Чтение онлайн

Наконец, мы добрались до машины, она нажала на кнопку на брелоке и нырнула на своё место. Джеймсон и я быстро заняли свои. Она запустила двигатель и стартанула так резко, что я едва успел пристегнуться.

— Вот чёрт, это было близко, — сказала она, когда мы выехали на дорогу и отъехали на некоторое расстояние от больницы. В заднем стекле ещё виднелось её уменьшающее здание. — Когда я увидела этих парней, меня чуть удар не хватил. И боюсь, пришли они по наши души.

Глава 20

— Какие парни? — спросил я, однако мои слова были прерваны Джеймсоном, который поднял руку, словно катался на роликовых коньках.

— Нет, это было нечто, — возопил он, особо выделив слово «нечто». — Просто поверить не могу! Как ты хакнула мозг той врачихе! И видела, как я перевернул ту тележку? Мы круты! — он прервался, хлопнув Мэллори по плечу. — Йо-хо-о! Никогда себя так не чувствовал. Было просто круто.

— Круто, но страшно, — ответила ему Мэллори.

— Так что случилось-то? — не выдержал я.

Джеймсон повернулся ко мне и принялся повествовать, активно помогая себе руками. Никогда не видел этого парня таким возбуждённым. Как будто его током ударило. В течение всего рассказа он не забывал хвалить себя за сообразительность и свои навыки телекинеза.

В принципе, всю историю можно было уложить предложения в три, но он вещал минут пятнадцать. Судя по словам Джеймсона, выходило следующее: когда мы разделились в приёмной, Мэллори принялась делать вид, будто заполняет выданный медсестрой формуляр. Наших имён она не вписала, а про Горди и сама не всё знала, так что вписала какую-то лабуду, а затем применила контроль разума, чтобы медсестра думала, будто формуляр полностью заполнен, даже номер страхования был указан.

— Видел бы ты это! — вещал Джеймсон. — Мэллори такая: «Этот формуляр заполнен полностью», а она такая: «Ой, вы прям всё сюда вписали».

— А затем я вышла и перегнала машину, чтобы вход не перекрывать, — добавила Мэллори.

Затем, по его словам, вошли двое, — те же, кого он в своё время видел в библиотеке.

— Мы тогда сидели в комнате ожидания, — продолжила за него Мэллори. — Пытались связаться с тобой. Смс-ки слали.

Я потянулся к телефону. Слать-то слали, вот только у меня телефон на беззвуке был.

— Эти ребята были точь в точь те, кого я в библиотеке, — продолжал Джеймсон. — Костюмы, чёрные туфли, галстуки, прям бизнесмены. Подошли к стойке регистрации и спросили насчёт пациента, который должен был прибыть в реанимацию, некоем Гордоне Хофштеттере. Один из них представился его сыном, — он громко фыркнул. — Как будто им кто-то поверил бы.

— Видел бы ты лицо Джеймсона, когда он их приметил, — опять встряла Мэллори. — Как будто свернётся в клубочек и запросится к мамочке.

— Эй, неправда! — он холодно глянул на неё. — Зачем было такое говорить? — он обернулся ко мне. — Девушка за стойкой попросила их подождать, пока она проверит записи, а я, чтобы отвлечь их, перевернул тележку с лекарствами, — он прикоснулся указательными пальцами ко лбу, — силой своей мысли, Расс.

Дальше заговорила Мэллори:

— Я воспользовалась неразберихой и пошла за медсестрой в смотровую. Там я воздействовала на неё, и сказала ей, что Горди привезла в больницу женщина средних лет по имени Мардж Шаффер. Даже полностью описала её.

— И как, сработало? — с недоверием спросил я.

Она кивнула.

— Она могла бы поклясться об этом на суде. Вот только завтра головушка у неё будет бо-бо.

Когда медсестра вернулась, она рассказала ребятам в костюмах, что мистера Хофштеттера привезла Мардж Шаффер, даже в точности описала, как сказала Мэллори. А когда какие-то парни принесли в фойе какого-то мужика, пострадавшего в кабацкой драке, те отвлеклись, благодаря чему Джеймсон и Мэллори проскользнули за работником больницы, чтобы найти меня.

— Так вот почему мы вышли через чёрный вход, — понял я, — чтобы пройти мимо тех, в костюмах.

— Конечно, — самодовольно ответил Джеймсон.

— А чего мы просто прошли мимо них? — я подался вперёд, адресуя свой вопрос Мэллори. Хватит с меня Джеймсона. — Почему просто не спросить у них, что происходит? Пока мы не можем с уверенностью сказать, что они плохие.

Машина свернула в сторону так резко, что я чуть не вылетел наружу. Мэллори свернула к обочине, включила проблесковые огни, а затем обернулась ко мне:

— Рассел Бекер, я надеюсь, что ты пошутил, — её голос и лицо наполнились злостью.

— А я тебе с самого начала говорил, что не нравится он мне. Надо было просто забить на него, — сказал Джеймсон.

Я поднял руку, чтобы не видеть его рожи, и так и держал её.

— Вы себя гениями обзываете, но ведёте себя при этом, как идиоты. Я не имел в виду, что нужно везде трубить об этих огнях или обломках на поле или ваших силах. Но что плохого было в том, чтобы сказать, что это мы привезли старика, которому требовалась медицинская помощь? Как прикажете собирать информацию, если мы ото всех будем драпать?

Мэллори покачала головой.

— То есть, то, что в тебя на днях стреляли и преследовали, тебя ничему не научило? Мне что, ещё раз нужно разжёвывать, что просто взять и заявить о себе может оказаться опасным для жизни?

— А, то есть, тыкаться самим вслепую не опасно?

Джеймсон хлопнул меня по руке. Я опустил её и, улыбнувшись ему, продолжил.

— Посмотрите на это с другой стороны. Если что-то случится, вы же хотите, чтобы ваши семьи знали об этом хоть что-нибудь? Может, если бы те ребята, о которых вы говорите, подняли бы вой о себе в СМИ, их бы взяло под охрану государство. Может, с ними ничего не случилось бы.

Джеймсон театрально прикрыл руками лицо и запричитал:

— Мэллори, поверить не могу, что ты поручилась за него. Да у обезьяны мозгов и то больше.

— Мэллори, — плевать мне было на этого клоуна, я хотел услышать её мнение. Выглядела она задумчиво.

— Ну хорошо, что ты предлагаешь? — не выдержала она. — Кому прикажешь рассказать — родителям, полиции, ФБР? И что мы им расскажем? Всё или что-то утаим? А о последствиях ты думал? Мы думали. Каждый возможный сценарий разобрали, и поверь, добром не оканчивается ни один. — Я молчал, а потому она продолжила. — И вот что я скажу, Расс. Если хочешь, можешь делать, что хочешь. Мешать не будем.

— Я бы, конечно, не… — встрял Джеймсон.

— Только запомни, — отмахнулась она от слов друга, — помогать тебе никто не будет. Если попробуешь приплести нас, будем говорить, что ты спятил, а мы знать не знаем, о чём ты.

— Будешь сам по себе, дружок. Помогать тебе никто не будет. Будем говорить, что ты спятил.

— Если мне память не изменяет, Мэллори это сказала две секунды назад.

— Пойми, мы и так через многое прошли. Слушай, Расс, можешь ещё пару дней подумать, прежде чем что-то предпринимать?