Чтение онлайн

Наконец гости расселись по машинам и кортеж двинулся в сторону Дворца бракосочетаний, долгими гудками оповещая об этом весь район и издавая такой же неимоверный шум, с каким он въезжал во двор около часа назад.

Арман, Сабина и пока еще сравнительно бодрые молодожены наслаждались передышкой в номере отеля «Достык», находившегося поблизости от Дома приемов, где в этот момент собирались гости и шли последние приготовления к встрече молодых. Ожидая сигнала на выход от Жана, самого популярного в Алма-Ате ведущего подобных мероприятий (тамады), друзья коротали время за обсуждением всего, что произошло за этот трудный, насыщенный событиями день. Девушки смеялись, вспоминая, как феерично выглядела утром Аида, восседая за рулем своего RAV4 в джинсах и белоснежной фате, а юноши рассказывали им пикантные подробности обряда выкупа невесты, которые еще не были известны подругам.

Правда, молодые люди умолчали о том, что опоздали на выкуп по вине Тимура, который забыл дома обручальные кольца, и пришлось за ними возвращаться, ведь Аида могла решить, что это плохой знак, и ее настроение на весь оставшийся вечер было бы испорчено. Она и так переживала из-за того, что свечка внутри керамической юрты, которую им по новоизобретенной традиции торжественно вручили после регистрации как символ семейного счастья и благополучия, быстро погасла. Ребятам не сразу удалось убедить девушку не зацикливаться на этой мелочи и вернуть ей хорошее расположение духа.

Особенно веселило друзей недоразумение, случившееся при исполнении мусульманского обряда бракосочетания неке кияр, который был необязательным, но с недавних пор крайне востребованным в Казахстане ритуалом и проводился для желающих в том же Дворце бракосочетаний сразу после гражданской церемонии. Когда говоривший по-казахски мулла спросил Тимура, согласен ли он вступить в брак со своей невестой, тот, будучи чистокровным казахом, знающим по-казахски не больше десятка слов, еще смог предположить, о чем идет речь, но, когда священнослужитель поинтересовался, что по старинному (нынче весьма условному) обычаю он подарил на свадьбу молодой жене, парень растерялся и смотрел на муллу безумными глазами, не понимая, чего еще от него хотят. Ситуацию спас Арман, знающий язык чуть лучше: сообразив, в чем суть вопроса, он шепотом перевел его Тимуру и избавил друга от неминуемого позора.

Словом, как на любой свадьбе, сегодня было достаточно и трогательных, и трагикомичных моментов, которые зачастую остаются в памяти об этом дне как самые яркие и дорогие сердцу воспоминания. Аида была уверена, что все не скоро забудут патетику официальной регистрации их брака, потому что речь ведущей вышла столь возвышенной и проникновенной, что довела до слез всех присутствующих, независимо от их пола, возраста и семейного положения. Даже обычно несентиментальные мужчины тайком утирали слезу под звуки ее чувственного голоса и берущих за душу слов. А вот Тимур не сомневался, что неизгладимое впечатление на гостей произвела некая Зарина, дальняя родственница Аиды, которая, спускаясь с лестницы Дворца бракосочетаний, запуталась в собственной юбке и кубарем скатилась вниз, чудом не раздробив все кости, но сломав каблук.

И все же друзья искренне радовались тому, что добрая половина запланированной на этот день программы осталась позади. Все эти важные, но утомительные ритуалы: выкуп невесты, регистрация, мусульманский обряд, прогулка по городу и посещение главных достопримечательностей Алма-Аты (Парка имени двадцати восьми гвардейцев-панфиловцев, площади Республики и шашлычных в Алма-Арасане) – были, по существу, прелюдией к основной части сегодняшнего празднества – свадебному тою 38 , а это испытание им только предстояло преодолеть.

Начало банкета задерживалось почти на час, но вряд ли это кого-то беспокоило или удивляло. В повседневной жизни люди здесь более организованны и точны, но вот приходить в назначенное время на торжество считалось чуть ли не моветоном. Сложно назвать причины столь избирательной пунктуальности (возможно, гости просто боялись показаться самыми голодными и нетерпеливыми), но из этого правила почти не бывало исключений – мало кто появлялся на мероприятиях вовремя, и никому и в голову не приходило расценить это как неуважение к виновникам праздничного события. Поэтому друзья могли провести в отеле еще как минимум полчаса в ожидании момента, когда все приглашенные наконец соберутся для встречи молодоженов, но эта передышка была отнюдь не лишней: девушкам хотелось отдохнуть и подправить прически и макияж, а молодым людям – покурить и настроиться на долгий вечер в компании многочисленных гостей.

