Эфирные контрабандисты
Шрифт:
Из дирижабля с синим аэростатом вывалился какой-то здоровенный детина с шальными глазами и знакомым ящиком в руках. Увидев меня, он ринулся через всю площадку.
— Бегите! Бегите! Спасите! — тоскливо орал он, но в следующий момент прилетевший откуда-то сверху снаряд, напоминавший большой шар из воздуха, раздробил ему ноги.
Какое-то время он ещё пытался ползти, извиваясь, но я прекрасно понимал, что такими темпами бедный парень к нам всю ночь с ящиком будет добираться. И, не думая о том, насколько это глупо, я рванул к нему, подхватил его под мышки и чуть ли не рыча потащил к нам. Детина орал, не переставая, на высокой ноте, а в глазах у него не осталось ни разума, ни понимания происходящего — только боль. Однако ящик выпускать он не собирался. Из нашего дирижабля выскочил Рубари и кинулся мне на помощь. Мы начали двигаться быстрее, и только это и спасло нас от очередной полупрозрачной сферы, которая снова заехала детине по и без того пострадавшим ногам. Это стало последней каплей, и бедолага отрубился, отпуская ящик, но именно в этот момент мы все вместе и ввалились в дирижабль.
— Быстрей! — выдохнул я, закрывая дверь и оттаскивая парня в сторону, чтобы его ящиком не зашибло. — Отчаливаем!
— Да к-да?! — удивился Рубари.
— Не спрашивай! Просто делай!
Застрекотали винты, отводя нас от причальной мачты, а заодно и от города. Я ещё успел заметить выступивший из темноты небольшой дирижабль, из которого выскакивали вооружённые люди, а потом сразу выключил сферы пустоты в аэростате. Ещё мгновение мы двигались вперёд по инерции, лишь начиная своё падение, а потом — резко ухнули вниз, в темноту.
Сферы пустоты я подключил назад почти сразу. И Рубари раскочегарил логос огня на полную, запустив и паровые винты. Но прежде, чем мы вновь начали подниматься, прошло ещё несколько долгих секунд в почти свободном падении, а за это время мы успели, наверно, опуститься на две-три сотни метров. И, вероятно, достигли той высоты, на которой нас уже могли достать чудовища. Я не видел в темноте, сколько оставалось до земли, но каким-то шестым чувством понимал, что совсем чуть-чуть…
Однако наш манёвр резко изменил расклад боя. Нападающие, судя по всему, тоже пошли на снижение, бросив расстреливать флот дома Лан-ван. Теперь они пытались стрелять по нам, но, если честно, выходило не очень. Снаряды проносились мимо, лишь терзая заросли на поверхности, а там с возмущённым рёвом бесновались чудовища, которым со всей серьёзностью прилетело по щам во время привычного ритуала ночного бдения у скалы.
Понимая, что рано или поздно прилетит и по нашим щам, я направил разгоняющийся дирижабль в обход скалы, постепенно поднимаясь и покидая опасную область. Было уже понятно, что обитатели скалы — не враги нам, и беда пришла со стороны, но я всё ещё не доверял ни одним, ни другим. Пусть между собой там разбираются, а я решил просто самоустраниться…
Звон бьющегося стекла и немалых размеров морда, сунувшаяся в рубку, заставили меня исполниться куда большим доверием к местным жителям. Тройной заряд из кастета по четырём глазам помогли чудищу забыть о попытках пробраться в гондолу. А ещё через секунду мимо пронёсся огненный снаряд, отправивший летающую зверюгу куда-то на землю. Вот только снаряд предназначался не ему, а нам…
Я не видел, что происходило у нас за кормой, сосредоточившись на том, чтобы просто уберечь остатки дирижабля от чудовищ и новых снарядов. Если честно, получалось не очень. Следующим попаданием нам запалило, несмотря на все огнеупорные логосы, один из винтов. И ещё какая-то местная монструозная птичка резанула ткань на аэростате — но, к счастью, не слишком сильно. А уж что в тот момент делали с нашей гондолой — это вообще отдельная песня… Уводя эфирный корабль вдоль каменных склонов, я забирал всё выше и выше. И, в результате, описав полный круг, выскочил из-за края скалы прямо напротив стен местного арха.
