Чтение онлайн

Старейшина Айрэш нэр Вэйт, внешне наиболее отвечающий своему званию (самый старший) смотрит заинтересованно, но не воспринимает Алана всерьёз. Несмотря на то, что его внешность по сравнению с остальными старейшинами выглядит несколько заурядно, напоминая человеческую: русые с проседью волосы, светло-голубые практические выцветшие глаза, и даже морщины на благородном лице (сколько же ему лет?!) – он излучает уверенность и силу, очень напомнившую мне Повелителя. Могу поспорить, что решающее слово будет за ним.

Акрам и Тэсир полны надежд и энтузиазма, сдаётся мне, они самые молодые из старейшин. Акрам, судя по запаху лис, а не волк, и обладает соответствующими внешними признаками: изрядной ярко рыжей шевелюрой и хитрыми тёмно-зелёными глазами. А вот Тэсир внешне напомнил мне Тима, с которым мы утратили связь. Жаль, он был хорошим другом, но сейчас не время рефлексировать.

Помимо яркой внешности, о принадлежности эшров к своим кланам, как и на Земле, указывают цвета. У старейшин они отражены в ярких поясах, а у остальных эшров, проглядывают в элементах одежды и кожаных шнурках, вплетённых в волосы – что ж довольно удобная система распознавания. Но, по сути, для самих эшров бесполезная: зачем смотреть на внешние атрибуты, когда есть запах. Скорее всего, подобную традицию когда-то ввели кейлити-тэ, так как они не обладают развитым обонянием.

Большой зал забит до отказа, но присутствуют лишь мужчины, этому я уже не удивляюсь. Впрочем, вряд ли женщины чувствовали бы себя комфортно среди крупных полуобнажённых мужчин, порой весьма эмоционально выражающих своё мнение. Сейчас зал гудит, словно потревоженный улей, и атмосферу нельзя назвать дружелюбной. Эшры поддерживают своих старейшин, не желая видеть в чужаке своего нового лидера. Но все эти эмоции разбиваются о спокойствие Алана, как волны о непреступную скалу. Он взирает на взволнованное море эшров со спокойным величием, ожидая, когда старейшины начнут собрание, ведь он ещё не вступил в свои права на этой земле. Наш внешний вид смутил всех присутствующих в зале, но никто даже старейшины пока не выразили своё недовольство вслух.

