Чтение онлайн

Какого чёрта я вообще схожу с ума?!

– Сомнительное утверждение, - слышу я голос блондина и всё просто переворачивается. Обстановка настолько интимна, что я дергаюсь от его слов. Я вообще не понимаю, что происходит. Впервые ощущаю столько всего одновременно и впервые моё тело так полыхает от внезапного прилива… Возбуждения.

Это так неправильно. Нужно встать и уйти, не поддаваться этому странному соблазну и тихонько зализать ранки, чтобы утром были силы бежать. Как - не понятно, потому что я до сих пор словно раненый зверёк. Но уверена точно - у меня есть силы решиться на побег…

Только вот… Уйти не получается.

Я просто не могу. Видя как близко Киприан, его лицо и волосы, которые он сейчас не собрал и они светлыми прядями свисают по его вискам и едва ли не щекочут моё плечо. Видя, что он внимательно следит за мной, но пока не касается, не решается.

А едва я снова поворачиваюсь к Александру, он оказывается ещё ближе. Настолько, что всё моё тело содрогается от смеси страха, паники, удовольствия и тепла. Мужские губы ощутимо накрыли мои, и, поймав нижнюю, он немного замер, словно сам не ожидал такого поворота.

Но отмирает он, на удивление, быстро, немного оттягивает мою губу вниз, чтобы немного повернуть голову и раскрыть мой рот сильнее, для более чувственного и мягкого поцелуя. Это так медленно и нежно, так вкусно, что я снова содрогаюсь всем телом, особенно, когда чувствую на талии совершенно другие руки. Они не давят и мне совсем не больно.

Киприан поглаживает мою спину, бока и словно успокаивает бешеную дрожь каждой клеточки моего тела. От поцелуя Александра практически закипает кровь в венах и я не понимаю, когда стала отвечать ему на него и когда мне стало так тепло.

Большие ладони, берут мои руки за кисти. Он чувствует, как я неопытна, что иногда забываюсь и теряюсь. Вряд ли это самый лучший поцелуй в истории. Но он настолько чувствительный, что я не замечаю, когда мои руки оказались на его плечах.

Но именно это стало причиной разорвать поцелуй. Отпрянуть от горячей кожи, в которую меня практически вжали.

И столкнуться спиной с такой же крепкой стеной, которая вообще не пошатнулась. Уже другие руки меня прижимают спиной к сильному торсу, положив ладонь на живот. А вторая ладонь очень ощутимо легла на шею. Но не сжала её.

– Каким-то неведомым образом ты будишь во мне всё то, что тебе не может принадлежать. И как от этого спастись - мы оба не понимаем.

Шепот проникает, кажется, под кожу. Слёзы почему-то срываются из под закрытых глаз, а мужская ладонь на шее ложится на ключицу.

– Маленькая путешественница, ты владеешь магией?

– Нет…

– Тогда ты и впрямь особенная, - меня силой повернули и заставили посмотреть в серебристые, тёмные глаза.
– Я ещё не решил, чего я хочу больше - убить тебя или поцеловать. Но я никогда и никого так не хотел, как тебя.

Серебристые глаза с каждой секундой всё ближе и ближе, а я не могу шевельнуться. На моё лицо падает его прядь волос, а губами я чувствую, как он проводит своими по ним. Не целуя, словно для самого себя оставляя лишние минуты, чтобы отказаться, отстраниться.

Но… Не смог.

Целует, немного жёстко и властно, жадно и глубоко вдохнув побольше воздуха. Его ладони прижимают меня сильнее и ближе к нему, я практически обездвижена. А ещё больше смущена от его дикого напора и сильной власти надо мной. Я не могу двинуться. И, чувствуя такую же дрожь и дикое волнение, я сжимаю больше ноги, чтобы немного отпустила эта сильная тяжесть внизу живота.

Ужин странно развернулся туда, куда я даже думать боялась.

– Алекс первый, кто сорвал поцелуй с этих губ?
– тихо спросил Киприан, проводя большим пальцем по нижней губе и прикусил свою. Видимо моя неопытность очень хорошо чувствуется.

– Да, - выдохнула ему в губы, - первый, - шепчу ещё тише.

