Чтение онлайн

Оценивая возможность применения методологических положений иных наук в правоведении, С.С. Алексеев настаивал, что «указанный познавательный инструментарий должен соответствовать назревшим юридическим проблемам, которые для своего решения требуют именно данных общенаучных методов, методологических положений иных наук»64. И сегодня такого рода назревшие проблемы имеются. Одна из наиболее важных среди них – проблема эффективности гражданского и арбитражного судопроизводства. Вопрос эффективности – основной для экономического анализа права65, а потому именно он может стать новым методом поиска путей совершенствования правосудия по гражданским делам.

Представители недогматической юриспруденции и экономисты исследуют правила судопроизводства как набор стимулов. Так, «судебный процесс представляет собой систему стимулов, в его основе лежит логика редуцирования неправосудия, которое возникает, если споры решаются не на основе фактических обстоятельств дела и применимым к ним нормам права»66. Рационализация правовой, в том числе судебной деятельности, – это, безусловно, сфера, где экономические методы имеют право на существование. Некоторые европейские ученые убеждены, что рациональность субъектов процессуальной деятельности весьма относительна, что ограничивает применение экономической аргументации67. Подобный подход основан на узком понимании рациональности, учитывающей лишь измеряемые деньгами издержки, спектр которых, безусловно, значительно разнообразней.

На наш взгляд, именно применение экономического подхода позволяет оценить эффективность гражданского и арбитражного судопроизводства, процессуального права, их влияние на экономическое поведение, на отношения людей, связанные с рациональным выбором, а также наметить пути повышения их результативности и экономичности, выработать предложения по модернизации процесса, повышению качества рассмотрения судами гражданских дел.

Проникнутый экономической логикой подход позволяет проанализировать и оценить эффективность сравнительно небольших изменений при оптимизации системы гражданского судопроизводства, которая в целом, безусловно, является стабильной, сделав при этом акцент на стимулах для участников правоотношений, которые будут обладать перспективным, а не ретроспективным действием. Действуя как стимулы, процессуальные нормы рационализируют деятельность всех участников производства по делу, повышают эффективность процессуальных действий. Основанные на соображениях результативности и экономичности действия участников судебного процесса по выбору форм и средств защиты права, реализации диспозитивных процессуальных норм становятся более рациональными. Следует подчеркнуть, что анализируемые особенности экономического подхода не вступают в противоречие с традиционными методами правовой науки, а, напротив, могут их продуктивно дополнить. Примечательно, что советские правоведы использовали в своих исследованиях не только социологические методы, но также и методологические приемы, сходные с методами экономического анализа права, предпринимали попытки прогноза действия правовых норм и их эффективности68.

Перспективность применения экономического подхода для исследования судопроизводства определяется и еще одним обстоятельством. В качестве отличительной характеристики рассматриваемого метода обычно указывается, что экономический анализ в описании поведения индивидов придает гораздо большее по сравнению с другими методами значение тезису, что личности являются рациональными и действуют с оглядкой на возможные последствия своего выбора69. Основное допущение экономической науки, определяющее и экономический анализ права, состоит в том, что люди являются рациональными максимизаторами в удовлетворении своих потребностей – все люди во всей своей деятельности, связанной с выбором70. Именно такое отношение к лицам, вовлекаемым в сферу гражданского судопроизводства, может стать основой его модернизации, построения системы децентрализованного регулирования, обеспечивающей повышение уровня судебной защиты прав и законных интересов, эффективности процессуальной деятельности через передачу инициативы участникам производства по делу. Это также и основа для дифференциации производств по критерию свободы выбора участников правоотношений при максимизации удовлетворения своих потребностей.