Как я и ожидала, первым слово взял нэр Вэйт, призвав всех к спокойствию. Для начала он предложил Алану доказать всем здесь присутствующим, что он тот за кого себя выдаёт. Алан представился, и в первую очередь через стража передал старейшине свиток, написанный рукой его отца, скреплённый печатью его рода: десятилучевой звездой, вписанной в круг. Эрилл, не зная какие традиции сохранились в его родном мире, тем не менее, решил соблюсти те, что были во времена его правления. Своим указом, он назначил своего второго сына своим полноправным наместником в мире Кэру, до его возвращения. Если же смерть заберёт его раньше, чем он вернётся в родной мир, он оставляет за своими сыновьями право решить, кто из них достоин, занять его место, сойдясь в честном бою, согласно древним традициям эшров. Вместо росписи в подобных документах эшры используют отпечатки пальцев, которые подделать крайне трудно. В зал торжественно внесли один из трёх сохранившихся древних свитков, с указами правителя Эрилла дэй Рэма. Старейшины с неохотой признали, что отпечатки совпадают, но отказались признавать факт подлинности этого свитка, по причине невозможности столь длительной продолжительности жизни, какую демонстрирует их бывший правитель. Алан на это заметил, что их создатели кейлити-тэ порой проживают жизнь длинной в три тысячи лет, а это значит, что для эшров, имеющих их гены нет ничего невозможного. Услышав это, нэр Вэйт улыбнулся, признав довод логичным, а нэр Тагар, фыркнул, не желая слушать глупые бредни. Алан, ничуть не смутившись, сказал, что готов сразиться со старейшинами или с любым назначенным ими воином, чтобы на деле доказать свою принадлежность к правящему роду. И тут нэр Тагар не выдержал и первым вышел на бой, желая побыстрее покончить с этим фарсом и поставить выскочку на место. Алан принял боевую форму Шессур и играючи за минуту, положил Тагара на лопатки, тот даже не успел опомниться. На тренировках с отцом Алан ему немного уступал, но сейчас я поняла, что это было скорее проявление сыновних чувств, чем реальное положение вещей: Алан и, правда, силён. В сражении с эшрами его главная задача – никого не убить, так как отнять жизнь как раз для него теперь не проблема. А вот сдержаться, филигранно соизмерить свою силу с возможностями противника – это трудно и требует повышенной концентрации. Это хорошо мне знакомо по тому периоду моей жизни, когда я только стала использовать ледяной транс во время боя. Тагар, не желая признавать поражение, захотел продолжить столь быстро проигранный им бой, но Алан впечатал его в каменные плиты пола, применив ментальное подавление отстранённо наблюдая, как тот тщетно силится подняться. Тагар оказался тем ещё упрямцем и сопротивлялся до тех пор, пока не потерял сознание. Сильная воля – это хорошо, но не в данных обстоятельствах. После поражения Тагара, эшры притихли и уже не спешили поднимать Алана на смех и обвинять во лжи. В зале повисла напряжённая тишина. Я стала ощущать страх, что неожиданно стал зарождаться в толпе. Никто не ожидал, что поражение сильнейшего старейшины будет столь быстрым и столь неприглядным. Они посчитали, что Алан излишне жесток – плохо, он всё же «перегнул палку».

Однако реакция подданных Алана не смутила, он сказал, что стойкость, проявленная нэром Тагаром в бою достойна уважения, и он признаёт его сильным воином, не зря носящим свой титул. Бой, каким бы он ни был, всегда должен прийти к своему логическому завершению, что и случилось сейчас. Он как сын своего отца заведомо сильнее любого из присутствующих в этом зале, однако, правитель ничто без своих подданных и именно они его сила. Он пришёл не для того чтобы подчинить или унизить их достоинство, он пришёл чтобы вести их за собой по пути свободы, чтобы эшры наконец заняли достойное место среди живущих в этом мире рас. Если они доверятся ему, он не обманет их доверия, и они общими усилиями построят свободное государство.

Эшры замерли, словно в медитативном трансе, впитывая его слова как губка, а затем зал наполнился мощным рёвом сотен сильнейших воинов. Их охватила эйфория, они вдруг осознали, что всё это по настоящему, что грядут перемены, о которых они боялись даже мечтать. Алан, оставаясь в боевой форме Шессур, крикнул Шессурам: – Вы со мной?! И они, взметнув руки в воздух, прокричали: – Да!!! Затем он плавно перетёк в форму Уриш, мощно ударив своим длинным хвостом нага по каменным плитам и повторил свой призыв, и Уриши подхватили крик согласия своих собратьев. Далее последовали Эштар и Шинари и наконец, Айрэши. Алан взвился под высокие своды древнего зала, обдавая всех потоками воздуха от взмахов своих мощных крыльев, и в последний раз прокричал: – Эшры вы пойдёте за мной?!!! И зал вновь взорвался криками согласия.

Это было потрясающе! В какой-то момент я поняла, что плачу. Я увидела перед собой лидера, который, несмотря на свою молодость и неопытность действительно готов на всё ради своего народа. Сейчас он транслирует не подавляющую ментальную силу, призванную склонять головы, а воодушевление, поддержку, уверенность. Он зажёг их сердца, заставил поверить в то, что свобода для них возможна. Оглянувшись на старейшин, я увидела в их глазах осознание, что единый лидер для всех кланов вернулся, что время перемен действительно пришло.

