Чтение онлайн

Пока правитель болен и практически не встает с постели, аристократы, как свора голодных псов стараются вырвать друг у друга самые лакомые куски. А наследник, который может их остановить… лишь развлекается, глядя на это.

Мы продвигаемся в сторону шахт. Староста селения Килиасс, что ближе к горной гряде, приглашает меня поселиться в его доме. Но я предпочитаю оставаться в лагере на берегу ручья, со своими людьми. Наши шатры зачарованы и практически не пропускают стужу внутрь. В центре каждого — магжаровня. В отдельном шатре всегда накрыты столы.

Сегодня дам своим ребятам отоспаться. Им понадобятся силы. А с рассветом выйдем группами. Для каждой группы свой план, свой маршрут. Вечером — совещание и корректировка.

Необходимо полностью разобраться с этой дрянью. Вот только… это несколько недель в северных землях. Светлые Небеса, как же здесь холодно!

Дэниэлла. Северные территории.

Ещё немного монет в копилку.

Рассматриваю в своей руке мелкие пятиугольные пластины с зачарованными кристалликами в центре. Открываю обитую железом коробочку и высыпаю в неё монетки.

Все ещё далеко до необходимой суммы. Пока что мне не хватает даже на дорогу отсюда до столицы Северных территорий. Там расположен ближайший портал, который перенесет меня в Даанавэр — столицу всего континента. Если я, конечно, накоплю достаточно монет. Зато в Даанавэр я смогу оформить небольшое наследство и снять себе приличную комнату. Никто из местных не знает об этой моей маленькой тайне. Считают бесприданницей. И это к лучшему, не хватало еще прослыть богатой невестой.

А может воспользоваться воздушным крейсером? Хватит ли мне тогда монет на билет до столицы? Ближайший порт располагается в городке, что ближе к шахтам. Я могу сэкономить, если отправлюсь туда пешком. Но смогу ли я дойти? Нет, пожалуй, это слишком опасно. И пугает меня не лес. Дороги ведут через селения и в одном из них меня могут нагнать или намеренно задержать…

Закрываю крышку, поднимаю половицу и прячу коробочку в потайную нишу под полом. Передвигаю столик и только потом встаю и иду к окну, чтобы раздвинуть занавеси, впуская в старенькую хижину немного света. По привычке окидываю цепким взглядом открытый двор. Вроде пусто.

Я стала умнее после потери всех наших с дедушкой сбережений. Если бы только раньше я не была столь беспечна! Если бы только предположила, что раз я нужна здесь, то меня не отпустят, а чтобы удержать, обязательно что-нибудь придумают.

Они придумали… подожгли наш дом. Всего через неделю после гибели дедушки. Это представили несчастным случаем.

Неужели считают меня настолько наивной, чтобы поверить в случайность? Или тем, кто стоит за поджогом плевать на это? Дело сделано, а без денег мне не выбраться, уж это здесь все прекрасно понимают. Улыбаются, расплачиваются вещами или едой, а монеты… монеты приходится отстаивать и дается мне это не просто. Здесь и впрямь не у всех они есть, а оставить селян без помощи только потому, что у них нет монет… я не могу.

Подхожу к покосившейся печи, чтобы погреть руки. Сегодня за окном метель и в щели под крышей задувает ветер. Живое пламя так прекрасно, но оно вновь и вновь вызывает в памяти тот страшный вечер…

Огонь взметается ввысь ядовитыми языками сжирая всё, что у меня есть. Все, что осталось от прадедушки. Воспоминания. Дорогие сердцу вещи. Мои надежды на скорое возвращение в город. Деньги.

Я осталась лишь с тем, что было на мне. И еще чудом сохранились документы, хранившиеся в зачарованном тубусе. Помню, как после пожара голыми руками разрывала пепелище, пытаясь сквозь пелену слез разглядеть хоть что-то из того, что могло уцелеть. Хоть каплю памяти о нашей с прадедушкой прежней жизни.

Староста предложил переселиться под его крышу. Но из-за Сарида меня этот вариант не устраивал. Я предпочла заброшенную покосившуюся хижину на окраине деревни. Хоть какая-то иллюзия свободы.

Чтобы прервать тяжкие мысли, бреду к кухонному уголку, намереваясь заварить бодрящего цветочно-травяного отвара.

Стук в дверь заставляет меня встрепенуться и начать испуганно озираться.

— Кто там?

— Это я Дани, открывай. — Голос старосты не предвещает ничего хорошего. Неприятный холодок тревоги проходит по спине.

Отпираю засов и дверь отворяется.

— Ну здравствуй, девонька. Разговор у меня важный. — Староста без приглашения проходит внутрь хижины, стряхивая с себя налипший снег. Устраивается на колченогом стуле и сверлит меня тяжелым взглядом.

Отворачиваюсь и завариваю полный чайник. Меня немного трясет. Чтобы скрыть дрожащие руки беру теплый шерстяной плед — дар от жены старого пастуха из соседней деревни.

— Догадываешься о чем речь пойдет?

— Да мало ли вокруг происходит, — пожимаю плечами, как ни в чем ни бывало.

Возвращаюсь к столику, наливаю большую чашку отвара себе и предлагаю такую же гостю.

— А должна бы знать, что о тебе в селении судачат.

— Злые языки любят посудачить, так нешто мне все сплетни собирать?

Староста еще больше мрачнеет и всматривается очень пристально. Но и я не лыком шита, улыбаюсь открыто и слегка наклоняю голову. Нет за мной вины, вот она я вся как духу.

— Ладно, девонька. Что бы там ни говорили, а доля резона в тех разговорах есть. Негоже молодой девице одной жить. Опасно, да и пример плохой для молодок. Тебе бы в дом хороший, к мужу под крыло, а не в косой хижине прозябать.

Ну вот и настал этот момент. Без дедушки Фицжерэна моим единственным заступником стал староста. Из уважения к памяти прадеда. Но и у его доброты есть пределы. Особенно, когда дело касается общего блага селения.

Итак, сегодня я потеряла последнего заступника…

Моя наставница, айтесс Нирия, покинула Северные территории ещё осенью, отправившись навестить внуков и правнуков. Быть рядом с близкими — мудрое решение в её почтенном возрасте.

Но мне теперь совсем не к кому обратиться. Ни в селении Шиасс. Ни в соседних селениях. Расскажут старосте о моих планах на побег и тогда меня точно выдадут за его внука. Сарид не позволит никому другому подойти ко мне. Да и не из кого особо выбирать.

Непроизвольно кривлюсь, вспоминая грубые руки этого детины, его сальные взгляды и неприятное дыхание. А его обещание “правильно” меня перевоспитать вызывает острое желание стукнуть парня чем-нибудь тяжелым.

— Кривишься? Чай не по душе тебе мужчины наши? — ай, задумалась и забыла, что староста наблюдает, вот же ррахи! — Никак в город хочешь добраться? А что тебе в городе? Без заступника, да без сильного плеча. Здесь-то оно надежнее. Никак свои уже все, в обиду не дадут.

Свои… Мы с прадедушкой полагали, что еще несколько месяцев практики здесь пойдут на пользу моему дару и, что это будет благим делом для жителей окрестных селений. Благим делом… за которое “свои” отплатили мне огнем и пеплом.