Эго хаоса. Покидая большой город
Шрифт:
Чудище заметило мое пробуждение. Взглянуло грозно двумя парами глаз, хищно облизнуло окровавленную пасть и, как ни в чем не бывало, продолжило трапезу.
Новый укус наконец-то отправил меня в спасительный обморок. Болевой шок сменился сладкой дремой. Тело словно плыло в потоках собственного же сознания. Темнота сменялась цветными вспышками и вновь захватывала меня. Необычайная легкость в конечностях натолкнула на мысли о смерти. Неужели костлявая заберет меня в расцвете лет? Мысли тут же материализовались в буквы, кружащие вокруг тела, путающиеся между собой и переливаясь всеми цветами радуги. Их сменяли другие слова, буквы, цифры, образы.
Да что же это такое?
Буквы сверкнули оранжевой вспышкой и зашлись ярким пламенем, обдав жаром, но не причинив никакого вреда.
Тело понемногу возвращало подвижность, перемещаясь в пространстве в хаотичном порядке. Огонь, тьма и появившийся из ниоткуда едкий запах серы окутали меня плотной пеленой. Откуда-то издалека послышался звук хлопающих крупных крыльев и непонятное шипение.
Сказать, что я испугалась- не сказать ничего. Умерла я, или нет, но происходящее вызывало во мне почти первобытный страх. Где я? И что за звуки? Я в аду, чистилище? Что ждет меня впереди? Крылья валькирий, ангелов, или демонов?
Не успев додумать мысль, я закружилась в водовороте огня и красок, полетев в неизвестность по совершенно невообразимой траектории.
Тело, насколько смогло, послушало голос разума, сгруппировавшись перед неминуемым приземлением, которое не заставило себя ждать.
Я приземлилась на сырую землю, покрытую сплошь острыми белесыми камушками самой разнообразной формы, даже не почувствовав боли. Вихрь, так стремительно принесший меня в сие странное место, помчался по земле, оставляя после себя овражек наполненный огнём.
Дымка понемногу рассеялась, открыв взору огненную реку, низкое алое небо, беззвучно сверкавшее молниями и бескрайнее поле. То, что я сперва приняла за камушки, оказалось на деле обломками костей. Кое-где даже можно было узреть еще не успевшие рассыпаться на осколки скелеты и черепа различных размеров.
Если раньше я просто боялась неизвестности, то сейчас меня охватила настоящая паника! Впервые я пожалела, что не знаю ни одной молитвы, пожалела, что прожила жизнь в грехе, пьянствуя и раздеваясь перед незнакомыми людьми. Есенинское «стыдно мне, что я в бога верил, горько мне, что не верю теперь», как нельзя лучше передавало мои нынешние чувства.
Как и говорят, вся жизнь пролетела перед глазами, вернее самые ее печальные моменты. Вспомнился родной двор, где я маленькая играла в одиночестве, в стороне от других детей, школа, где меня периодически избивали одноклассницы, за мои сверхспособности. Колледж, школа танцев, работа, сцена… Все, что так или иначе, заставляло меня страдать.
И я заплакала. Стоя на четвереньках среди костей, вдыхая запах гари, слыша звук приближающейся… Смерти?
Я решилась подняться, сохранить остатки достоинства перед ангелом, или демоном, летящим за мной.
Небо грозно сверкнуло прямо над моей головой, выбросив длинную цепь молний, на секунду ослепившую меня.
Когда способность видеть вернулась, над огненной речкой уже вовсю серебрилось потустороннее сияние, сплетающееся в простенький мостик из прогнивших досок. Пламя лизало их, но не причиняло вреда. Вкруг моста, прямо из огня, полезли разномастные змеи, шипя и угрожая раздвоенными языками в мою сторону.
Это ад, не иначе, решила я, пятясь назад от злобных пресмыкающихся.
Утерев слезы, я пыталась сообразить, как же действовать. Страх почему-то отступил, оставив место для других эмоций, вызванных последними воспоминаниями.
Бледное сияние над рекой, тем временем, густело, превращаясь в плотный грязно-серый туман, медленно, но верно, скрывающий от меня окружающий пейзаж.
Змеи под моими ногами, как по команде, остановились, подняв головы яростно шипя. Туман скрыл их, плотным кольцом окружая меня. Если я сейчас потеряю ориентацию в пространстве-мне конец уже точно.
Вместе со зрением, туман забрал и слух. Полная изоляция длящаяся минуту? Или год? Совершенно растерявшись я вновь пустила слезу, уже не от обиды, а от безысходности. Пыталась кричать, но туман словно украл мой голос.
Я побежала. Не понимая направления, не видя и не слыша даже звука своих шагов. Кажется это и есть паника. Чувство времени стерлось.
Не знаю, сколько я так бегала, теряя остатки здравомыслия, и сколько бы еще пробыла в таком состоянии, если бы не ниточки дернувшиеся, чувствуя поблизости живое существо. Я двинулась в сторону их рвения, как слепой котёнок на кошкин зов. Туман понемногу рассеялся и я обомлела: подле дощатого мостика, гордо раскинув крылья возвышался дракон с тремя головами, кожистыми крыльями, шипастым хвостом. Ноздри выпускали клубы пара при каждом выдохе, шесть зелёных глаз осматривали мою персону с недобрым интересом.
– Едрить-колотить,– только и смогла я сказать, вкладывая в эту примитивную фразу страх и восхищение от звуков собственного голоса.
– Рррррррраааа,– ответил дракон, выпустив из трех пастей струи белого огня.
– Шшшшшшшш,– отозвались бесчисленные змеи, стремясь обвить мои ноги.
– Вот мы и встретились, да? – неожиданно послышался низкий женский голос со всех сторон одновременно.
Я запрядала головой, как заправский скакун, ожидая увидеть очередное жуткое существо, но вместо этого я узрела девушку, шагающую по мосту, не замечавшую языков пламени под ней.
Лицо ее скрывала копна чёрных нечёсаных волос, а в качестве одежды дама использовала сотканную, как мне показалось, из чистого снега, плащаницу, с отпечатками множества лиц, мужских и женских.
Женщина плыла ко мне, не касаясь босыми ногами земли. Трехглавый зверь почтенно отступил перед ней, склонив длинные шеи в грациозном для дракона реверансе.
Черноволосая дама, приблизившись к дракону, погладила его среднюю морду, нежно, словно мать, и тут до меня начало доходить…
Да, это же определённо то самое место, о котором мне приходилось читать в книгах.
Огненная река-Смородина, Калинов мост, охраняемый змием Горынычем, змеями и мертвыми душами…
Стало быть, женщина эта – Морана, богиня смерти, а значит я умерла таки окончательно.
Вот оно какое, загробное царство: позади пустота, впереди дым и туман, а посередине огонь. И отчаяние.
Женщина не дала мне додумать:
– Ты не ответила,– произнесла она, но голос по-прежнему раздавался со всех сторон, окутывая меня сковывающей пеленой животного страха.
– Я… я не знаю.