Чтение онлайн

Взгляд глаза в глаза, его выдох – мой вдох, атмосфера между нами неотвратимо меняется с непринуждённой на крайне интимную. Боже мой, я всего лишь взяла ртом еду из его руки, а он смотрит так, словно представляет вместо пиццы что-то совсем другое.

Долго ли мы сможем поддерживать видимость «дружбы»?

***

Брайан

Кассандра проводит пальчиком по нижней губе, убирая с неё капельку прилипшего соуса от пиццы, а я думаю о том, будет ли чересчур подло, если я трахну её снова прямо сейчас? На столе или на её стуле, или на полу? Чёрт, да на любой поверхности, которая есть в шаговой доступности… Я соскучился. Постоянное желание секса с этой девушкой становится какой-то больной одержимостью, от которой есть только единственное лечение: она. Но мне необходимо держать себя в руках. Потерпеть осталось совсем немного. Нужно только дождаться отмашки Макса.

– Да, я работаю на него, – надеюсь мой ответ удовлетворит её неуёмное любопытство, хотя и могу понять его причины. Я тоже вряд ли сидел бы на месте и ждал у моря погоды. «Кто владеет информацией – тот владеет миром».

– Ты убиваешь людей? – беспокоится наивная глупышка.

– Кассандра, ты действительно хочешь знать правду?

– Хочу. – Её взгляд застывает на мне. В нём сейчас такой противоречивый микс из решительности и страха, что меня это завораживает.

– Да. В рай мне точно путь закрыт, – признаюсь я, допивая до дна уже вторую порцию. Что-то я впрямь разошёлся, пытаясь направить свои мысли в иное русло, поэтому отставляю опустошённый бокал в сторону.

Она молчит, продолжая безотрывно вглядываться в мои глаза, и выдаёт:

– Если ты это делаешь, значит, эти люди заслужили.

– Ты пытаешься сейчас меня оправдать, серьёзно? – по-доброму посмеиваюсь я, чуть подаваясь вперёд.

– Ты хороший человек, Брайан. Ты никогда не стал бы таким, как… как Шейн, – уверяет меня та, которая больше ни черта обо мне не знает.

Как я счастлив, что имя этой гниды, произнесённое её устами, больше не вызывает во мне ничего, кроме пустоты.

– Ошибаешься, Кэсси, – беру прядь её волос и слегка тяну на себя, вынуждая придвинуться почти вплотную к моему лицу. – Я стал гораздо хуже. А знаешь, почему?

– Почему? – переходит она на взволнованный шёпот.

– Он делал всё чужими руками, а я – собственноручно, – тоже шепчу в ответ, отчего кажется, что воздух между нами стал на несколько градусов выше. – И хочешь узнать ещё один факт обо мне?

Дожидаюсь её короткого кивка и продолжаю намеренно запугивать:

– Мне это очень нравится.

Кассандра едва слышно сглатывает, не сводя с меня своих глаз цвета горького миндаля с примесью эспрессо. Так забавно, этот плод содержит цианид, пусть и в малых дозах. Но её глаза… Они всегда оказывали на меня смертельно-токсичное воздействие. Вот и сейчас меня снова начинает кружить в их бездонной мрачной глубине. Или за это нужно сказать «спасибо» вину?

Через секунду ощущаю, как по моей щеке уверенно проходится прохладная ладонь.

– Это я сделала тебя таким?

Я смотрю в эти два миндальных зеркала, и во мне что-то незримо ломается. Точно так же она смотрела на меня, когда признавалась в любви на нашем собственном языке.

Стоп-стоп, пора остановить этот хаос в своей голове. Так или иначе, у нас снова всё сводится сразу к двум запретным темам: «о нас» и «о прошлом».

– Нет, Кэсси, не принимай на свой счёт, – я резко отстраняюсь и, вернувшись обратно на свой стул, выливаю себе остатки вина. Моя собутыльница почти не пьёт, путешествуя по мне своим испытующим взглядом. – Лучше расскажи, как у тебя успехи в учёбе? Чем планируешь заниматься? – искусно перевожу тему, делая небольшой глоток.

Она подозрительно сужает глаза:

– Ты забыл о том, что Кассандра Агилар, которая получала образование в Аризонском университете, трагически погибла? На неизвестный период у меня нет ни прежнего образования, ни дома, ни имени. Так что давай не будем «о будущем»? Сам же нарушил правило.