В исследованиях гражданского и арбитражного судопроизводства, процессуального права основная роль экономического анализа видится в оценке их эффективности, действенности, экономичности и рациональности. Именно эффективность определяет применимость law and economics. «Экономический подход к праву базируется на концепции эффективности»71. Отношение к эффективности судопроизводства и основанная на нем привычная теория серьезно меняются. И если сегодня «принцип эффективности встроен в право под другими понятиями»72, то в недалеком будущем категория эффективности объединит экономические и правовые исследования практического и доктринального плана. Экономический анализ гражданского судопроизводства обеспечит исследование общественных отношений и регулирующих их правовых норм для обоснования того, как должна строиться эффективная система гражданской юрисдикции, а также осмысление в экономических категориях реально существующего гражданского судопроизводства, даст возможность сформировать возможные сценарии ее изменений и трансформаций. Подчеркнем, экономический анализ призван не заменить, а продуктивно дополнить классические методы изучения права. «Основное назначение экономического анализа права – анализ правовых норм с позиции их экономической эффективности, влияния на общественное благосостояние и оптимальность распределения ресурсов без предположения, что данный анализ носит приоритетный характер»73.

Основой современных методов исследования эффективности является теория рационального выбора. Как известно, в самом общем виде, согласно данной теории, человек преимущественно ведет себя рационально и стремится максимизировать реализацию собственных целей и предпочтений, выбирая между различными поведенческими альтернативами ту, которая позволяет добиться реализации своих предпочтений в большей степени и с меньшими издержками или усилиями74. Сегодня нет оснований отказывать участникам производства по делу в суде в рациональности при совершении процессуальных действий. Скажем больше, гражданский процесс предполагает реализацию как лицами, участвующими в деле, так и судьями функции выбора тех или иных действий, c которыми закон связывает наступление правовых последствий. Как и в обычной жизни, выбор в судебном процессе всегда есть, нередко это выбор между правомерным и неправомерным поведением, иногда это выбор из правомерных альтернатив, допускаемых законом. Заинтересованные лица решают, обращаться в суд за защитой или нет, в течение всего судебного процесса взвешивают выгоды от продолжения разбирательства спора по существу или окончания дела миром, сопоставляют риски и издержки совершения процессуальных действий (например, заявления ходатайства о назначении экспертизы, поиска и представления дополнительных доказательств), выбирают, соглашаться с решением суда или обжаловать его в вышестоящей инстанции. Перечень правомерных процессуальных альтернатив, закрепленных диспозитивными нормами процессуального права, может быть продолжен.

Распространение тезисов указанной теории на гражданское и арбитражное судопроизводство позволяет при его анализе исходить из того, что участники судебного процесса ведут себя преимущественно рационально и стремятся максимизировать свою выгоду, добиться реализации своих целей в большей степени и с меньшими издержками. Максимизация выгоды и минимизация затрат осуществляется путем выбора наиболее предпочтительной поведенческой альтернативы. Конечно, можно привести сотни примеров, на первый взгляд, нерационального поведения лиц, участвующих в деле, как аргументов против применения указанной теории рационального выбора в судопроизводстве. Правоведы сомневаются в рациональности участников правовых конфликтов и возможности применения экономических механизмов для их разрешения75. Отметим, однако, что рациональность действий далеко не всегда опирается на материальные выгоды, нередко человек делает выбор по итогам оценки субъективной полезности материальных и нематериальных благ, и такой выбор будет рациональным. Современные методы исследования эффективности неизбежно учитывают наличие ценностных суждений. Кроме того, процессуальное законодательство является общей моделью, создание которой опиралось именно на общие закономерности, а не на редкие исключения.

Серьезным преимуществом современных методов исследования эффективности права и правовой деятельности является тот факт, что анализ количественных показателей и явлений проводится с учетом их дисконтирования (корректировки) вероятностными коэффициентами. Сравниваются не идеальные модели, а реалистичные состояния. А.Г. Карапетов указывает, что оценка рациональным индивидом издержек и выгод от выбора той или иной поведенческой альтернативы осуществляется на основе не номинального, а их ожидаемого значения76. Это позволяет более точно спрогнозировать результаты реализации процессуальных норм и последствия изменений процессуального законодательства. Можно сколько угодно долго рассуждать о значении и свойствах судебного решения, но стороны процесса оценивают не номинальный, а реальный его эффект, дисконтированный вероятностью фактической реализации властного предписания. Отметим также, что субъективные представления о вероятном исходе всего дела и последствиях совершения отдельного процессуального действия поддаются количественному анализу77. По нашей оценке, апробация и внедрение методик выбора судебного разбирательства или договорного урегулирования спора наиболее перспективно в процессе арбитражном, предполагающем рациональность и профессионализм сторон.

