Эфирные контрабандисты
Шрифт:
А утром, когда на борт «Шарка» поднялась Араэле, мы отдали швартовы и направились к Городу Молний… За славой и богатством. Или просто чтобы найти неприятностей на свою пятую точку. Это как фишка ляжет. И как она ляжет в моём случае — я даже не сомневался…
Глава 44
В которой выясняется, что автоматон умнее Фанта
Добрались мы спокойно. Ну почти… Если учесть, что на нашем дирижабле затесались три брата-енота, которых хлебом не корми, дай что-нибудь учудить, то это можно называть спокойным полётом… Один из них ушиб голову, пытаясь выяснить, насколько далеко можно засунуть палец в сферу холода и не обжечься о логос огня. Голову ему ушиб Рубари, увидев, чем этот любознательный идиот занимается. Другой вообразил себя бравым матросом и полез на аэростат. Не спрашивайте, зачем… Просто заскучал после мытья палубы. В результате провисел полчаса вниз головой, оглашая небеса тоскливым рёвом о помощи. Третий вообще спалил завтрак, потому что сам рвался на камбуз, как самое сытное и безопасное место — но забыл научиться готовить по молодости лет.
В итоге завтрак готовил тот, который ушиб голову, а тот, который не умел готовить — помогал снимать неудачливого матроса с аэростата. Последний, снятый и отправленный в салон, немедленно вломился в рубку, пока я ещё не вернулся, заблокировал правые винты, заставив дирижабль описывать круги на одном месте, и заклинил рычаг. Не спрашивайте, зачем… Просто он пребывал в состоянии шока, а ещё ему было интересно понажимать на рычаги. Пока Рубари и я чинили управление, а Кесан отчитывал братьев, Араэле съела весь завтрак, полностью уверенная, что всё это — просто её порция. Видимо, по причине ушиба головы один из братьев решил, что именно столько — чуть больше, чем кролику — положено есть тем, кто не занимается всякой фигнёй, а, значит, и сил не тратит.
Ещё через час, сытый и довольный, я сидел и смотрел на братьев, подвешенных вниз головами снаружи — прямо перед обзорным окном. Они что-то кричали и наверняка обещали больше так не делать, но я им не верил. И только когда заметил, как те побледнели и позелени одновременно, согласился их, наконец, снять. Это помогло — до самого вечера братья старались вести себя тихо, а работу выполнять со всей ответственностью. А под вечер, оставшись в каюте без присмотра Кесана, решили устроить шутливые бои и сломали кровать, которую сами же и сколотили. Это позволило снова нагрузить их работой до самой ночи…
А уже на следующее утро мы высадились на поверхность. Точнее, высадились Рик, Дик, Кесан, Араэле и я. А вот Таби и Рубари остались на дирижабле. Таби предстояло учиться готовить, а Рубари — следить, чтобы он делал именно это, а не пытался стащить из рубки хронометр, на который заглядывался весь предыдущий день. И нет, они не были клептоманами — они просто были молодыми придурками, да ещё и отбившимися от дедушкиных рук и прибившимися к рукам уличных воришек Меланги. Уличные воришки, как мне рассказала Араэле, давно уже были взрослыми и заключёнными в тюрьму, а три брата всё ещё продолжали хулиганить, несмотря на все воспитательные беседы, которые с ними регулярно проводились. И да, больше на экспедицию никто не согласился, после десяти предыдущих попыток…
До стен мы добрались без происшествий — укушенный в шею каким-то насекомым Дик за происшествие не считался… Происшествия начались, когда этот гребаный аллергик принялся хрипеть и задыхаться, а Рик — носиться вокруг с ценными предложениями по излечению брата. Но поскольку парень не выглядел раздувшимся и по-настоящему задыхающимся, то я позволил себе не поверить ему и отвесил смачного пинка. В результате, Дик теперь красовался не только ушибом головы, но и ягодичной мышцы — отчего прихрамывал и тяжело вздыхал. Однако выглядел довольным, потому что и Кесан, и Араэле всё-таки повелись на разыгранную трагедию. Девушка, правда, пригрозила отправить этих двоих за решётку, если ещё раз устроят нечто подобное — после чего они сразу как-то погрустнели и перестали шутить.
