Её Звериная Натура
Шрифт:
– Ты что не слушал? Если нападем без объявления войны, у нее найдутся союзники. Те же Драконы или Прайд. Эти лизоблюды, которые кричат, что все должно быть по кодексу.
– Весь смысл плана и заключается в том, что мы не выходим за рамки кодекса клубов. Ты не будешь действовать от лица Номад и, следовательно, это не будет прировнено к атаке другого клуба, а к простому бунту внутри собственной территории. С такими проблемами клубы должны справляться собственными силами, разве нет? А если не смогут...
– Лишаются статуса клуба - закончил за Стэна Макс. Его лицо выражало глубокое раздумье, взгляд стал отсутствующим.
– Все верно - просиял Стэн, чувствуя, что встал на верный путь.
– Если начну действовать по собственной инициативе, без согласия отца, лишусь всякой поддержки клуба - проговорил Макс так, словно вел диалог только с самим собой.
– Но у тебя будет собственный клуб. И когда твой отец поймет это, уверен, он будет сотрудничать. Но уже на равных понимаешь? Ты перестанешь быть для него просто сыном, станешь бизнес партнером, который, к слову, всего добился сам.
Стэн знал, на что давить. Он задел самолюбие Макса, его желание выделиться и возвыситься. И это возымело успех.
– Как быстро мы сможем собрать необходимое количество людей?
– Двадцати должно хватить, их сможем без шума мобилизовать в течение двух часов. Плюс те кто здесь.
– Больше тридцати - медленно проговорил Макс.
– У них примерно столько же. Но к атаке они не готовы.
Макс в задумчивости поглаживал свои волосы. Его взгляд был устремлен в пустоту. Ему предстояло нелегкое решение и, понимая это, Стэн терпеливо ждал.
«Что я теряю?!» - думал Макс - «Если Блэки вернется, карты вскроются, рано или поздно. И тогда мне конец. Так что я теряю?!». Номад поднял глаза на Стэна.
– Приступаем - скомандовал он твердо.
***
Они шли долго. Фоксу показалось, что очень долго. Настолько, что эффект препаратов аптечки почти прошел, и он снова начал ощущать усталость, боль от ушибов и жжение в местах ожогов, а главное - голод. Он уже и не помнил, когда последний раз нормально ел. И в дополнение ко всему было жутко холодно. Температура стояла чуть выше ноля, и Фокс, одетый лишь в камуфляжную куртку поверх серой майки и свободные штаны с карманами - облачение никак не подходящее для долгого путешествия по холоду, чувствовал, как начинает замерзать. Солнце уже покидало чистый голубой небосвод, окрашивая голый лес в зловещий огненно-красный оттенок и удлиняя тени деревьев, и это означало, что скоро воздух может остыть еще на пять-десять градусов.
«Мне не пережить эту ночь» - с горечью подумал он - «Лучше бы уж сдох там, от пули, чем медленно закоченев в ночи. Дерьмовая перспектива, как не крути».
Они шли молча все это время. Блэки впереди, Фокс сзади. Не сбавляли скорости, не останавливались, шли и шли. Несколько раз он порывался что-то сказать или спросить, но не решался. Так и блуждал в плену своих мыслей, пока боль, холод и голод не стали настолько невыносимы, что думать о чем-то другом уже не представлялось возможным.
– Все это из-за груза, который мы везли?
– спросил он осторожно, надеясь, что разговор позволит ему отвлечься от усталости и боли хотя бы на какое-то время.
– Скорее всего - ответила Блэки с безразличием.
– Он ценный?
– Только для меня. Другим он не представляет ценности. Тот, кто нанял Призраков, не знал, что конкретно вы везете.
– Зачем тогда сделал все это?
– Потому что думал, что груз ценный.
– Что же там такое на самом деле?
– Не твое дело.
– Уверена? Мой друг погиб из-за этого груза - Фокс машинально прикоснулся к карману куртки, в котором лежала счастливая монета Дуэйна - Что с Кастой так и неизвестно, возможно ее уже продали в рабство или убили. А я даже не знаю, что мы такое везли, и за что заплатили такую цену. Несправедливо.
– Несправедливо?
– Блэки резко остановилась и обернулась - Ты думаешь, все что происходит несправедливо по отношению к тебе?
Фокс шумно сглотнул:
– Я потерял все, из-за твоего груза.
– Это твоя работа, разве нет? Или ты рассчитывал, что я стану жалеть наемника, потерпевшего неудачу? Ты не выполнил работу, за которую взялся, и это только твоя проблема.
– А разве у нас был шанс, против этих Призраков?
– Ну, как видишь, мы еще живы. Они отступили. Значит, победить их возможно.
– Да, но все твои люди погибли.
– Хочешь присоединиться к ним?
– Блэки толкнула Фокса в плечо. Движение казалось очень легким, почти невесомым, но на деле оказалось настолько сильным, что Фокс отшатнувшись схватился рукой за ствол дерева, чтобы не упасть, как тогда, в подвале.
– Я могу быстро отправить тебя к остальным - прошипела Блэки.
Фокс даже не подумал вскинуть винтовку, которую держал. Он знал, что это будет конец. Ему стоило лишь направить оружие на Блэки и смерть заберет его раньше, чем палец нажмет на курок.
– Прости - Фокс несколько раз кашлянул и выпрямился - Я понимаю, ты потеряла верных людей. Возможно, они были хорошими парнями. Я тоже потерял друзей, я знаю какого это.
– Заткнись!
– проговорила Блэки. Но без злобы. Не потому что он сказал, что-то задевшее ее за живое, а потому, что ее отвлекло нечто постороннее. Снова она напряглась, как зверь, прислушиваясь к собственным чувствам.
Фокс видел подобное совсем недавно, и в тот раз все закончилось смертью десяти с лишним человек. Теперь, она снова уловила незримую угрозу, и его охватил страх. Фокс старался даже не дышать. Нервно он оглядывался по сторонам в поисках того, что насторожило Блэки. Он ничего не увидел среди стволов деревьев. Но услышал. Да, отчетливо услышал какой-то шелест и шуршание. Словно где-то рядом ползла змея, или даже несколько змей.
– Что это?
– спросил он шепотом.
– Будь готов - проговорила Блэки, медленно оглядываясь по сторонам.
– Снова Призраки?
– Нет.
Она резко прыгнула в сторону и полог леса, состоящий их веток, грязи, остатков талого снега и прошлогодних, полусгнивших листьев, вдруг ожил. Из-под него взметнулись десятки зеленых стеблей. Они извивались в воздухе, словно щупальца мифического кракена.
– Стреляй - скомандовала Блэки и, выхватив свой пистолет, принялась вести огонь по толстым стеблям.
Те в ответ наносили стремительные, хлесткие удары, от которых Блэки ловко уклонялась.