– Надо же, - Киприан улыбнулся, - твой запах и мягкие губы заставляют меня менее желать твоей смерти. Но мы оба должны это сделать. Охота должна закончиться на тебе.

– В отличии от меня, у вас есть смысл жизни… - я прикрываю глаза. Не могу вынести такого длительного контакта глаза в глаза.
– После убийства моих родных я не знаю, что мне делать. Я всё время бегу от вас или таких, как вы. Познала всё сама, тайком пробиралась в архивы обоих семей, чтобы хоть что-то понять. Я не знаю, что мне делать дальше. Как и в каком времени жить. Ведь завести знакомых, семью или друзей - опасно. За эти три дня, что я тут… Столько всего произошло… Даже сейчас. Я должна вас бояться и не должна открываться. Но я просто устала. Потому мне всё равно - что вы со мной сделаете.

– Если мы оба тебя отпустим, другие найдут и приведут заказчице. Она обещала мне вернуть семью. Переписать мою личную историю.

– Сколько лет назад ты их лишился?
– сглотнула я.

– Если отталкиваться от этого года - около пятидесяти лет назад, - надо же, Киприан ответил. Так просто. Я спрашивала, не надеясь услышать ответ. А он даже продолжает:

– А так, около пяти лет назад, - сглотнул он.

– Вы из середины ХХ века?
– я удивлённо перевожу взгляд на Александра.
– Получается, с помощью камня вы можете в будущее прыгнуть… Хорошо, что ты ошибся, - говорю Киприану.
– Хотя… Нет. Плохо, что ты ошибся, - шепчу я, немного выравнивал спину. Но отстраниться так и не смогла. Мужчина всё ещё прижимал меня к себе, поглаживая по животу. Приятно. Но осознание, что из-за его ошибки у меня не было шанса сбежать - немного угнетает.

– А почему?
– улыбнулся Александр.
– Потому, что ты 1995 года?

– Да, - киваю.
– В 1998 уже мне было три года. Мне опасно возвращаться во времени с 1995 по 2010 годы. То есть, всё то время, пока во мне не было дара я не могу вернуться. Да и с самой собой встречаться тоже не особенно полезно.

– Потому ты и ведёшь дневник, - тихо произнёс Александр.
– Чтобы не ошибиться и не попасть в одно то же время сама с собой.

– Это довольно-таки сильно сказывается на моём состоянии, - я доверчиво рассказываю свои секреты. Моё чутьё почти разделилось на два лагеря. Одна сторона вопит, чтобы я им не доверяла. Другая - требует защиты и ласки, хоть какой-то стабильности или чего-то, что даст надежду на спасение. Потому и рассказываю. То, к чему пришла сама.
– Я прыгала в 2007, чтобы издалека посмотреть на свою семью. Но не смогла и шага ступить, потому что дикая слабость почти что убивает меня. Потому я решила не рисковать и прыгнула обратно.

– Видимо, мы с тобой не такие уж и разные, - тихо шепчет Киприан.

– Нет, - сглотнула нервно, видя, как Александр садится ближе.
– Я не хочу их вернуть.

– Ты их не любила?
– охотник удивлённо выгибает тёмную бровь. Я же усмехаюсь.

– Нет. Это не правильно. Это не только твоя история. Несмотря на то, что ты их любишь, ты не можешь отвечать за их поведение в будущем. И за их поступки. Есть очень много фильмов, демонстрирующих то, что вернуть к жизни того или иного человека может быть опасно в глобальном смысле. Как бы ты не любил своих родных или близких, и мой род, ваши роды должны сохранять плавный ход истории человечества. И если так случается, пусть по вине одного из нас, так и должно оставаться, - я поворачиваюсь к Киприану.
– Ты понимаешь?

– Да, - Киприан кивает.
– Но мне так хочется увидеть снова своего сына… - я впервые вижу в этих стальных глазах такую грусть. Он меня отпускает и прикрывает глаза, из которых скоро показываются слёзы. Он быстро их выбирает и качает головой. Если бы не Алекс, я бы погубил и себя. Но суть всей истории в том, что я прекрасно знаю: моя жена добровольно отдала моего сына и саму себя путешественнику. И её мне хочется вернуть, чтобы вновь убить…

– Киприан… - но мужчина уже никого не слышит. Он быстро встает и выходит из дома.