Чтение онлайн

Если бы в нашей гостиной стоял кто-то другой, я, вероятно, съежилась бы и захотела спрятаться, но мое желание поставить Эшли на место настолько яростное, что отступать — не вариант. Вместо этого я встаю, сжимая в руке стакан, и неторопливо подхожу к Джаксу.

Не успеваю осознать, как обвиваю его руку своей, спина выпрямлена, голова высоко поднята, и я смотрю на Эшли сверху вниз. Джакс Вон, этот монолит силы, напрягается рядом, но не вырывает руку из моей хватки и никак не противится моим действиям. Я продолжаю и легонько стукаюсь своим стаканом о его.

Говорят, месть подается холодной, но для меня она раскаленная добела, пока я чувствую, как взгляд Эшли скользит по тому, как мы с Джаксом стоим вместе. Она окидывает взглядом место, где наши руки переплетены, как мое тело тесно прижато к его боку, как моя грудь давит на его стальную руку.

Ее лицо краснеет, сжимается от раздражения, и невозможно не заметить вспыхнувшую в нем ревность. И обещание расплаты. Удивительно, как еще пару минут назад я даже представить не могла мир, в котором такая, как она, могла бы завидовать такой, как я.

— Должно быть, сложно, — начинаю я, тщательно выговаривая каждое слово, чтобы оно попало точно в цель. — Видеть, как твой глупый маленький план рушится вот так, особенно после всех твоих усилий, чтобы его воплотить. Если твоя цель — построить карьеру интриг, то тебе нужно больше практики, потому что талант у тебя явно отсутствует. — Мой взгляд медленно поднимается к ее лицу, в котором читается ненависть, и я добавляю с отвращением: — Что касается онлайн-маркетинга, ты полный ноль.

Эшли Уивер кипит от злости, сверлит меня взглядом, которым убила бы на месте, будь у нее такая возможность. Я смотрю на нее с ледяным безразличием, заставляя ее почувствовать себя такой же жалкой, как она выглядит в этом откровенно нелепом костюме, будто она действительно могла кого-то обмануть насчет своих намерений. Джакс, похоже, читает мои мысли, как это часто бывает во время наших ночных разговоров.

— Один маленький вопрос, мисс Уивер, — произносит он, его голос холодный и непреклонный. — Вы всегда ходите в офис в таком виде?

Эшли нервно переступает с ноги на ногу.

— Я не знала, что существуют какие-то формальные требования к одежде.

— Здравого смысла достаточно, — обрывает ее Джакс. — Вы выглядите как стриптизерша на мальчишнике.

Ее ярко-красные губы сжимаются в дрожащую линию, словно она вот-вот разрыдается, но сдерживается.

— В следующий раз я обязательно буду одета должным образом.

— Следующего раза не будет, мисс Уивер, потому что вы уволены.

Пока ее рот открывается в немом шоке, Джакс поворачивается ко мне.

— Что касается вас, мисс Росс, вы назначены лидером команды. У вас полная свобода в разработке кампании, исходя из ваших знаний и опыта. Завтра утром мы будем в офисе, и я вас представлю команде. Протестируйте их неделю-две, а затем решите, кого хотите оставить.

Если бы не шок, мое лицо, наверное, светилось бы от радости. Удовольствие разливается по моим костям, словно чертова суперсила.

Эшли больше не может сдерживать слезы от злости и ярости. Топая прочь, она едва удерживает равновесие на своих супервысоких каблуках. Ее трясет от унижения и гнева, и, в самый последний момент перед тем, как двери лифта закрываются, ее глаза снова встречаются с моими, полные обещания войны.

Адди

— Она убила бы тебя, будь у нее такая возможность, — говорит Джакс, все еще глядя на лифт, даже после того как двери закрылись. — Этого ты хотела добиться, когда растоптала ее на моих глазах?

Я хмурюсь, глядя на гладкие черные двери лифта.

— Не уверена, — отвечаю я. Но я точно знаю, что не добивалась ее ненависти. Я хотела, чтобы она поняла, как сильно ошибалась насчет меня, чтобы осознала, что я лучше ее. Я хотела, чтобы она корила себя.

Вместо этого, возможно, я только вызвала у нее праведное возмущение.

Когда Джакс отступает, резко высвобождая руку из моей хватки, я понимаю, что что-то не так.

— Ну, этого ты точно добилась, потому что теперь она уверена, что мы вместе, — говорит он, поворачиваясь ко мне, а в его лице ледяной холод.

Я отступаю на шаг, нахмурившись.

— Я не думала, что это тебя заденет.

Он приподнимает бровь, его зеленые глаза режут взглядом, как нож.

— Не думала?

— Я думала, мы играем в одну игру, ставя ее на место.

— Это не твое дело — ставить мисс Уивер на место.

— Понятно, — шепчу я. Ладонью приглаживаю волосы, стараясь не испортить аккуратный хвост, и добавляю: — Не могу сказать, что это не похоже на пощечину.

От этого еще больше хочется сменить тему, чтобы ситуация не стала невыносимо неловкой. А еще больше хочется отвесить ему ответную пощечину, поэтому я начинаю:

— В любом случае, как она достала этот чип от Ллойда? Ты самый влиятельный человек на Манхэттене, а может, и во всей стране. Кажется абсурдным, что какая-то случайная дурочка, — я произношу это слово с явным упоением, — смогла так легко проникнуть в твою квартиру.

Джакс остается невозмутимым.

— Я знал о ее интрижке с Ллойдом. Она думала, что сможет использовать его, чтобы добраться до меня. Ему просто хотелось развлечься. Так что я позволил ему заставить ее думать, будто она победила. Он дал ей возможность украсть чип из его ящика и тут же сообщил мне об этом, — его ледяной взгляд лишь на мгновение смягчается, когда он добавляет: — Я также знаю, как она обращалась с тобой в тот день, когда мы встретились.

Для него тот день был судьбоносным?

— Значит, ты знал, что она придет сюда?

— Да. Просто не ожидал, что ты будешь дома так рано. Обычно ты пользуешься любой свободой, которую можешь получить.

Дом.

— Конечно, пользуюсь, чтобы подготовиться к вечерам с тобой, — я сокращаю расстояние между нами, с каждым шагом прищуривая глаза. — Но постой, а почему ты сам дома в это время? Обычно ты уходишь рано утром и возвращаешься поздно вечером.

Я никогда не ужинала так поздно так часто, как за последние несколько недель с ним.

— Если ты знал, что она придет, значит, ты был здесь, чтобы...

Слова застревают в горле, и только через секунду я выплевываю их:

— Ты собирался трахнуть ее, да?

— А если так? — его тон, спокойный и хладнокровный, разрезает меня пополам. Но в глазах этого спокойствия нет — только горячая, пугающая тьма, бурлящая в них.

— Мы договорились о верности. Оба, — выдыхаю я.

— Да, так и было, — он крутит стакан с виски в руке, прежде чем залпом опустошить его. — Но мы давно не были близки.