По стенам бегали человеческие фигурки, наводили орудия (не на нас, и на том спасибо!) — и что-то явно нам кричали. Я ничего не мог расслышать, но примерно догадывался о сути. Дирижабль просто перестал подниматься — значит, скорее всего, очень скоро мы начнём снижение, и теперь уже ничто не поможет нам снова набрать высоту. С учётом того, что на этой скале мне ещё не позволили привязаться, то и окажемся мы с Рубари очень и очень далеко отсюда…
Дирижабль пронёсся над городом, снижаясь всё больше, а впереди показалось какое-то поле, по которому от нас со всех копыт удирало стадо шарков. Боясь промахнуться мимо такой удобной площадки, я отключил одну сферу пустоты — и мы резко клюнули носом, ложась прямо на трюм.
— Выключай всё! — успел я крикнуть Рубари, сам делая то же самое, а в следующую секунду меня подкинуло ударом о землю, больно приложило о штурвал, о стену рубки и, протащив по полу, впечатало головой во что-то твёрдое…
Я ещё успел узнать, чем всё закончилось, получив сообщение:
Просьба сбежать со скалы в течение двадцати минут, сначала спустившись, а потом поднявшись, и заодно сохранив груз и жизни Рубари и Фанту — выполнена.
За чёткое следование советам свойство «Слушающий советы» изменяется на свойство «Следующий советам».
Получено свойство «Отчаянный капитан эфирного корабля» — уровень 0
А потом моё неконтролируемое движение по полу завершилось новым ударом по голове, хоть я и пытался прикрывать её руками. И в этот раз удар выбил из неё и мысли, и сознание…
Глава 38
В которой начинается моё новое приключение и новый подвиг
— Три дирижабля уничтожены! В городе едва потушили пожары, и одна причальная мачта сгорела! Нам выставили счёт торговцы и вот эти молодые люди!!! — гра Унтон ткнул в меня и Рубари пальцем. — Кто должен был следить за окрестностями, гра Спун?! И скажите спасибо, что грани Араэле не выставляет претензии! И то лишь потому что её груз удалось спасти!!!
Гра Унтон, несмотря на грозную речь, был милым седым старичком. Таких обычно представляешь в окружении внуков, с улыбкой читающими сказки — а не ругающимися на командира гарнизона целой скалы. Гра Спун, напротив, был подтянутым, спортивным мужчиной средних лет. Именно он и был тем самым командиром гарнизона скалы Треангин, проворонившим нападение.
Мы с Рубари тут на птичьих правах. С одной стороны — хорошо себя вели во время налёта. Практически пожертвовали дирижаблем и, к тому же, пострадали сами, но спасли ценный груз союзного дома — и даже курьера торговой гильдии вместе с ним. Хотя тот детина, который вытащил ко мне ящик с горящего дирижабля, отлёживается до сих пор… Чуть без ног не остался. Можно было бы, конечно, отправить его на перерождение — и всё бы отросло, но дешевле было вылечить.
С другой стороны, мы — никто. Временные документы наши здесь не принимаются — это всё-таки скала дома Лан-ван, и тут все, за исключением шарков и прочего зверья, должны быть с папиром. Нам вообще не собирались давать разрешение остаться на скале, если бы не ночной налёт, при котором мы — в результате халатности местного командования — практически потеряли дирижабль. Наш «Шарк» стоял на местной верфи, и его теперь восстанавливали за счёт властей Треангина. Опять же, если бы не Араэле, нам бы просто выдали компенсацию пневмой и отправили на все четыре стороны…
С момента самого налёта прошло уже пятнадцать дней. И сейчас мы были зрителями одной из местных традиционных забав — публичный разнос проштрафившегося командира. Звездюлей ему вставили ещё в день нападения, а потом — вставляли, как мне кажется, ежедневно. Гра Спун с честью выдержал это испытание, смиренно принимая все упрёки, и теперь шёл заключительный аккорд, после чего его вроде бы обещали простить и восстановить в должности.
Ночной налёт я до сих пор вспоминал с содроганием, хотя большую часть его подробностей и не видел. Как выяснилось, утром следующего дня к нам должен был прийти один из местных мелких командиров, передать оплату Пали — и вежливо попросить выметаться. Как ни просила Араэле хотя бы дать нам припасов, начальство скалы дома Лан-ван было неумолимо. А потом разразился ночной бой. Противники как-то умудрились, минуя все системы защиты, подойти к скале — и принялись расстреливать флот. Охотились они за всё тем же ящиком с Идолищем Каменным. В тот момент, когда ящик оказался на нашем дирижабле, они как раз высадили десант, чтобы забрать артефакт.