Чтение онлайн

– Спасибо! Ты мне жизнь спасла. Как я могу тебя отблагодарить?

– Не нужно меня благодарить, Максбул. Это мой долг. Друзей спасать – праведное дело, Амон Ра освяти твоё желание поблагодарить. И пускай мне это боги зачтут.

– Ой, не скромничай! – весело сказал Максбул.

– Ты честно достойна награды!

– Да где уж там! – весело ответила Лея. Но долго они не спорили, ведь впереди ещё долгий-долгий путь. Все так же, как и было, разместились по своим местам и отправились в путь.

– Древний облик у скорпиона. Дивное дело. Странно…– тихо размышлял Рей.

Солнце уже так не пекло, поэтому дорога была проще. К часам этак пяти вечера они прибыли в ещё один город – город Мангу. Красивый, милый городок, населённый мангустами и сурикатами разных видов и размеров. Городом правит фараон, Мунго Густ Первый, по своей природе весельчак, которому с самого раннего детства не хотелось сидеть на месте. Хоть сейчас он был вполне взрослым, в свои сорок три года характер остался прежний, чуть ли не детский.

– Здравствуйте, дорогие друзья! – громко сказал Мунго. – Вижу, вы, как и я, не сидите на месте. Что такое – на вашем кресле иголки? – весело спросил Мунго.

– Нет, не иголки, фараон Мунго Густ Первый – ответил Коровхатеп и, в раз третий или четвёртый, рассказал историю о проблеме Лейлы. Мунго слушал внимательно, не перебивая, время от времени спрашивая что-то.

– Мне всё ясно: из-за каких-то неизвестных вам двоих воров Лейла потеряла амулет и теперь не может колдовать, а её жизнь под угрозой. Я смогу вам в этом помочь! Но перед этим, чтобы, как говорил мой дедушка, «преисполнится некого счастья, Тотес пойми от чего», мы пойдём в театр. С пропускными листовками проблем не будет.

– Спасибо, конечно, но мы можем и сами заплатить за свои листовки. – сказал Коровхатеп.

– Я правитель этого города, и время от времени могу себе разрешить заплатить за гостей, – весело воскликнул Мунго и побежал к театру. Там он начал что-то шептать сурикату на ухо. Сурикат, как потом объяснил Мунго, является руководителем театра «Корде-Хор». Мунго сказал директору про пропускные, и тот согласился дать согласился пропустить восьмерых путников в первый ряд. Рею сделали специальную дырку в стене, через которую Рей бы смог просунуть голову и смотреть на выступления. Сделать дырку в стене не являлось проблемой или чем-то убыточным, ибо жилища и здания в городе легко разбирались и собирались. Сегодня в театре песни, завтра – представления, в среду – ещё что-то и так всегда, «чтобы не было однообразия», как сказал Мунго. И вот, путники вошли в «золотой зал» театра. Пред их взором открылась приятная глазу картина: большой, просторный зал, прекрасная сцена, очень удобные кресла, обшитые бархатом. Мунго провёл их к первому ряду, и мусафирины, кроме смотрящего из дыры Рея, удобно расположились в креслах.

Началось выступление. Как потом оказалось, это было «шоу голосовых талантов». Выступали разнообразные жители, считающие, что имеют хоть малейшие отношения к искусству. Позже выступил попугай Ра Ле’Жак, который пел мелодично, но часто фальшивил и тихо, картавя, ругая себя, шептал: «Ну ты, Га, и певец! Говорил отец – учись, тебя в честь Амона Ра назвали! А ты, чёрт возьми, ел финики и бездумно кивал». После пели ещё много кто. Но Коровхатепу, Максбулу и Ветривиусу уже наскучило. Они сидели, почти не слушая, иногда Лея даже дремала. Коровхатеп не выдержал:

– Я, конечно, понимаю, что театр – это культура, но всё-таки, зачем мы здесь? Мне на заседании нашей правящей верхушки было менее скучно, чем в этом месте.

Но тут раздался шепчущий им всем голос Мунго.

– Что-то происходит.

Вдруг на сцене появился дым, и из этого дыма выползла кобра! Кобра! Кобра, одна, видно, из тех, которых мангусты считали своими вечными врагами. Зал, состоявший из более сотни жителей, замер. У Коровхатепа отвисла челюсть. Он видел многое за свою, полную событий жизнь, но, чтобы змея появилась среди мангустов. Ни у какого руфдиера не хватит наглости такое провернуть. Тем более, среди вида-конкурента, меж коими битвы происходили с давних времён до нынешних.

Внезапно со стула вскочил сурикат. Из-под костюма он выхватил небольшой ятаган, после чего бросился к сцене. Ещё несколько охранников с разных концов зала тоже выхватили мечи и последовали за ним.

Воин подскочил к кобре, не обращая внимания на то, что он сам был гораздо мельче её. Вложив всю свою силу, солдат замахнулся оружием. Зал затаил дыхание… и стражник застыл на месте. Его будто приковало к полу. Змея резким движением хвоста выбила клинок из его руки, обезоружив его. Другие охранники, почти успев добежать до сцены, тоже замерли на месте, как скованные цепями пленные.

Конец ознакомительного фрагмента.