Единственная моя
Шрифт:
Замедлив шаг, Майлз остановился на пороге.
– Боюсь, ты опоздала на тридцать девять лет, – ответил он.
– Это никогда не поздно, – сказала она. – Никогда... если человеку удается найти в своем сердце прощение.
Оливия стояла в темноте, любуясь спящим Брайаном. Где-то в доме часы пробили три. Какое-то движение в тени привлекло ее взгляд. Беатрис появилась из дальнего угла комнаты и раскрыла объятия Оливии. Не говоря ни слова, Оливия скользнула в них.
– Я так боюсь, – прошептала она.
– Я знаю, девочка.
– Такой я видела Эмили только один раз, Беатрис. За что она меня так ненавидит? Боюсь, она все погубит. Меня. Брайана. Мое счастье с Майлзом.
– Надо верить, что все образуется.
– Одно время меня мучили кошмары, будто я прихожу в комнату Брайана, а его там нет. Теперь эти сны могут стать явью.
– Не думай об этом, – успокоила ее Беатрис.
– Не знаю, что я буду делать, если она заберет его у меня.
– Ей нужен де Клари, детка. Она родит ему своего сына и оставит твоего в покое. Кроме того, она не захочет, чтобы кто-нибудь узнал правду, что это она родила Брайана. Особенно де Клари.
– Но вдруг что-нибудь случится.
– Ничего не случится, милая.
Закрыв глаза, Оливия постаралась расслабиться.
– О Боже, – прошептала она. – Надеюсь, ты права.
Глава 16
Оливия распечатала письмо от Дженет Хупер и стала читать его:
« Я организовала изготовление вдовами сальных свечей для « Уорвик Майнинг Компани » по 100 шт. в месяц. Стоимость для компании составит приблизительно 30 шиллингов на шахтера каждые четыре недели, что на 225 фунтов в год меньше по сравнению со стоимостью свечей, поступаемых по контракту из Йорка. Женщины очень довольны и признательны за эту возможность заработать дополнительные деньги » .
Сняв очки, Оливия откинулась в кресле и закрыла глаза.
Забавно, но за последние недели они с... подругой ее мужа стали союзницами в попытке помочь людям Ганнерсайда.
Брайан промчался мимо двери, размахивая воображаемым оружием, прыгая, увертываясь, нанося удары и выделывая всевозможные пируэты.
– Берегись! – крикнул он и испустил такой душераздирающий вопль, что Оливия закрыла уши и засмеялась.
Она подбежала к двери как раз в тот момент, когда Майлз выскочил из-за угла в стальном шлеме от доспехов, который сильно нуждался в полировке.
– О Боже, – ахнула Оливия, не веря своим глазам.
– Твои дни сочтены, Черный Рыцарь! – объявил Брайан, размахивая своим невидимым мечом в воздухе.
– Теперь я буду защищать этот замок от драконов. И я буду волочиться за служанками.
– Волочиться за служанками? – повторила Оливия.
– О Боже.
С пронзительным воплем Брайан пришпорил своего воображаемого коня и понесся по коридору, нацелив свой верный меч на коварного врага.
– Получай! – крикнул он, вонзая меч в рыцаря в шлеме.
Майлз согнулся пополам и, держась за живот, попятился по коридору с криком боли, споткнулся, крутнулся на каблуках и рухнул на пол, преувеличенно раскинув ноги и руки.
Победоносно улыбнувшись Оливии, Брайан отвесил ей церемонный поклон.
– Смотрите, моя королева, я убил Черного Рыцаря.
– Да, сэр Брайан, – ответила она, подходя к распластанному на полу телу мужа.
– Что вы дадите мне в награду за это? – поинтересовался Брайан, почесав свой маленький носик.
Остановившись возле Черного Рыцаря, Оливия вгляделась в его лицо, скрытое шлемом.
– Вы уверены, что он мертв, сэр Брайан?
Брайан насупился и наклонившись, подцепил забрало пальцем и поднял его на лоб Майлза. Лицо Майлза было красным и потным, глаза закрыты.
– Я могу убить его еще раз, – предложил Брайан.
– Ну, чтобы уж наверняка.
– Думаю, одного раза вполне достаточно. Кроме того, ты опаздываешь на чтение к бабушке. А Жак приготовил тебе сливовый пудинг.
– Пудинг?
Тут же позабыв о поверженном Черном Рыцаре, Брайан умчался вперед по коридору.
Майлз открыл сначала один глаз, потом второй.
– Ушел?
– Полетел как на крыльях. – Оливия улыбнулась.
– Тебе помочь выбраться из этого? – Она показала на шлем.
Майлз сел. Оливия взялась за тяжелые рыцарские доспехи и стянула их через голову. Волосы Майлза лежали свободными влажными прядями, и Оливия с трудом удержалась, чтобы не коснуться их.
– Ты умираешь очень натурально, – сказала она ему.
– Спасибо. Это всего лишь дело практики.
– О? Ты часто умираешь?
– Каждый день последние три недели. Иногда по два или три раза в день. – Он провел руками по волосам и, забрав у нее шлем, ослепительно улыбнулся.
– Странно, что я не замечала, – задумчиво произнесла Оливия.
– Если б вы когда-нибудь оторвались от дел, то могли бы заметить очень многое, миссис Уорвик.
– Я была очень занята.
Он встал и сунул шлем под мышку.
– Чем, например?
– Я организовала изготовление свечей для шахтеров деревенскими женщинами. Это будет намного дешевле, чем приобретать их в других местах, и деньги останутся в Ганнерсайде.
Они бок о бок пошли по коридору.
– Мы получили письмо от Боба Макмиллана. Поставка строевого леса, который мы заказали, задерживается. К счастью, несчастных случаев больше не было, и, поскольку жалованье поступает регулярно и вовремя, отношение шахтеров к компании намного улучшилось.