Чтение онлайн

И в это время пришли рас Гошу и рас Фасиль на помощь царю по дороге на Дара. И пошли они походом на дедж-азмача Ванд Бавасана. И дедж-азмач Хайлю встретился с ними, и воевал вместе в помощь царю, и сражался в Чачахо. И потерпел поражение дедж-азмач Ванд Бавасан, и ушел в страну свою Ласту, и отослал царя Такла Хайманота в столицу его Гондар, помирившись с ним. А раса Микаэля, который пребывал дотоле среди плененных в Данголе, отослал в страну его Тигрэ. А затем повернули рас Гошу и рас Фасиль, заключив союз внешний, [а на деле] затеяв коварство против дедж-азмача Хайлю. И сказали они дедж-азмачу Ванд Бавасану: «Мы уходим тебя ради, а ты не отдавай дедж-азмачу Хайлю страны его». Это сказал рас Фасиль, ибо ненавидел он его издавна, а тот сотворил ему благое, когда пришел он в Бегамедр. Он же воздал ему злом вместо добра, которое было сделано ему, как гласит Писание: «Воздают мне злом за добро (Пс. 34, 12) и ненавидят меня за мою любовь к ним». И тогда прогнали дедж-азмача Хайлю и оставили страну его дедж-азмачу Ванд База-сану. И вошел он в Гондар и зимовал там.

А в это время было моровое поветрие, прозванное «москитами» [972] . И тогда сделал царь царей Такла Хайманот назначения и смещения, и утвердил за расом Айядаром должность бехт-вадада, а дедж-азмача Беркияноса [назначили] тэкакэн [бэля-тенгета], кень-азмача Аклога — баламбарасом, а дедж-азмача Хайлю — кень-азмачем. И ушел он в Ахобальхуа, страну в областях Ангуадж, по причине голода. А потом ушел в Бегамедр. И в это время вышел царь из Гондара воевать с расом Фасилем и прибыл, в Либо, а из Либо (Прибыл в Афаравинат. И когда был он в Афаравинате, дал коня, по имени Маган [973] , дедж-азмач Хайлю царю Такла Хайма-ноту. И тогда оставил тот ему подати, что с Нагала, ибо установлено было царем Бакаффой то, чего не было прежде, и тогда провозглашен был указ, гласивший: «Отдаю все подати с Нагала, да будут они сыну его и сынам сынов его». И этому делу было много свидетелей, то бишь князей и сановников. А имена их: рас Айядар, дедж-азмач Адгех, Ванд Бавасан, а из сановников — лике [974] Хайлю, азаж Иаков, азаж Ийоакс, азаж Авессалом из Энко, лике Габру, азаж Авессалом, сын азажа Феодосия, лике Габра, сын лике Такла Хайманота. И пред ними дал царь страну его и возвратил дедж-азмачу Хайлю подати со страны его, пожалованной царем Бакаффой по согласию с царем Такла Хайманотом, как возвратил Зоровавель плен Иакова по согласию с царем Дарием (ср. Ездра 2) и как возвратил Иисус [Навин] страну Симову, коей имя Иерихон, отданную чадам Хамовым.

Возвратимся же к прежнему повествованию. И когда был царь [там], развоевались дедж-азмач Гошу и дедж-азмач Ванд Бавасан из-за уроженцев Ласты и потому оставили поход на Фасиля. И вошел царь в Гондар и летовал там. А дедж-азмач Хайлю вошел с ним, а потом возвратился в Бегамедр. И когда был он в Бегамедре, вошел Фасиль в Гондар. Фасиль же, его ненавистник и притеснитель, разграбил все имение дома дедж-азмача Хайлю, и не оставил ничего из того, что было в доме, и забрал имения без числа. И тогда услышал дедж-азмач Хайлю и о разграблении имения своего, и о смерти брата своего старшего, по имени абето Энгеда, бывшего в Эсте. И горевал он горем тяжким, когда услышал в одно время о двух вещах: во-первых, о разграблении дома своего, а во-вторых, о смерти брата своего. А потом еще услышал о смерти государыни Ментевваб, которая была пищею жаждущим и алчущим и надеждою всего народа и народов [975] дальних стран и ближних. И когда закатилось солнце государыни Ментевваб, настала тьма великая, рыдания во всем мире. Воистину солнце эта государыня Ментевваб, радость бедным и убогим и одеяние нагим и голодным! Какой муж не горевал и не печалился о ней! О Иерусалим-государыня Ментевваб, град пророков — иереев Квесквамских, ибо не было средь людей такого, кого бы не утешила ты в скорби его. И какой муж не утопал в потоке слез — знаке печали, когда склонилась ты к западу-гробнице своей! Государыня Ментевваб — солнце мира и любви, ибо не было средь людей такого, кого бы не возрадовала ты светом руки твоей, то бишь раздачею имения. И тогда плакал он плачем горьким, ибо сия великая родственница его любила его и он любил ее. И в такой скорби и печали летовал он в Герарья.

