Чтение онлайн

(3)Чего же не хватало пушкинскому герою – споров, театров и выставок? (4)Что это значит – духовная жажда?

(5)Духовность не то, что культура поведения или образованность. (6)Огромное количество людей, не имея образования, обладает высочайшей силой духа. (7)Интеллигентность – не образованность, а духовность. (8)Отчего самые тонкие ценители искусства бывают порой негодными людьми? (9)Да потому, что чтение книг, посещение театров и музеев не есть духовная жизнь. (10)Духовная жизнь человека – это его собственное стремление к высокому, и тогда книга или театр волнуют его, потому что отвечают его стремлениям. (11)В произведениях искусства духовный человек ищет собеседника, союзника – ему искусство нужно для поддержания собственного духа, для укрепления собственной веры в добро, правду, красоту. (12)Когда же дух человека низок, то в театре и кино он лишь развлекается, убивает время, даже если он является ценителем искусства. (13)Точно так же может быть бездуховным и само искусство – все признаки таланта налицо, но нет стремления к правде и добру и, значит, нет искусства, потому что искусство всегда духоподъёмно, в этом его назначение.

(14)Бывает и обратное: есть добрые, способные любить и надеяться люди, которые не знали в детстве и в юности высших духовных стремлений, не встречались с ними. (15)Такие люди не нарушают моральных законов, но бездуховность их сразу видна. (16)Добрый и работящий человек, но не мучается его душа, не может, не хочет он выйти за круг бытовых забот.

(17)Чего жаждет человек, когда у него духовное томление? (18)Обычно желания делят на высокие и низкие, добрые и дурные. (19)Но разделим их по иному принципу: на конечные и бесконечные. (20)Конечные желания могут быть осуществлены к такому-то числу; это желания приобрести, получить, достичь, стать… (21)Но никогда не исполнятся полностью, не исчерпают себя желания бесконечные – назовём их стремлениями: «священный с'eрдца жар, к высокому стремленье» (Пушкин). (22)Бесконечно стремление к добру, неутолима жажда правды, ненасытен голод по красоте…

(По С. Соловейчику)

Духовность! Действительно ли это стремление к добру, жажда правды, голод по красоте, а не образованность, не культура поведения? Этот вопрос рассматривает в своём тексте C. Соловейчик.

В целях привлечения внимания читателей к проблеме духовности, доступности, достоверности и убедительности её решения автор статьи прибегает к индуктивному способу доказательства. Начав с общепринятого понимания духовности, С. Соловейчик в дальнейшем последовательно раскрывает содержание вопроса: «что это значит – духовная жажда?». Отрицая ложное и утверждая истинное, прибегая к контекстным синонимическим сочетаниям слов (духовность, духовная жизнь, духовная жажда, духовное томление, сила духа), противопоставляя духовность и бездуховность в людях и искусстве, автор приводит читателя к закономерному выводу – главному критерию духовности. Пониманию комментируемой проблемы способствует также цитирование (предложение 2), вопросно-ответное единство (предложения 17 – 20).

Позиция автора текста, как это свойственно рассуждению, выражена достаточно ясно. С. Соловейчик считает, что духовность – это даже не образованность, а бесконечное стремление к добру, неутолимая жажда правды, ненасытный голод по красоте.

С мнением автора текста нельзя не согласиться, потому что подобным образом понимают духовность и другие художники слова. Многие из них тоже считают, что духовность это вовсе не образованность и не культура.

А.С. Пушкин в этом отношении не исключение. Например, заглавный герой романа «Евгений Онегин» для своего века весьма образованный человек. Он «по-французски совершенно мог изъясняться и писал», знал историю, экономику, литературу. Но духовной жаждой Онегин не томится. Его «духовная» жизнь сводится к культурному времяпрепровождению. В частности, для героя Пушкина, непостоянного обожателя очаровательных актрис, «почётного гражданина кулис», театр – это место, где можно увидеть незнакомых дам, показать им себя, убить время.

Ребёнком мне было непонятно, почему зрителям предлагаются такие фильмы, в которых только разговаривают, а не воюют, как, например, в картине «Великий воин Албании Скандерберг». Теперь мне непонятно, как можно часами «отдыхать» перед телевизором, внимая ведущим и героям передачи «Давай поженимся» или разделяя «переживания» персонажей телесериалов.