Пустой город смотрел на нас, вторгшихся в его пределы, пустыми глазницами окон, и изредка возмущённо шумел ветром среди каменных стен. Стоило мне задуматься над тем, что делать дальше, как братья немедленно вломились в первый попавшийся дом и рьяно принялись его обыскивать.
— И что вы собираетесь там найти? — поинтересовалась Араэле.
— Богатства, грани! — сообщил Рик.
— Всё, что тут было — давно уже растащили до вас! — обломала его девушка.
— Да пускай обыскивают! Может, и найдут что-то полезное, — заметил я. — Это самое безопасное для них занятие…
Мы с Кесаном и Араэле поднялись на стену, и я принялся экспериментировать с нестреляющими орудиями бастиона. В процессе исследований удалось выяснить, что орудия выбирают цель по двум критериям: движение и размер. Причём, в зависимости от цели подбирают и подходящий снаряд. Если цель двигается быстро — реагируют одни орудия. Если медленно — другие. Если цель маленькая, то можно получить заряд дроби из камней. А если большая — то какой-нибудь здоровый булыжник.
Братья обшаривали тем временем дом за домом, ища приключений на свою пятую точку. И, конечно, добились своего — нашли. Не богатство, конечно, а приключения. Первым из очередного дома выскочил Рик, истерично крича, что внутри засела страшная тварь. За ним следом, через окно на первом этаже, вывалился перепуганный Дик.
— Не трогай меня! Не трогай! — кричал он.
— Они что, опять решили пошутить? — сердито засопев, спросила Араэле.
И в этот момент из окна следом за братьями вывалился… Ну я бы сказал, что это был робот, но вообще местные не знали такого слова. Робот напоминал человека только отчасти. Ноги у него гнулись коленками назад, и, видимо, годы были к ним безжалостны, несмотря на логосы, нанесённые на металл. В общем, они скрипели, заедали — и периодически роняли железного обитателя города на землю, отказываясь поддерживать его в вертикальном положении.
Робота падения не смущали. Он помогал себе верхними манипуляторами перевернуться на живот, с шипением поджимал нижние конечности — и вскоре снова оказывался на ногах и на ходу. Конечно, это не позволяло ему перемещаться быстро, зато он был настойчив в своём желании догнать Рика и Дика. Спустившись со стены, Араэле несколькими выстрелами из жезла вывела его из строя, после чего отругала братьев и пояснила мне, указав на металлическое чудо:
— Это автоматон-служка. Их использовали для самых разных дел — уборка, ношение тяжестей, всякие простые работы, — она пнула железное тело ногой. — Я вообще думала, что их тут не осталось, всех повывели за годы экспедиций… Надо же, ведь нашёлся!..
— Как он работает? — поинтересовался я.
— Да кто их знает! — девушка повела плечами. — На логосах… Я просто знаю, куда ударить, чтобы он сломался.
— Как пойдём обедать, надо будет его с собой утащить и покопаться внутри… — заметил я и тут же уточнил. — Неужели вам не было интересно понять принцип их работы?
— Многие пытались, но цепочки уж больно сложные!.. — пояснил мне Кесан отсутствие у местных любознательности. — Графики, изучавшие цепочки, говорят, что те обрываются в самых неожиданных местах.
Братцев я отправил тащить автоматона к дирижаблю, а сам ещё немного поэкспериментировал с орудиями. По всему выходило, что, если я правильно уловил алгоритм их работы, то смогу очень осторожно пройти в зону действия соседнего бастиона. Если моя теория верна, то для работающих орудий я буду практически невидим…
После обеда, отправив братьев и дальше обшаривать дома, я поставил Араэле с биноклем на стене, чтобы она следила за орудиями на северном бастионе и предупреждала поднятой рукой, если они начали шевелиться. А сам вместе с пожилым жрецом пошёл к границе безопасной зоны. Кесан наложил на нас щиты, что больше напоминало зарядку для кистей рук — так энергично он ими крутил. Щит представлял собой тонкую полусферу, которая появлялась над пневматиком. Заметить её удавалось лишь потому, что свет, проходя через неё, слегка преломлялся. Сама сфера при этом совершенно свободно проникала через любые препятствия.