В это время отвел рас Фасиль царя Такла Хайманота в страну Дамот, и зимовали они так и встретились с расом Гошу. А затем пришли рас Фасиль и рас Гошу с царем Такла Хайманотом и пошли походом на дедж-азмача Ванд Бавасана. А царь не хотел этого похода. И встретились дедж-азмач Ванд Бавасан и дедж-азмач Ираклий, который помогал дедж-азмачу Ванд Бавасану. А до прихода раса Фасиля ушел дедж-азмач Хайлю в Агац, потому что не хотел встречаться с расом Фасилем, ибо тот ненавидел его издавна, и потому ушел он в Агац и не ходил в поход с царем, но ходили в поход дружинники его. А потом потерпели поражение дедж-азмач Ванд Бавасан и дедж-азмач Ираклий, и преследовал их рас Гошу до Вага. И возвратился рас Фасиль, а когда возвращался, то поставил над селениями дедж-азмача Хайлю двух князей. И схватил их [рас Гошу], заточил и побил, ибо сделали они не подобающее им. А Фасиль ушел в свою страну, ибо обычай его таков — ускользать, как зверь, то бишь циветта.

И в это время встретил дедж-азмач Хайлю раса Гошу и дедж-азмача Ванд Бавасана и помирился с ними там, и с царем Такла Хайманотом помирился. А когда возвратились дедж-азмач Ванд Бавасан и рас Гошу, то дедж-азмач Хайлю возвратился с ним, и. Но не стал располагаться с ними и сказал: «Не подобает мне стоянка с бегамедрским дедж-азмачем» и расположился отдельно. И спас он от угона скота землю Фогара из любви к [народу] залан. А потом ушел рас Гошу в страну свою Амхару, а дедж-азмач Ванд Бавасан ушел в Гарагару. И по дороге принял рас Гошу дедж-азмача Хайлю с радостью и весельем и отослал его с миром. А дедж-азмач Хайлю пошел к Вахни, где был царь, и встретился с ним там, и держал совет обовсем, что случилось. А затем возвратился он и вошел в Герарью.

И когда услышал рас Фасиль обо всем том, что произошло, послал он в это время сына своего, по имени дедж-азмач Вальда Габриэль, а с ним большое войско, и повелел сжечь дом дедж-азмача Хайлю. И сжег он его 2 хамле [976] . А причины того, что повелел он сжечь дом его, в двух вещах: во-первых, потому, что помирился он с расом Гошу и дедж-азмачем Ванд Бавасаном и заключил с ними мир, а во-вторых, потому, что принял он дедж-азмача Кенфу, когда воевал дедж-азмач Кенфу с расом Фасилем и убежал он к дедж-азмачу Хайлю. И тогда принял он его с радостью, и весельем и сказал: «Мой дом — твой дом, и страна моя — твоя страна. Не думай ни о чем: что есть и во что одеваться тебе и дружинникам твоим; ни в чем, не будет тебе недостатка, чего ни скажешь». И много сделал он для дедж-азмача Кенфу, без числа. И потому повелел рас Фасиль сжечь его дом. И в этот день отличились асалафи [977] Кунди и асалафи Вальда Иясус, когда не было с ними господина их. А затем возвратились дедж-азмач Вальда Габриэль и дружинники его. А дедж-азмач Хайлю был в Герарье, и, когда услышал он, что сожгли дом его, прибыл он скоро, но не нашел никого и зимовал в Эете.

Фасиль же воевал с царем и с дедж-азмачем Ванд Бавасаном. И пришел он в маскараме [978] и снова сжег дом его, а затем ушел в Кемер Денгия и расположился там. А дедж-азмач Хайлю ушел в Нагала, а дедж-азмач Ванд Бавасан ушел в Масканеч. А затем поднялся рас Фасиль, чтобы идти на Вахни, где был царь с расом Гошу [979] . И тогда последовал дедж-азмач Хайлю за ним и сказал домочадцам своим: «Идите, следуйте за мною, сразимся с Фасилем, ибо нет надежды жизни ни в малочисленности, ни в многочисленности!» И тогда уподобился он Ионафану, сыну Саула, что выказал мужество в Михмасе, как повествует Книга царств (ср. I Книга царств 14). И дал он великую битву, и подал ему бог силу, как гласит Псалтирь: «Господь — сила боящихся его и имя его призывающих», и захватил много людей, и коней, и мулов, без числа. А число палаток, что досталось им, — 450, и многие люди обогатились в этот день, ибо не было человека, который бы не захватил коней и мулов и снаряжения воинского. А число всадников, следовавших за дедж-азмачем Хайлю, — 220, а число всадников раса Фасиля — 3550. Зрите же твердость сердца дедж-азмача Хайлю, что встретил раса Фасиля с многочисленными всадниками и воинством! А день тот был четвергом, а место — Хамус Ванз. А еще в этот день уподобился он Давиду, отцу своему, ибо, когда не было Давида, пришли язычники к городу Давида, и полонили двух его жен, то бишь Авигею и Ахиноаму, и разграбили дом его. Тогда пришел Давид и печалился об этом. И тотчас преследовал их, и нашел их рассеявшимися, и убил их там (I Книга царств 30). Давид — это дедж-азмач Хайлю, а язычники — это войско Фасиля, а жены — это два дома несохранившиеся, так как были сожжены.