Время минутного триумфа, тем не менее, закончилось, собрание распустили, наказав эшрам не болтать о произошедшем на открытой местности, соблюдать внешнее спокойствие, продолжая жить в прежнем режиме, до новых распоряжений наместника. Конечно, укротить свой буйный темперамент для эшров не самая лёгкая задачка, но они справились, понимая, что от этого зависит успешность предстоящей подготовки к полномасштабному противостоянию кейлити-тэ. Их коварные создатели не должны догадаться, что к эшрам явился сын их Повелителя, который по прошествии двух тысяч лет успел превратиться в мифического персонажа, что немудрено, ведь, ни до него, ни после, никто не демонстрировал такой силы и способностей. Его сын Алан сначала вызвал в них лишь недоумение приправленное толикой здорового скепсиса. На вид довольно молодой эшр, явившийся в сопровождении самки, без свиты и каких-либо других дополнительных спецэффектов. Но теперь они лично убедились, что такому как он мишура явно, ни к чему. Ни один старейшина, сколь бы мудрыми ни были его слова или впечатляющей сила, не мог произвести такое впечатление на свой народ, как пришедший из другого мира наследник своего отца. Конечно, сейчас слишком рано делать какие-либо выводы, но то, что эшры почувствовали и приняли Алана своим лидером, сомневаться не приходится.

Через пару часов, когда нэр Тагар окончательно пришёл в себя, старейшины организовали экстренное совещание, основной целью которого являлось введение в курс текущих дел наместника и получение от него первых распоряжений. Как вы понимаете, на подобном мероприятии женщине быть не полагалось, но Алан настоял на моём присутствии, сказав, что я, как его законная супруга имею на это полное право. Старейшины смолчали, но внутреннее неприятие подобного поступка своего молодого предводителя, так и рвалось наружу, но было ими жестоким образом подавлено. То, что они подчинились – хорошо, но… если Алан будет слишком часто идти вразрез с устоявшимися традициями, это может послужить образованию раскола в обществе и возникновению аппозиции, что в данный период недопустимо. Алан, это понимает, но в данный момент оказался неспособен сдержаться и проявить осторожность. В его крови всё ещё бурлят эмоции его народа, и душа рвётся в бой. Над самоконтролем ему предстоит работать ещё долго и обстоятельно… Но я рада, что он сделал это для меня. Эдакая иррациональная женская благодарность в ответ за проявленное ко мне участие.

Я, молча, вошла в небольшое помещение служащее рабочим кабинетом нэра Акрама и пристроилась возле окна, наблюдая, как на лес опускаются лиловые сумерки – красиво. Дома-деревья осветились множеством огоньков, во многих из которых я признала живые растения, меж раскидистых ветвей то и дело пролетают стайки розовых светлячков, создавая сказочную атмосферу. Все эти многочисленные огни отражаются в небольшом озере, которое обнаружилось с противоположной стороны древнего дворца. Его берега усыпаны мелкими жёлтыми цветами, напоминающими пушистые шарики, но вот пробежала ватага ребятишек и шарики взмыли в воздух, превратившись в насекомых с тонкими прозрачными крылышками – чудеса! Когда-то подобные картины являлись ко мне лишь во снах, теперь же всё происходит в реальности, частью которой я являюсь.

Но мужчинам, собравшимся в кабинете не до красот природы, их умы поглощены заботами о грядущем. Первым слово взял Тагар, настроение которого после поражения нельзя назвать добродушным: – Что ж сын Эрилла, пос-с-смотрим как ты выкрутиш-ш-шься, – ехидно усмехнулся змей. – Ты явился непонятно откуда, без войска, техники и оружия, лишь в сопровождении самки, которую не отпускаешь от себя ни на шаг, словно она твоя мамочка. И заявляешь, что даруешь эшрам свободу. Ха! Пусть твои стремления благородны, но ты понятия не имеешь о здешней реальности, что бы что-либо обещать!