Чтение онлайн

И тут же вздрогнула, вспомнив, как проклятый герцог смотрел сквозь меня, словно видел за моей спиной нечто, недоступное моему взгляду. Как он предсказал появление Глории. Его уверенность в том, что никто не подслушает наш разговор.

— Глория… — медленно проговорила я. — А слуги не рассказывали тебе, почему на самом деле герцога ла Вейна называют проклятым?

Очень кстати Глория вообразила, что я убила юного короля. После такого конфуза она, стремясь загладить свою вину, отвечала на мои вопросы сравнительно охотно.

— Говорят, его принесли в замок призраки, — едва слышно начала рассказывать кормилица. — Вроде бы не было никаких гостей. Никто никуда не уезжал из королевских приближенных. Но одним ничем не примечательным утром Густав Третий вдруг объявил, что в замок прибыл его сын.

— И никого это не удивило? Никто ни о чем не спросил?

— Удивило… А спросить… Вы, наверное, воспитывались очень далеко от столицы. Даже я наслышана о старом короле. Вопросы задавать ему не хотелось. Ой, — Глория снова покраснела и опустила глаза. — Только вы не обижайтесь. Я вовсе не хотела сказать, что вы провинциалка…

— Я не обижаюсь, — нетерпеливо прервала поток ненужных извинений я. — Меня действительно воспитывали далеко от столицы.

— Ну, я так… Мало ли, — нервно разгладила передник молодая женщина, избегая смотреть мне в глаза. — Я вообще не привыкла сплетничать…

«Поздно, моя дорогая, — усмехнулась про себя я. — Коготок увяз, всей птичке пропасть. Ты уже заговорила. Значит, расскажешь все, что узнала, подсмотрела или подслушала. А вот потом, когда поймешь, как не вовремя распустила язык, ты будешь бояться меня сильнее, чем этого странного герцога. И в этом проклятом дворце наконец появится хоть один человек, к которому я почти безбоязненно смогу повернуться спиной!»

— Какие сплетни, Глория. О чем вы! — я покачала головой. — Вы просто вводите меня в курс дела. Глупо будет, если я по незнанию сделаю какую-нибудь глупость.

— Если так, — Глория с сомнением облизнула губы. Но я смотрела на нее самым честным взглядом, на который только была способна, и она продолжила. — В общем, когда он еще начал всем рассказывать, что призраки ему помогают, то слуги уверились: мальчика принесли во дворец именно привидения. Кое-кто, конечно, не верил, особенно государь-наследник. Вот уж кто появлению братца- бастарда не обрадовался. Никогда не упускал случая оттолкнуть или посмеяться.

«Оригинально… — задумалась я. — Ненавидит, при этом доверяет ему настолько, что делает чуть ли не всесильным главой тайной службы. Что-то здесь не так…»

Но Глория не задавалась такими глубокими вопросами. Отметив неприязнь Густава Четвертого, она сразу перешла к делам любовным, о которых я уже была наслышана от Грумель. Впрочем, и тут всплыли подробности.

— Герцог с отцом не спорил. Жениться, так жениться. Вот только призраки нашептали ему, что невеста-то порченная. И замуж идет не за него, а за герцогский титул, — кормилица подпустила в голос грусти. — И тогда герцог ее отпустил. Даже убежать помог.

— В смысле? — опешила я. — Сам подстроил этот позо… В смысле, это безобразие?

— Ага. Я же вам говорила, он добрый и справедливый. Не захотел чужому счастью мешать.

«Вот кто начитался любовных романов, — проворчала я про себя, кое-как удержавшись от язвительных комментариев. — Добрый… Мешать не захотел… Рога не захотел носить. И это еще в лучшем случае!»

— А что же тогда со второй невестой случилось?

— А вторую невесту он сам выбрал. Говорят, любил ее — страсть, — глаза молодой женщины мечтательно засверкали. — Подарками задаривал, на руках носил…

— Прямо таки на руках по коридорам замка? — не сдержавшись скривилась я.

— Ну, я же в переносном смысле. Но то, что он от нее не отходил — все знают!

И смотрел такими глазами…

Сообразив, что фантазии о том, как должен вести себя влюбленный мужчина, в исполнении размечтавшейся вдовы могу слушать еще часа два, я с сарказмом вставила:

— Глазами вдовца? Она же…

Я хотела сказать «умерла», но не успела. Глория подскочила, как будто я вздумала оскорбить всех богов скопом.

— Он ее не убивал! — возмущенно отрезала она. — И призраки его не убивали, что бы там ни болтали прихвостни нашей принцессы. Это она слухи распустила! To на мачеху отцу напраслину возводила, то на дядю! Змея!

— Ядовитая? — усмехнулась я.

Опомнившись, Глория залилась краской до корней волос:

— Нет… Наверное, нет. Ее высочество, конечно же, не ядовитая змея… О, боги!

Карие глаза налились слезами, и я, опасаясь за очередное платье, поспешила успокоить женщину.

— Не пугайтесь так. Я никому не скажу.

— Правда?

— Конечно, — я твердо кивнула.

Где-то в глубине души подняла голову давно забытая грусть. Как можно вот так верить в общем-то первой встречной? Я на это была не способна при всем желании. Что-что, а доверчивость, сострадательность и прочие лишние для будущей королевы качества из меня выбили еще в глубоком детстве, а потом это благородное начинание продолжила Орта. Но не замутненная подозрительностью искренность Глории вызвала даже легкую зависть. Ей еще не приходилось сталкиваться с громадой человеческой подлости. А я в свои двадцать пять уже успела насмотреться такого, что не верю никому и никогда. Да еще и совершенно спокойно использую любые человеческие слабости себе на благо. Этому меня тоже учили. Учили долго и настойчиво.

«Ладно, — тряхнула головой я. — Будем считать, что это не искренность, а глупость. И завидовать тут совершенно нечему!»

Глория еще долго рассказывала, какой хороший герцог ла Вейн и как любят и уважают его слуги. Суровый, но справедливый, вот каким его считали. Даже фраза, за которую любой король отправил бы на плаху, и то прозвучала в этом монологе: «Вот бы нам такого короля!» Я, разумеется, не стала подсказывать молодой женщине, как близко она прошла от эшафота, только вздохнула и все. Что тут было говорить. Глупая и наивная, или искренняя и открытая, но Глория была такой, и меня это более чем устраивало. Однако для себя я решила постараться не втягивать ее в свои дела. И без меня найдутся любители подкоптить розовое стеклышко, через которое она до сих пор смотрела на жизнь.

«Итак… — мысленно подвела итог я, когда кормилица вынуждена была прерваться и уделить внимание малышу. — Страшный, но хороший герцог ла Вейн, появившийся неизвестно откуда, которого брат обижал, но которому доверял. Одну свою невесту он то ли прогнал, то ли отпустил, вторую то ли убил, то ли любил. К тому же он общается с призраками и был бы идеальным королем, если бы не подмоченная ветреной матушкой репутация. Чем больше я о нем узнаю, тем меньше знаю. Бред какой! И спрашивать-то уже некого. Разве что у него самого поинтересоваться. Представляю, как бы это выглядело. «Доброе утро, ваша светлость. Скажите пожалуйста, а это не вы ли натравили на меня своих ручных призраков и убили свою невесту?» Меня даже не казнят, меня сразу в дом для умалишенных отправят. Если, конечно, герцог не помрет. Со смеху… Тогда таки казнят. За особо зверское убийство члена правящей семьи».