Эго хаоса. Покидая большой город
Шрифт:
– Что случилось? – спросила она, погладив девочку по кудряшкам.
В ответ она с хлопком впечатала в столешницу свою бумагу с… черной меткой.
Сказать, что мы офигели – ничего не сказать. Лариса предупреждала конечно, что решение оракула не всегда кажется адекватным, но чтобы настолько. Мне тоже стало жаль девчушку, ну какой из нее некромант? Я бы еще поняла, если бы ее направили на искусства, или на травнический, но черная метка, единственная на листе папируса, не давала девочке права выбора.
Лара посмотрела на меня грустными глазами и я затосковала вместе с ней. Кто его знает, куда нас засунут после такого поворота. Ответа долго ждать не пришлось. Оракул снова закружил над нашим столом, слабо переливаясь блеклыми искрами. На мгновение завис над моей головой, вгоняя меня в еще большее напряжение и, вспыхнув яркой вспышкой материализовал оставшиеся папирусы и умчал обратно в свою бутыль, отдыхать до следующего года.
В такой момент даже парень вида бывалого уголовника заерзал на стуле, как девица перед свиданием. Что уж говорить про нас с Ларисой. У меня руки ходуном ходили, а у моей подруги даже коленки задрожали. Так или иначе, мы остались последними, кто получил папирус и тянуть было нельзя. Десятки пар глаз с интересом всматривались, пытаясь вперед нас самих увидеть цвета. Я предложила:
– Ну что, насчет «три»?
Лара согласно кивнула, «уголовник» повторил ее жест. Я взяла на себя смелость посчитать:
– Раааз, дваа, – тянула я интригу, – три! Вскрываемся!
Глава 3.
Я тупо пялилась на кусочек папируса лежащего передо мной. Всякого я ожидала, частичкой души, той самой, что отвечает во мне за высокомерие, я надеялась попасть на мировой факультет, не отказалась бы учиться на бойцовском, да в целом и на некрофак была согласна. Отчасти. Но мозгами понимала, что не светит мне ни один из них. Как же я ошибалась.
Лариса шумно выдохнула, выражая тем самым свое облегчение:
– Фиолетовый, как я и хотела. А у тебя что? – поинтересовалась девушка и тут же осеклась увидев мой папирус:
– Красный, черный и белый? Ого! Да в тебе нехилая сила оказывается! – восхитилась она.
Девочка в розовом с надеждой посмотрела на меня:
– Ты какой выберешь? Некромантский?
В разговор встрял лысый парень:
– А может бойцовский? Он тут типа самый люкс.
Молодой человек гордо продемонстрировал бумажку с ярко алой меткой.
А я не знала, что и ответить. Да я была бы согласна на любой исход, если учесть, что для меня здесь все в новинку, и никак не рассчитывала, что придётся в итоге выбирать.
Пока я переваривала информацию и взвешивала свои желания и способности, в зал подтянулись остальные преподаватели во главе с директором. Евпатий выстроил учителей в линеечку, сотворив буквально из воздуха над головой каждого из них прозрачный стяг с символикой факультета, и, вновь усилив свой голос поспешил толкнуть новую воодушевляющую речь:
– Друзья, наши новоиспеченные студенты! Вы все только что получили ответ, какой факультет подходит именно для вас. Это радостный момент, и я уверен, что несмотря на грустные лица некоторых товарищей, вы будете чувствовать себя комфортно на выбранном для вас курсе. Наш оракул никогда не ошибается в выборе. А сейчас давайте познакомимся поближе со своими деканами и однокурсниками. Я буду называть имя и фамилию, а вы подходите к своему флагу.
Зара Юрьевна проплыла мимо Ильи, и встряхнула своими длинными волосами, как бы ненароком задев его. Она подошла к директору и что-то шепнула ему на ухо. Евпатий воздел палец к небу и добавил:
– Чуть не забыл, друзья, кто получил сразу несколько меток, вы можете сразу выбрать факультет, или подумать до завтрашнего утра. Если я назову вашу фамилию, просто оставайтесь на месте. Итак, начнем. Громов Игорь!