Пока не хочу разрушать нашу идиллию той новостью, что этот период будет не просто неизвестным, а вечным. Сейчас меня почему-то тянет только улыбаться. Страшно признавать, но мне дико нравится эта язвительная версия Кэсси. Она повзрослела, похорошела и стала более дерзкой. Конечно, в ней и тогда изредка проявлялись такие черты. Например, когда она метнула в меня нож или запихивала снег за шиворот той девицы в Солт-Лейк-Сити. Но чаще всего она была сдержанной и закрытой. Я всегда принимал эти черты за особенность её темперамента, но, может, я в чём-то ошибся и не разглядел за этим другое? Страх? Почему она оказалась такой слабачкой и пошла к Шейну?

Кассандра, по всей видимости, не выдерживает моего напряжённого взгляда и выбирается из-за стола, по пути взяв пульт от домашнего кинотеатра. Женственно покачивая бёдрами, до середины закрытыми моей рубашкой, она уходит к дивану в гостиной и с комфортом устраивается на нём, подгибая под себя ножки. Она абсолютно не стесняется здесь хозяйничать, и это мне тоже безумно нравится. Выпитое вино делает меня подобревшим до такой степени, что я на секунду представляю её в нашем общем доме совсем на других правах. Глупо, но никто же не узнает об этом кроме меня?

Расслабленно перекинув одну руку через спинку стула, наблюдаю за тем, как Кэсси щёлкает кнопкой пульта, пытаясь выбрать что-то из фильмотеки. Ставлю штуку баксов на то, что она даже не читает названий. Классная у нас игра под названием: «Давай сделаем вид, что не хотим друг друга».

Ухмыльнувшись, выхожу на террасу, чтобы подышать ночным воздухом. Здесь он особенный: прохлада и свежесть, приправленная солью. Убрав руки в карманы, закрываю глаза и делаю глубокие вдохи и выдохи, чтобы продлить такое редкое спокойствие, насладиться несколькими минутами безмятежности и разложить по полочкам свои мысли. Прихожу, конечно же, к неутешительному итогу. Первое: я по-прежнему люблю эту егозу. Второе: она тоже любит меня. И третье, самое пугающее: кажется, мне плевать на то, что было или не было у неё с Шейном.

Видимо, я простоял на улице дольше, чем ожидал, потому что, вернувшись в дом, застаю свою распутную гостью спящей. Неслышно подхожу ближе и приседаю на корточки, оказываясь в опасной близости от её лица. Кэсси лежит на боку, подложив ладошку под щёку, от чего её губки собираются в смешной бантик, так и манящий его поцеловать. Не удержавшись, аккуратно убираю локон, упавший на её лоб, а заодно провожу пальцами по её нежной коже.

– Брайан… – бормочет она моё имя в полудрёме, а я, улыбнувшись, только и надеюсь, что там я не дам ей покоя, как и она не даёт его мне.

Игра «Давай сделаем вид» продолжается.

Брайан

Вчера, укрыв Кэсси пледом, я долго сидел рядом с ней и думал, когда рассказать ей отвратительную правду о том, что по факту её уже действительно не существует, и этот процесс необратимый. В АНБ считают, что она действительно была в той сгоревшей машине, и я просто не успел опередить людей Дона. В нашем деле так бывает, и это вполне штатная ситуация. Программа защиты свидетелей, конечно, проект мощный, но не всегда реализуемый из-за бюрократических проволочек и отсутствия времени.

Достаточно вспомнить несколько таких случаев, когда я выезжал на мафиозные разборки в числе людей Робертса. Во время перестрелки не разбираются, кто – преступник, а кто – случайная жертва, попавшая под раздачу. Участник спецоперации никоим образом не должен выдать себя, поэтому, конечно, никаких холостых патронов, так как в данный момент я такой же член преступной группировки, как и все остальные.

Больше нельзя затягивать с операцией, особенно в нынешних условиях, когда Мэддок начал представлять реальную угрозу. Сегодня возвращается Дон, и мне любой ценой нужно решить вопрос с жучком. И речь не о его кабинете или доме в целом. Прослушка должна быть в непосредственной близости от Ларри Робертса круглые сутки. Я долго думал о том, как провернуть это почти нереальное дельце, но всё оказалось куда проще. Осталось только реализовать мою идею на практике. Как ни странно, на неё меня натолкнула Кассандра.