Вне зависимости от применяемых методов исследование эффективности гражданского и арбитражного судопроизводства нацелено на поиск баланса общего и частного, создание современной системы гражданской юрисдикции, обеспечивающей достижение целей и решение задач судебной деятельности с минимально необходимыми издержками.

Категория «эффективность», как известно, получила весьма широкое распространение. На фоне признания ее общей направленности ученые и практики вкладывают в нее разное содержание, исходят из ее разного происхождения78. Не претендуя на всеобщую дефиницию понятия «эффективность», подчеркнем, что главное в нем – это действенность, результативность и экономичность. Эффективность – наполненная правовым, социальным, экономическим содержанием категория, которая может сыграть одну из ключевых ролей в научных исследованиях гражданского и арбитражного судопроизводства, а также в практической деятельности.

В конце 1980-х годов Н.А. Чечина отмечала, что изучение вопроса эффективности гражданского судопроизводства в науке советского гражданского процессуального права находится на постановочном уровне, вследствие чего понятие эффективности трактуется в процессуальной литературе неоднозначно79. За прошедшие годы ситуация особо не поменялась. Достижению ясности не способствует и разное представление о категориях, эффективность которых изучается. Так, отечественные ученые и практики по-прежнему спорят об эффективности правосудия в целом и правосудия по гражданским делам в частности, эффективности гражданского судопроизводства, гражданского и арбитражного процесса. В научной и учебной литературе, а нередко и в судебной практике, при анализе проблем эффективности перечисленные правовые категории без всякого основания отождествляются, чему во многом способствует их использование законодателем в ГПК РФ и АПК РФ. Среди процессуалистов не наблюдается единства и в понимании самой категории «эффективность». Более того, несмотря на отсутствие единого понимания эффективности деятельности судов, вопросы с предложением ее оценки включаются в немногочисленные социологические опросы80. Познавательная ценность ответов на них, на наш взгляд, невысока. Все это существенно затрудняет проведение эмпирических исследований и теоретического анализа рассматриваемых проблем. Что же включают и как соотносятся понятия эффективности правосудия, гражданского и арбитражного судопроизводства, гражданского и арбитражного процесса, а также процессуального права?

«Правосудие является формой осуществления судебной власти в соответствии с установленными правилами судопроизводства. Поэтому правосудие, судебная власть и судопроизводство, вопреки распространенному мнению, синонимами быть не могут. Но с определенными оговорками их можно рассматривать как материально-правовой (применимое право), процессуальный (юрисдикция) и институциональный (судоустройство) аспекты правосудия»81. Прав В.М. Шерстюк, понятия «правосудие» и «судопроизводство» – это качественно разные категории, каждая из которых имеет свои существенные признаки82. Какое понимание правосудия должно быть принято за основу в изучении проблем эффективности? «Правосудие есть предусмотренная законом деятельность суда по рассмотрению судебных дел в целях восстановления и защиты нарушенных законных интересов и прав»83. Правосудие – это форма реализации судебной власти, форма осуществления судами функции применения права. Неслучайно устоявшимся является понимание правосудия как осуществляемой в особом процессуальном порядке деятельности суда по применению норм права к конкретным фактам и отношениям84. Только тогда, когда происходит реализация власти, когда к отношениям сторон суд своей властью применяет право, можно говорить о правосудии. Реализация власти – это принуждение, подчинение воле, она ущемляет интересы подвластного субъекта, снижает выгоды его произвольного поведения, порождает издержки. Сам процесс реализации власти (в рассматриваемом контексте – судебной власти) также затратен, как для государства – суверена, так и для подвластных субъектов. Появление издержек позволяет поставить вопрос об эффективности реализации судебной власти, об эффективности правосудия. Насколько издержки сопоставимы с результатами и должны ли они вообще приниматься во внимание?