Из самого дальнего конца зала послышалось шуршание, а потом встал с места и сам обладатель громкой фамилии. Высокий и настолько худой, что вызывал желание немедленно его накормить, молодой человек был одет по последней моде, в подвернутые снизу джинсы и полосатую футболку. Несмотря на теплую погоду, на голову он натянул вязаную шапку, пригладив тем самым торчащие во все стороны соломенного цвета волосы.
Игорь Громов, сунув руки в карманы, гордо прошагал в сторону белого флага.
В зале раздались аплодисменты, а громче всех приветствовала студента Зара Юрьевна. Она же выкрикнула следующее имя:
– Ирма Мирзоева!
Грузная девушка с кряхтением покинула соседний столик и присоединилась к шестирукой Шиве.
Далее Евпатий продолжил называть имена и столики пустели один за другим. Нашу новую знакомую в рюшах звали Забавой, под стать ее образу. Услышав свою фамилию Забава вздрогнула и медленно, еле волоча ноги, заняла свое место под черным флагом. Среди оставшихся в зале студентов прошёл удивленный шепоток. Ну никак ее внешность не увязывалась с выбранным для нее факультетом.
Лариса тоже успела занять свое место возле деканов близняшек. Да и наш бритоголовый собеседник тоже. И осталось нас не распределенных от силы человек десять. Евпатий повторил, что завтра утром мы должны дать ответ, на какой факультет пойдем.
Я пребывала в глубоких раздумьях и отрешенно наблюдала, как шевелятся дополнительные пары рук декана бытового факультета. Шива пока была единственным воистину волшебным существом, которое я видела в своей жизни. Но почему-то, она не вызвала у меня каких-то сверхэмоций. Наверное сказывалась усталость, накопившаяся за день.
Евпатий начал что-то рассказывать о будущей учебе, но я не понимала и половины его слов. Я изучала составы факультетов, уж очень разношерстная публика из студентов получается. А еще мой взгляд то и дело падал на красавца мужчину, также как и я не определившимся со своим учебным направлением. Я бессовестно пялилась на жилистое тело, обтянутое тонкой водолазкой, как и добрая половина девушек. Черные волосы, спускавшиеся почти до самых бровей и изумрудные глаза, как магнит притягивали к себе внимание. Но не его подтянутое тело, не одежда, выгодно подчеркивающая фигуру и даже не брутальные черты лица заставляли меня неотрывно следить за молодым человеком, хотя врать не буду, это тоже, более всего манил его взгляд. Взгляд альфа самца, хищника, абсолютно уверенного в себе. Девушка рядом с ним вероятно пыталась закадрить местного мачо играя перед ним своими волосами, но тщетно, зверь предпочитал охотиться, а не довольствоваться доступной дичью.
Мои ниточки периодически просыпались от желания пощупать хоть кого-нибудь, а я изо всех сил старалась не давать им волю, мне на всю жизнь хватило утреннего обморока. Радовало одно, я устала и они тоже не выглядели слишком активными.
Зара Юрьевна взяла слово, а я едва сдерживала приступы зевоты. Ее речь про то, что через день начнутся занятия, распорядок дня и прочие организационные моменты, вгоняли меня в сон и уныние. А еще я вспомнила, что там, в другом мире находится моя матушка, которая ни сном ни духом, где я и что со мной. Позвонить я не могла, мобильник здесь работать отказывался, да и вообще, он, скорее всего, уже давно сдох. Надо бы уточнить у Ларисы этот момент, должна же быть связь с внешним миром, волшебная сотовая вышка, или там магический вай фай. А вот, кстати, и освободилась моя подружка. Лара радостно показала брату знак мир из двух пальцев, а он только сдержанно кивнул в ответ.