, когда воины и торговцы скандинавского племени Русь создали централизованное государство и дали ему своё имя. Легендарный Рюрик, предводитель племени, стал новгородским князем в 862 г. Спустя 1000 лет его бронзовая фигура украсила собой памятник «Тысячелетие России» на площади Новгородского кремля. К XI в. Киевская Русь (и её торговые пути) простиралась от Балтийского до Чёрного моря.