Эффект ненависти
Шрифт:
– Что?
– брат Сони побледнел, неверяще глядя на Торохова. Бессильно откинувшись на спинку дивана, он пустым взглядом уставился в потолок. Его губы бесшумно шевелились, видимо сыпал в сторону Лескова проклятиями. Немного успокоившись, Марк тихо произнес: - Я его убью. На кусочки порву мерзавца.
– Лень, ты врач. Поговори с ней, выясни все, что сможешь и... осмотри, хорошо?
– Но я не гинеколог, - немного смутившись, ответил парень.
– Зато прекрасно знаешь психологию женщин, - улыбнулся через силу Стас. Друг кивнул и вышел из гостиной, спустя несколько секунд хлопнув дверью спальни.
– Кстати, что у него за специальность?
– посмотрел на Стаса Марк.
– Терапевт. Но о наркотиках знает не понаслышке - его брат некоторое время сидел на кокаине.
– Ясно, - кивнул Марк, и они замолчали, прислушиваясь к звукам, доносившимся из спальни.
В течение двух часов Леня не выходил. Изредка Марк вскакивал со своего места и начинал ходить по комнате, из угла в угол, поглядывая на Стаса. Тот никак не реагировал на пристальные взгляды Сониного брата, полностью погрузившись в свои мысли.
– Пожалуй, я ошибался в тебе.
Станислав поднял голову и удивленно взглянул на парня:
– Ты о чем?
Марк усмехнулся:
– Не прикидывайся дураком. Ты знаешь, о чем я. Не думал, что смогу найти поддержку в такой ситуации у тебя.
– Я же не бессердечное чудовище, - пожал плечами Стас.
– В такие моменты нужны люди, способные не просто поддержать, но и помочь.
– Она нравится тебе?
– неожиданный вопрос выбил Стаса из колеи.
Он не знал, что сказать. Не знал, как отреагировать на подобное, поэтому просто коротко кивнул, понимая, что Марк и так прекрасно все понимает.
– Но это ничего не меняет - она меня ненавидит. И никогда не подпустит к себе.
– Она уже подпустила, Торохов. Не закатила истерики, не стала пытаться вырваться. Она не рвется никуда, просто послушно сидит у тебя дома.
– И что?
Марк вздохнул и отвернулся. Минуты снова потекли своим чередом, следуя за горьким ожиданием. Стас включил телевизор, пощелкал по каналам, но не мог сосредоточиться на мельтешащей картинке. Пульт снова полетел на диван, а Стас уставился в потолок.
Его раздражало бездействие. Хотелось увидеть Лескова и сделать все для того, чтобы тот никогда больше не появлялся в жизни Сони. И в жизни остальных людей - тоже.
– Ты видел Лескова?
– спросил он у Марка. Парень вздрогнул, подошел к окну и, не поворачиваясь, ответил:
– Да, я ездил к клубу, видел, как он выходил. Улыбка на лице довольная, еле сдержал себя, чтобы не выскочить и не набить ему морду.
– Мне кажется, что тебе не стоило сдерживаться, - раздраженно проговори Стас.
– Я знаю этого человека. Он верит в свою безнаказанность, поэтому будет считать, что я не посмею ничего сделать ему.
– Марк недобро улыбнулся - это было видно по бледному отражению на стекле.
– Пусть думает, что хочет, но мои знакомые уже начали под него копать.
– Связи в полиции?
– понимающе кивнул Станислав.
– Естественно. Пришлось приложить немало усилий, чтобы отец ничего не узнал - я не хочу, чтобы родители были в курсе. Они не дадут потом Соне спокойно жить.
– Марк...
– Нет, я не буду тебя слушать на эту тему. Поверь, если родители узнают, что их дочь подсела на наркотики, то будет плохо всем. Отец сделает все, чтобы достать этого ублюдка и тогда о случившемся узнает весь город. Я не могу позволить разрушить жизнь моей сестре.
– Он немного помолчал, нервно постукивая пальцами по подоконнику.
– Я не могу поверить, что она... Как думаешь, она оправится?
– Не знаю, - честно откликнулся Стас.
– Все зависит от нее.
– Нет, - покачал головой Марк, оборачиваясь.
– Все зависит от людей, которые ее будут окружать.
– Его взгляд был оценивающим, словно парень что-то решал для себя. Стас понимающе усмехнулся:
– Ты говорил, чтобы я не приближался к ней.
– А сейчас я хочу пожать тебе руку в благодарность за помощь.
– Марк шагнул к дивану и протянул ладонь. Стас тут же ответил на рукопожатие.
– Я думаю, ты знаешь, что делать.
– Прости, что ты хочешь...
– Стас удивленно посмотрел на Сониного брата, но договорить не успел - в комнату вошел Леня. Все внимание парней тут же направилось на него. Тот устало сел на диван, положив рядом свою сумку.
– Я могу к ней зайти?
– взволнованно спросил Корнеев.
– Не сегодня, Марк. Она устала и хочет отдохнуть, плюс у нее нет никакого желания общаться с людьми.
– Леня достал из кармана несколько белых таблеток в пакетике.
– Он пичкал ее вот этим, я заберу, посмотрю, что за гадость.
– Они были у нее?
– с ужасом в голосе спросил Марк.
– Да. Еще пару часов и пришлось бы опять откачивать ее. Тоже мне, спасатели, - хоть бы вещи проверили.
– Врач повернулся к Стасу.
– Сегодня тебе будет тяжело, под вечер начнется ломка. Если совсем все ужасно будет - позвони мне. Я приеду, вколю успокоительное. И еще...
– Леня распечатал прозрачный пакетик с белыми таблетками и протянул одну Стасу.
– Бывает такое, что нужно дать дозу, по брату знаю. Но, Торохов, только в крайнем случае, ясно?
Стас кивнул и убрал таблетку в карман, надеясь, что достанет он ее только для того, чтобы выкинуть в мусорное ведро.
– После лаборатории позвоню тебе, скажу, что за гадость в них. Тогда будем знать, чем выводить эту дурь из ее организма.
– Продолжил Леня, после чего вновь повернулся к Марку.
– В течение нескольких день не показывайся у нее - это ее окончательно добьет. У нее только что была истерика по поводу того, что родные отвернутся, так что не нужно лишний раз провоцировать. Я пообещал, что она не увидит тебя, пока не будет к этому готова, поэтому потерпи немного, хорошо?
– дождавшись ответного кивка от Корнеева, он, нахмурившись, произнес: - Насчет изнасилования... Ребят, я не специалист по таким делам, но вроде бы все в порядке... в физиологическом смысле. По всему телу синяки, несколько ссадин на спине и запястьях, но в остальном она здорова.
– Я убью этого ублюдка, - тихо, с ледяной ненавистью в голосе, произнес Марк. Стас молчал, но прекрасно понимал, что с радостью помог бы Корнееву.
– Ребят, все серьезней на уровне психики.
– Леня замялся на мгновение.
– Я обещал не говорить, как врач обязан сдержать обещание, но...
– Не тяни, - поморщился Стас.
– Ты прекрасно понимаешь, что мы хотим знать все не из праздного любопытства.
– Это был ее первый раз, - отведя глаза в сторону, тихо проговорил Леня.
– Сами понимаете, что это значит.