Единственная моя, или Mea maalum
Шрифт:
– Ваша человеческая «Скорая помощь» ее не спасет, – предупредил Дан, оттягивая мои руки от неподвижного тела.
– Тогда кто ее спасет? – спросила я в отчаянии.
– Сейчас только я. В этом мире нет никого сильнее меня, – ответил Даниил.
– Тогда сделай что-нибудь, а не выхваляйся здесь непонятно чем! – закричала я, хоть и понимала, что он не виновен, а хочет помочь, отчаяние накрывало, не давая здраво реагировать на происходящее.
Даниил подошёл к Оле. Он водил руками над её телом. От них исходило фиолетовое свечение.
А в это время я обратила внимание на Катю с тем мужчиной. Я собиралась хоть что-то им сделать за то, что они натворили, за то, что я почувствовала боль от потери самого близкого человека. Но они уже почти скрылись в темноте.
– Стоять! – бросилась к ним, но меня остановила какая-то невидимая стена. Я била в неё кулаками, но все равно не могла достать их.
– Мы ещё встретимся! В следующий раз ты не отделаешься так легко! Мой совет на будущее: не верь никому, все предают! – сказал мужчина, зловеще улыбнувшись, перед тем, как исчезнуть.
– И в следующий раз тебе никто не поможет! – крикнула в последнюю секунду Катя и исчезла.
Тогда я вернулась к Оле. Даниил сидел возле неё с закрытыми глазами и делал какие-то странные взмахи руками над ее телом.
– Ну что там? Как Оля? – осторожно спросила я.
– К сожалению, мужчина, который на вас напал, использовал одно из запретных заклинаний, так что полностью нейтрализовать его действие я не смог, – ответил он.
– Какое заклинание? Она же просто ранена, – удивилась я.
– Она поранилась, когда падала под действием смертельного заклинания, а черепно-мозговую травму я уже заживил. Так же поместил её в стазис. Постепенно действие заклинания закончится, и я смогу привести её в сознание, – объяснил он.
– То есть с ней все будет в порядке? Какое облегчение, – колени подогнулись, и я опустилась на землю рядом с Даном.
– Спасибо, не знаю, что бы я сама смогла сделать… – прижалась к нему, крепко обнимая за шею. И когда он обнял меня в ответ, я наконец-то вздохнула с облегчением и смогла расслабиться. Тепло от его тела согревало меня не только снаружи, но и проникало внутрь, излечивая пережитую боль.
– А теперь нам пора, – сказал Даниил, и перед нами открылась светящаяся воронка на подобии той, что видела в проулке. Я уже ничему не удивлялась.
Даниил поднял Олю на руки.
– Входи, – приказал он, указывая на портал.
Я нерешительно посмотрела на него. Его глаза светились фиолетовым, как в день нашей первой встречи.
"Значит, мне не показалось тогда! Ладно, сегодня я слишком устала, чтобы спорить и что-либо выяснять. Доверюсь этому мужчине", – думала я, прежде чем вошла в эту воронку.
Мы вышли в какой-то комнате. Судя по большой кровати – это спальня. Интерьер комнаты был в чёрно-фиолетовых тонах, но, не смотря на хмурость помещения, мне было здесь спокойно.
Следом за мной в комнату вошёл Даниил с Олей на руках. Он положил её на диванчик, который я сразу не заметила. Моё внимание больше привлекала королевских размеров кровать с темным, тяжелым балдахином.
Открылась дверь и в комнату вошли трое мужчин. Одному было за 50 лет, и он ходил немного согнувшись. А ещё двое были близнецами с внушительной мускулатурой. Они были похожи, как две капли воды, оба жгучие брюнеты со смуглой кожей. Но у одного был сбрит левый висок, и на голой коже виднелась странная татуировка, а у другого – все аналогично, но с правой стороны.
– Кирстан, Натан, эту девушку отнесите к источнику, – приказал Даниил близнецам, указывая головой на Олю.
– Подожди! Зачем её забирать? Я хочу быть с ней, – схватив его за рукав, умоляюще попросила я.
– Ей сейчас нужна поддерживающая сила, поэтому её отнесут к источнику. А ты останешься со мной. С ней будет все в порядке, – говорил он, уводя меня за собой.
– А завтра я смогу её увидеть? – после пары минут раздумий, спросила я, сдаваясь во власть обстоятельств.
– Возможно, – ответил Даниил.
– Чем я могу помочь ей? – требовательно заглядывая в его глаза, спросила я.
– Сегодня ты можешь только отдохнуть, – сказал Дан.
– Ладно, – устало выдохнула. – Я могу принять ванную? И где я буду спать?
– Ванная там, – указал он рукой на дверь, к которой мы шли, – Ты пока можешь искупаться и отдохнуть, а я скоро вернусь.
– Э-м-м, можешь не приходить. Я надеюсь, мы не будем спать сегодня вместе? – уточнила я, приподняв бровь.
– То есть не сегодня можно? – засмеялся Даниил.
– Я не это имела в виду! – покраснела я.
– Отдыхай, – нежно улыбнувшись, сказал он, перед тем, как выйти.
Меня эта улыбка настолько потрясла, что еще несколько минут я стояла в ступоре и просто смотрела на то место, где стоял Дан. Но через время все же сообразила, что осталась одна в комнате, так что спокойно набрала ванную и позволила себе немного расслабиться. Закрыв глаза, погрузилась в мысли, перед глазами калейдоскопом пролетали события прошедшего дня и то, что случилось с Олей.
Так через некоторое время я и не заметила, как уснула в ванной. Мое тело приподняли и аккуратно обтерев, закутали во что-то мягкое. Кто-то взял меня на руки. Я доверчиво обняла его за шею, прижавшись крепче. В полудреме меня положили на кровать, и тогда я полностью погрузилась в сон, чувствуя объятия сильных рук.
–СОН-
В мой двадцатый день рождения сон был немного странный, он отличался от предыдущих. Как будто открылось то, что раньше было скрыто в моей памяти, то, что касалось моего забытого прошлого. Я вспомнила всю свою жизнь. Мой разум и сознание перебывало в возрасте двадцати лет, а я сама – в теле маленького ребенка.
Я шла по темному коридору. Везде слышались звуки ударов, крики, от которых стыла кровь. Дойдя к одной из дверей, я услышала голос моей мамы.
«Моей настоящей мамы», – подумала я.
Она с кем-то разговаривала. Послышался глухой звук удара и все затихло. Мое сердце бешено стучало. Я не хотела входить в комнату, не хотела видеть то, что там произошло, но моя рука потянулась к дверной ручки и провернула ее.
Дверь медленно открылась с протяжным скрипом. И я смогла это увидеть. На полу лежала женщина, а над ней склонился мужчина, вытирая окровавленный меч об ее тело. Он обернулся на скрип двери, и я его узнала. Это был тот же мужчина, который ранил Олю.