Чтение онлайн

Пока я ловила стремительно падающую челюсть, он величественно просочился сквозь стену, оставив меня в полном одиночестве. Я впервые задумалась, что будет, если вся эта история просто дурацкая шутка, только в исполнении не покойного короля, а покойного островитянина.

«Тогда ты не попадешь на бал, — подсказал внутренний голос. — Только и всего».

— Тогда я ему еще и спасибо скажу, — буркнула я и устало откинулась на спинку кресла.

Последние дни с их предпраздничной суетой и постоянными визигами портних основательно меня измотали.

За десять лет я успела отвыкнуть от многочасовых примерок и подгонок. А тут вдруг заполучила их в двойном объеме. Было от чего размечтаться о тихом вечере в кресле с бокалом вина и каким-нибудь ненавязчивым собеседником. В идеале покойным, чтобы не утруждался лишними ухаживаниями.

Сидя в дальнем углу, я из-под ресниц наблюдала за ловкими движениями кормилицы и ее товарки. Малышам их расторопность тоже явно нравилась. Никакого писка, а тем более крика. Только улыбки и довольное гудение. Надо признать, такое же сонное, как и я.

Но долго отдыхать мне не позволили. Едва я прикрыла глаза, как дверь распахнулась, и в комнату вошел маркиз ла Брук.

— Как вы уже знаете, — без предисловий начал он, — всем слугам его величества по случаю праздника подарен выходной! Посему прошу покинуть помещение!

Маркиз гаденько улыбнулся.

Я сжала губы, опасаясь выдать какую-то грубость, но при этом не находя приличных слов. На счастье мерзавца, в комнату влетел ла Вейн. Я даже удивилась, насколько он изменился всего за несколько дней. Под глазами залегли темные тени, черты лица заострились. Даже всегда плавные движения стали какими-то рваными.

На мгновенье я даже заподозрила, что к нам явился не настоящий герцог, а его двойник. Но только на мгновенье. Стоило ему открыть рот, как наваждение пропало.

— Ла Рум! — недовольно бросил он. — Разве вам платят, чтобы вы спали средь бела дня?! Поднимайтесь. Пора!

На какой-то миг герцог задержал взгляд на моем лице, потом недоуменно сморгнул и отвернулся.

— Пора, — повторил он. — Берите все, что вам понадобится для бала и отдыха, дамы. До завтра вы сюда не вернетесь.

Девицы испугано переглянулись.

— Можно отвести им комнату рядом с моей? — пришла им на помощь я, пока глупая Глория не ляпнула что-нибудь непоправимое. — Они помогут мне приготовиться к балу.

— Разве что вы возьмете их к себе, — махнул рукой ла Вейн. — На гостевом этаже просто нет свободных комнат.

— Возьму, — кивнула я.

— Отлично. Одной проблемой меньше, — буркнул герцог и, взглянув на суетящихся девиц, добавил. — Двумя. Маркиз, проводите.

— Дамы, прихватите все необходимое, — вставила я. — Я присоединюсь к вам, как только смогу убедится, что его величеству и молочному брату короля обеспечены надлежащее внимание и забота.

Герцог поймал мой взгляд и с благодарностью опустил веки. Я лишь едва заметно пожала плечами. А что тут можно было еще сделать? Маркиз ла Брук, недовольный тем, что его отсылают, ворчал на кормилицу, но на то, что те вытаскивают из комодов и шкафов, не смотрел вовсе.

За что и поплатился. Возбужденные предстоящими приключениями девицы забыли, что он маркиз, и нагрузили какими-то тряпками даже его. Ла Брук сделал движение, будто вот-вот бросит нежданную ношу на пол. Но хватило короткого окрика ла Вейна: «Помогите дамам, маркиз’», чтобы он стушевался и покорно потащил следом за довольными девицами их добро.

Дверь за ними захлопнулась, и мы впервые с того памятного разговора за чаем остались с герцогом наедине.

Ла Вейн снова подарил мне какой-то странный взгляд, но тут же раздраженно мотнул головой и отвернулся.

— Я ему не доверяю, — бросил в пространство он, запирая дверь изнутри и доставая из колыбельки сонного короля.

Малыш недовольно закряхтел, но почти сразу успокоился. Я достала сына кормилицы и повернулась к герцогу в ожидании указаний.

Ничего нового я не дождалась. Тот молча подошел к стене и попытался повернуть рычаг, который я основательно заклинила ножом для бумаги несколько дней назад.

«Что за черт?!» — услышала я раздраженное бормотание. Герцог присмотрелся, нашел перекошенный лепесток держателя, не дававший рычагу повернуться, и одним движением пальцев загнул его обратно. Я только зубами скрипнула: полчаса эту гадость загибала при помощи ножа для бумаги и такой-то матери, а этот поганец за две секунды все испортил. To есть, починил.

— Идите за мной, ла Рум, — герцог кивнул на полутемный проход, открывшийся в стене.

Я коснулась рукояти стилета, который сегодня, словно предчувствуя нечто подобное, не постеснялась смазать ядом, и решительно шагнула с паркета на древние каменные плиты.

— Никого не удивит, что детей заперли в королевских покоях в одиночестве? — спросила я после десяти минут быстрой ходьбы по едва освещенным переходам.

— Сиделки и кормилицы приехали еще вчера и сидят под замком в ожидании того момента, когда их позовут к королю, — не оборачиваясь ответил герцог. — И будут сидеть так до самого утра. А мне потом доложат, кто ими интересовался.

— Надеюсь, вы поделитесь докладом.

— Давайте сначала эту ночь переживем, ла Рум, — устало отозвался мужчина, ускорив шаг.

Минут через пять очередная фальшивая стена неожиданно выпустила нас прямо на улицу. Я едва не потеряла равновесие, с гладких плит ступив на выщербленную брусчатку. Но ла Вейн успел подхватить меня под локоть:

— Осторожнее.

Где-то рядом всхрапнула лошадь, и из полумрака подворотни выступили две закутанные в плащи фигуры. Я схватилась за стилет, но тут же отпустила рукоять, увидев, как герцог с заметным облегчением целует в щеку пожилую женщину и передает ей младенца.

— Это моя гувернантка, — пояснил герцог, поймав мой настороженный взгляд. — Можно было бы сказать, няня, но вы знаете, в каком возрасте я оказался во дворце.

И ее дочь. В некотором роде моя сестра.

— По отцу? — ляпнула я.

— По сердцу, которое нас любило, — усмехнулся ла Вейн, и у меня отлегло от сердца. И так что-то слишком много королевских бастардов собралось на один дворец. А если еще учесть странные намеки Лемока, то и у меня самой с происхождением не все чисто.

Это последняя мысль неожиданно так меня насмешила, что малыша я передала подошедшей молодой девушке с широкой улыбкой. Та несмело улыбнулась в ответ и ловко перехватила кряхтящий сверток пеленок.