Однако вскоре команда от тамады была получена, и через несколько минут новобрачные с друзьями уже стояли неподалеку от входа в Дом приемов, где их ожидали четыре девушки в белоснежных, расшитых золотом национальных казахских костюмах. С помощью Сабины они накинули на Аиду большой отрез белой ткани, украшенный национальным орнаментом и необходимый для традиционного обряда, с которого начинался банкет. Затем, окружив Аиду с четырех сторон, девушки подхватили концы накидки, скрывавшей не только лицо, но и почти всю фигуру новобрачной, Тимур, Арман и Сабина встали на пару шагов позади, и маленькая процессия степенно двинулась к месту проведения пышного свадебного торжества.

Помпезный, выложенный бежевым мрамором холл Дома приемов был ярко освещен и забит до отказа. Несколько сотен гостей едва умещались в просторном зале, в котором регулярно проходили блестящие светские рауты и мероприятия вроде свадеб и юбилеев состоятельных горожан. Импозантные мужчины в пошитых на заказ костюмах и смокингах важно прогуливались взад-вперед, разговаривая по телефону, или обсуждали деловые вопросы с коллегами и партнерами по бизнесу, также приглашенными на той. Парни, вальяжные и самодовольные, беспечно гарцевали из угла в угол, порой небрежно, порой заинтересованно поглядывая на порхающих вокруг девушек, или сбивались в компании у столиков с напитками и пепельниц возле входа и периодически оглашали зал взрывами беззаботного смеха. Женщины постарше, в массивных драгоценностях и роскошных туалетах от-кутюр, стояли группками, негромко переговариваясь и кивая, или сидели на расставленных по холлу шелковых диванах, креслах и канапе, обмахиваясь носовыми платками и окидывая придирчивым взором попадавшую в поле их зрения молодежь. А юные прелестницы в черных коктейльных или ярких вечерних платьях в пол собирались шумными стайками в кружок, щебеча и временами озираясь по сторонам, чтобы оценить количество обращенных на них взглядов или симпатичных молодых людей поблизости.

В большинстве своем присутствующие здесь принадлежали к так называемому высшему обществу – возникшей в Казахстане сравнительно недавно прослойке обеспеченных граждан, сумевших не только выжить после развала СССР, но и извлечь из этого крушения немалую пользу. Это были представители бизнеса и власти, которые шли в неразрывной связке друг с другом, ведь зачастую владельцами крупнейших предприятий республики становились братья, жены, дети и другие родственники бывших номенклатурных работников или нынешних государственных деятелей страны. Эти люди знали цену деньгам и научились их зарабатывать, но вот искусством тратить овладели пока не все, поэтому автомобили этой части приглашенных были, как правило, громоздкими, наряды – вычурными, а бриллианты и часы – до неприличия дорогими.

В толпе скучающих гостей можно было заметить высокопоставленных чиновников, олицетворявших правящий режим Казахстана: вновь назначенного министра и помощника президента, глав различных управлений и ведомств и судью Верховного суда, известного дипломата и акима 39 города Алма-Аты. Были здесь и крупные бизнесмены, появившиеся в республике в традиционно именуемые «лихими» девяностые, после обретения Казахстаном независимости. Нет смысла углубляться в не всегда безупречное прошлое и не обязательно легальное происхождение начального капитала этих зубров предпринимательства – сегодня это были достойные, уважаемые люди, имеющие солидный бизнес и положение в обществе. Внимательный взгляд выхватывал среди приглашенных главу мощной нефтяной корпорации, владельца успешной транспортной компании, двух медиамагнатов, председателя правления коммерческого банка, владельца сети популярных алма-атинских ресторанов, основателя частной школы, хозяйку фешенебельных магазинов одежды и многих, многих других.

Это была небольшая, но предельно респектабельная часть казахстанского социума, и родители Аиды и Тимура чрезвычайно гордились составом гостей, потому что об уровне мероприятия судили не только по платью невесты, изысканности стола или количеству приглашенных – основным критерием оценки было в данном случае качество: чем больше элитной публики на квадратный метр помещения, тем лучше. При этом сами новобрачные, точнее, их семьи если и не принадлежали к наивысшей прослойке республиканского истеблишмента, то очень грамотно выстраивали политику взаимоотношений с этим кругом избранных, стараясь занять в нем свое, пусть и не первостепенное, место. Папа Аиды руководил департаментом в Нацбанке Казахстана, а мама была директором престижной частной школы; отец Тимура занимал неплохой пост в правительстве страны, а мама трудилась в должности заместителя главного врача одной из больниц Алма-Аты – не самый пик казахстанского Олимпа, но весьма почтенные, состоятельные люди, главным богатством которых, по их собственному убеждению, были обширные связи и знакомства.