Таким образом, духовная жизнь не культурное времяпрепровождение, а неустанная работа над созиданием себя, своей души. Бегство от мучительных процессов душеобразования к внешнему миру, к заполнению своей внутренней пустоты внешними раздражителями есть бегство к стадности, к омертвению, к внешнекультурному, безликому стандарту.

2. Н.М. Карамзин. «Человек любит место своего рождения и воспитания»

(1)Человек любит место своего рождения и воспитания. (2)Сия привязанность есть общая для всех людей и народов, есть дело природы и должна быть названа физической. (3)Родина мила сердцу не местными красотами, не ясным небом, не приятным климатом, а пленительными воспоминаниями, окружающими, так сказать, утро и колыбель человека. (4)В свете нет ничего милее жизни; она есть первое счастье, а начало всякого благополучия имеет для нашего воображения какую-то особенную прелесть. (5)Так друзья освящают в памяти первый день дружбы своей. (6)Лапландец, рожденный почти в гробе природы, на краю мира, несмотря ни на что, любит хладный мрак земли своей. (7)Переселите его в счастливую Италию: он взором и сердцем будет обращаться к северу, подобно магниту; яркое сияние солнца не произведёт таких сладких чувств в его душе, как день сумрачный, как свист бури, как падение снега: они напоминают ему Отечество!

(8)Недаром житель Швейцарии, удалённый от снежных гор своих, сохнет и впадает в меланхолию, а возвращаясь в дикий Унтервальден, в суровый Гларис, оживает. (9)Всякое растение имеет более силы в своем климате: закон природы и для человека не изменяется.

(10)Не говорю, чтобы естественные красоты и выгоды Отчизны не имели никакого влияния на общую любовь к ней: некоторые земли, обогащённые природою, могут быть тем милее своим жителям; говорю только, что сии красоты и выгоды не бывают главным основанием физической привязанности людей к отечеству, ибо она не была бы тогда общею.

(11)С кем мы росли и живём, к тем и привыкаем. (12)Душа их сообразуется с нашею, делается некоторым её зеркалом, служит предметом или средством наших нравственных удовольствий и обращается в предмет склонности для сердца. (13)Эта любовь к согражданам, или к людям, с которыми мы росли, воспитывались и живём, есть вторая, или моральная, любовь к Отечеству, столь же общая, как и первая, местная или физическая, но действующая в некоторых летах сильнее, ибо время утверждает привычку.

(14) Надобно видеть двух единоземцев, которые в чужой земле находят друг друга: с каким удовольствием они обнимаются и спешат изливать душу в искренних разговорах! (15)Они видятся в первый раз, но уже знакомы и дружны, утверждая личную связь свою какими-нибудь общими связями Отечества! (16)Им кажется, что они, говоря даже иностранным языком, лучше разумеют друг друга, нежели прочих, ибо в характере единоземцев есть всегда некоторое сходство. (17) Жители одного государства образуют всегда, так сказать, электрическую цепь, передающую им одно впечатление посредством самых отдаленных колец или звеньев.

(По Н.М. Карамзину.)

Вариант 1.

Любовь к Отечеству! Каковы составляющие этого прекраснейшего чувства? Что лежит в его основе»? Своё решение этой проблемы предлагает в представленном для анализа тексте известный русский историк, писатель и поэт Н.М. Карамзин.

В целях привлечения внимания читателей к рассматриваемой проблеме, доступности её решения Карамзин прибегает к рассуждению с индуктивным способом доказательства. Проблемный вопрос о естественной любви человека к месту своего рождения и воспитания автор не формулирует, приглашая тем самым читателя к сотворчеству. В дальнейшем к доводу о физической привязанности человека к месту своего рождения и воспитания Карамзин приводит пояснение и два примера о поведении лапландца и швейцарца в неродных краях. Довод о моральной привязанности человека к своему Отечеству подтверждается примером о поведении двух «единоземцев», в чужой земле нашедших друг друга. Пониманию комментируемой проблемы также способствует употребление местоимения «мы» (предложения 11 – 13), выражающее значение всеобщности.

Позиция автора, как это свойственно рассуждению, выражена достаточно ясно. Н.М. Карамзин считает, что любовь человека к месту своего рождения и воспитания включает две составляющие: физическую привязанность и моральную. Первая связана с «пленительными воспоминаниями, окружающими, так сказать, утро и колыбель человека». Mоральная же любовь к Отечеству, по мнению писателя, формируется привычкой и укрепляется с возрастом.

С мнением Н.М. Карамзина нельзя не согласиться, потому что аналогичные мысли можно найти у многих выдающихся людей.