Чтение онлайн

— Знаешь, — наконец ответил он, и в его голосе проскользнула странная нотка, которую она не смогла расшифровать. — Но я пока абсолютно не готов называть ее имя. Я сам должен с этим разобраться. Это… крайне деликатное дело. Она заслуживает того, чтобы прийти к этому решению самостоятельно, без малейшего давления с моей стороны или со стороны моего голода. Я не хочу, чтобы она чувствовала себя обязанной мне.

— Она должна быть невероятной девушкой, — Вивьен грустно улыбнулась, не замечая, как Калеб судорожно сжал кулаки, спрятав их под столом. — Если такой сильный человек, как ты, готов так долго страдать в одиночестве и ждать ее согласия.

— Она единственная нить, которая удерживает меня от превращения в того монстра, которого ты видела в парке пять лет назад, — просто и честно сказал он. — Без ее присутствия в моей жизни я бы давно потерял остатки разума и стал одним из тех диких, на которых я теперь охочусь по долгу службы.

Они просидели в гостиной еще несколько часов. Фильм давно закончился, по экрану бежали титры, а затем началась какая-то ночная передача, но они не обращали на это внимания. Они говорили о пустяках, о погоде, о новых законах города, но атмосфера в маленькой квартире бесповоротно изменилась.

Теперь в ней витало не только гнетущее напряжение от призраков прошлого, но и некая новая, пугающая и манящая тайна. Вивьен чувствовала себя гораздо спокойнее рядом с Калебом, видя в нем теперь не просто функцию охраны, а живого, страдающего человека. Она не подозревала, что прямо сейчас он ведет самую тяжелую битву в своей жизни. Битву с желанием подойти к ней на шаг ближе и просто вдохнуть запах ее волос.

Когда на часах перевалило за полночь, Калеб поднялся, тяжело опираясь на колени.

— Мне пора. Завтра рано утром отчет по патрулированию, — он подхватил свою куртку. — Ты точно будешь в порядке?

— Спасибо за ужин и за этот разговор, — Вивьен проводила его до самой двери, чувствуя, как не хочет, чтобы он уходил. — Мне правда стало намного легче. Теперь я хотя бы понимаю, что происходит в головах у таких, как Дамиан… или ты.

— Обращайся в любое время, — он остановился на пороге, глядя на нее сверху вниз своим пронзительным взглядом. — И помни, Дамиан мертв. Тени из прошлого не могут причинить тебе вред, если ты сама не дашь им власть над собой. Запри дверь на все замки.

Он ушел, а Вивьен еще долго стояла у закрытой двери, прислушиваясь к затихающему звуку его тяжелых шагов в пустынном коридоре подъезда. Она не знала, что Калеб, выйдя на улицу, еще долго стоял под ее темными окнами, жадно вдыхая холодный ночной воздух и пытаясь унять неконтролируемую дрожь в пальцах.

И она точно не могла видеть, как в глубокой тени соседнего здания, там, где не доставал свет фонарей, замер высокий силуэт в темном плаще. Дамиан наблюдал за тем, как гаснет свет в ее спальне, и его губы кривились в беззвучном обещании. Одержимость в этом городе имела слишком много лиц, и Вивьен только что начала узнавать их истинные черты.

Второй день после того, как мир Вивьен начал трещать по швам, выдался изматывающим. Работа в архиве, где она надеялась спрятаться среди пыльных папок и запаха старой бумаги, не принесла успокоения. Буквы плыли перед глазами, превращаясь в изломанные черные тени, подозрительно похожие на силуэт Дамиана. Она задерживалась допоздна специально, надеясь, что поток людей на улицах иссякнет и она сможет проскочить к машине незамеченной, но это была роковая ошибка.

Ноябрьский вечер опустился на город тяжелым саваном. Освещение на подземной парковке офисного центра всегда было паршивым, но сегодня оно казалось особенно тусклым. Лампы под потолком гудели, распространяя болезненный желтоватый свет, который то тонул в густых тенях между колоннами, то неприятно отражался от лакированных капотов автомобилей.

Вивьен шла быстро, звук ее каблуков по бетонному полу отдавался гулким эхом, которое, казалось, преследовало ее. Она судорожно сжимала в кармане ключи, ее пальцы нащупали брелок, холодный и острый. Оставалось всего несколько метров до машины, когда тишину парковки разрезал посторонний звук.

Шуршание подошв по бетону. И не одного человека, а нескольких. Она резко обернулась. Из тени за массивной бетонной опорой вышли трое. Это не были те несчастные дикие, потерявшие рассудок от голода. Эти мужчины были хорошо одеты, в их движениях сквозила уверенность хищников, которые точно знают свои права в этом новом, искаженном мире. В их глазах горел тот самый опасный блеск, который Вивьен научилась распознавать за версту.

— Куда же ты так спешишь, красавица? — голос того, что шел впереди, был неприятно маслянистым. — Ночь только начинается, а свободный источник в такое время, это почти преступление против природы.

— Уходите, — голос Вивьен дрогнул, но она постаралась придать ему твердости. — Я сейчас нажму тревожную кнопку, и полиция будет здесь через две минуты.

Мужчины переглянулись и синхронно оскалились. Тот, что стоял справа, поправил воротник дорогого пальто.

— Полиция? — он усмехнулся. — Пока они приедут, мы уже оформим все по закону. Ты же знаешь, Вивьен… свободный источник должен принадлежать кому-то. Это вопрос общественной безопасности. Мы просто хотим помочь тебе выполнить твой гражданский долг.

Вивьен рванулась к двери машины, пальцы дрожали так сильно, что ключи, которые она пыталась вставить в замок, со звоном выскользнули из рук и скрылись где-то под днищем автомобиля.

— Черт! — выдохнула она, падая на колени и лихорадочно шаря по холодному, пыльному бетону.

Но было поздно. Тяжелая рука легла ей на плечо, рывком поднимая вверх. Ее буквально швырнули на капот собственной машины. Металл отозвался глухим стоном, а холод поверхности мгновенно просочился сквозь куртку.

— Не дергайся, — прошипел лидер группы, нависая над ней. — Сейчас мы проверим, насколько ты совместима.

Он грубо развел ее ноги, пытаясь прижать своим телом к капоту. Вивьен забилась, пытаясь дотянуться ногтями до его лица, но второй жаждущий перехватил ее руки, прижимая их к металлу. Страх, липкий и холодный, парализовал горло.

Она хотела закричать, но из груди вырывался только сиплый хрип. Жаждущий наклонился к ее шее, его дыхание, пропитанное запахом стабилизатора и жажды, обожгло кожу. Он собирался поставить метку, начать процесс принудительного союза, пользуясь тем, что закон в таких случаях часто закрывал глаза на детали, если источник был бесхозным.