А затем возвратился он с этого места битвы, и встретился с дедж-азмачем Ванд Бавасаном., и послал к царю, говоря: «Благовестив тебе, царь, благовестие тебе!» И тогда возрадовался царь, и встретились дедж-азмач Ванд Бавасан и дедж-азмач Хайлю с царем в субботу, день битвы. И тогда встретили они раса Фасиля в битве и победили его, и многие погибли и были пленены. Дедж-азмач же Хайлю выказал мужество в этот день, ибо обычай его — мужество, и полонил много людей, числом 65, и пошел к царю, и бросил уды, и сказал: «В четверг сделал я то же». Так похвалялся он и возглашал [980] . А затем возвратился царь из битвы и вошел в Гондар. Дедж-азмач же Хайлю ушел в Герарью с радостью и песнями. А песни были такие:

Все Фасиль оставил и [коня своего] Лагди бросил [981] . И пребывал там недолгое время, а потом вошел в Гондар и одарил царя. И тогда дал ему коня, по имени Лагди, и стоил [тот] конь 35 динаров золотых. А царь дал ему селения, где испомещены были [полки] Зайо и щитоносцев, говоря: «Построй там церковь, ибо это — твои прежние селения». А дал он [это] по двум причинам: во-первых, потому, что сражался он с Фасилем, а во-вторых, потому, что дал ему коня. И это записано в доме сановников [982] и находится там.

А затем возвратился он в область свою Герарья и летовал там. И тогда болел он недолгое время, и исцелил его от болезни бог, ему же слава. И когда был он в Герарье, прислал к нему рас Гошу, говоря: «Помоги мне». И тогда опустился он к Абаю с расом Айядаром и встретил его там, а потом возвратился и вошел в Гондар. В это время было смещение и назначение [на должности]. И встретился царь Такла Хайманот, и назначил раса Айядара дедж-азмачем Самена, и утвердил должность раса Гошу, а дедж-азмача Хайлю назначил таресамба азажем и азажем Каха [983] . И зимовал он там. И сказал ему царь Такла Хайманот относительно союза: «Покажи мне численность войска твоего». Сей же дедж-азмач Хайлю сказал: «Ей, сделаю тебе, как прикажешь». И посреди этого связали раса Гошу, а вина его неизвестна. И тогда призвал царь дедж-азмача Хайлю и сказал ему: «Убей Фасиля и сына его» [984] . И сказал он: «Призови сановников, пусть они судят, и я убью по суду, а если нет, то как убивать мне потаенно давно уже заключенных!» И, сказав это, заставил он царя оставить речь об убийстве их.

Возвратимся же к прежнему повествованию. А затем послал ему [царь] коня, и меч золотой, и всякие знаки доблести. Он же изоделся во все эти украшения, и вышел на Ашава, и устроил смотр, и понравился [всем] весьма, и казалось, что настало для него [время] украшений и награждений. А спустя немного времени пришло к царю известие, гласившее: «Пришел Ванд Бавасан и свел абето Такла Гиоргиса с Вахни» [985] . А Ванд Бавасан не жил без мятежа и года единого. И тогда поднялся царь во гневе, вышел из Гондара и пошел к Бегамедру. И встретился царь в Амад Баре с Ванд Бавасаном и сразился там, и была великая битва. Были такие, что бежали из войска царского и добежали до Гондара, когда был царь в окружении врагов, а были такие еще, что бежали и добежали до Годжа-ма, когда был царь посреди битвы грозной. А были и такие многие, которые мужествовали. И в этот день мужествовал дедж-азмач Хайлю и захватил много людей. И посреди битвы нашел он дедж-азмача Бакату [986] , метнул копье и пронзил его щит. И тогда не смог он устоять пред ликом дедж-азмача Хайлю, как не могут устоять паутина пред ликом ветра и корова пред ликом льва. А дедж-азмач Хайлю не перестал преследовать его и сражался, покуда не прибыл в Кемер Денгия. А потом повернул дедж-азмач Хайлю и ночевал там. А дедж-азмач Ванд Бавасан бежал и вошел в Гарагару вместе с абето Такла Гиоргисом. А дедж-азмач Хайлю возвратился вместе с дедж-азмачем Адгехом и Сила Габра и бросил уды пред царем. И тогда возрадовался царь мужеству дедж-азмача Хайлю, ибо много было князей и юношей, что убоялись и бежали в тот день.