Чтение онлайн

– Мне уйти? – спросил я, протягивая руку к её вьющимся, темным как грозовая туча волосам.

– Останься, не хочу быть одна,– Анни улыбнулась так печально, что где–то в недрах окаменевшего сердца что–то едва неуловимо треснуло.

Анни направилась принимать душ. Её фигурка была очень чувственной. Слегка широкие бедра, выделяющаяся талия, упругая грудь, державшая форму. Я определённо хотел её.

– Располагайся, как тебе удобно, я быстро приму душ, и приготовлю ужин,– Анни лёгким и быстрым движением собрала волосы в высокий пучок, открыв изящную шею. Во впадинке между ключиц лежал фианит на тонкой серебряной цепочке. От чего–то мне показалось, что серебро идёт ей больше золота, хоть оно и дороже.

– Можем заказать ужин, если ты устала, – предложил я.

– Нет, я сама,– ответила Анни, и в этом была вся она. Слишком самостоятельная и упрямая, словно не знает, как это быть слабой.

– Помочь хоть можно?– с улыбкой спросил я.

– Так и быть,– лицо Анни просветлело, преображаясь.

Я еще раз оглядел квартиру. В ней всё было так же лаконично. Те же милые детали, придающие уют. Было видно, что в обстановку вложено много тепла и любви.

Бездумно листая журнал, лежащий на столике, старался игнорировать мысли о Даниэле. Он не должен был вторгаться снова в мою жизнь. Между нами достаточно боли и претензий. Он винит меня в смерти Грейс, я виню себя не меньше. Он не может меня ненавидеть больше, чем я сам себя. После случившегося он слегка помешался, был убит горем. Я хорошо понимал, его чувства, ведь моей сестры тоже не стало. Я так же умер внутри. Уйдя в работу и бизнес, я не позволял себе думать об утрате. Был слишком труслив для этого. Даниэль выбрал иной путь. Он был уничтожен, и в отличие от меня не скрывал этого. Их семейный бизнес оказался под угрозой, так как его отец был уже не молод, и вести дела ему удавалось с трудом. Мы почти не общались с похорон Грейс, но я знал, что добрая душа мистера Грина не держит злобы. Тот день разделил наши жизни на "до" и "после".

Дани тратил деньги на выпивку и наркотики, не вылазил из реабилитационных клиник. Его мать и отец за эти несколько лет заметно сдали, здоровье из без того подкосившееся после смерти Грейси, стало совсем некудышным. Даниэль исчез с поля зрения всех наших общих знакомых на два года, и как оказалось, приводил себя в порядок. Вопрос в том, в порядке ли его разум? В последний раз когда я видел его, года три назад, он был похож на сумасшедшего бездомного. В тот день моё сердце разбилось еще раз. Дани был моим другом. Возможно единственным. Глядя на него, я будто снова видел Грейс, ведь они были близнецами. Оттого боль потери он ощущал ещё сильнее. Никто и никогда не может указывать и говорить другому как страдать. У каждого своя глубина горя. Дани озлобился. На весь мир, на меня. Все попытки помочь, он отметал, брыкаясь и упираясь.

Сидя в моём офисе он выглядел собранным. Такая собранность ограничила с маниакальной, но я просто был рад его видеть практически таким, каким запомнил. Разве что тени под его глазами стали темнее и он сильно похудел. Лицо,некогда пышущее здоровьем было отмечено печатью усталости. Годы реабилитации, несомненно, сказались на нём. Мы молчали. Пили черный кофе и молчали. Где–то за дверью легкий гул рабочего дня казался чем–то нереальным и далёким.

– Сколько лет прошло?– неожиданно спросил Дани, отстранённо глядя в окно.

– Пять,– ответил я, будто мог забыть.

– Пять лет, двести пятьдесят пять дней,– все так же безэмоционально сказал Даниэль. Меня это очень насторожило.

– Да, ты прав, долго…

– Как один миг,– перебил меня он.

– Как ты живёшь, Дани?– спросил я.

– Если это можно назвать жизнью. Как видишь, цвету и пахну.

– Не стоит так говорить, я совершенно серьёзен. Переживаю о тебе, ты не перестал мне быть другом!

– Конечно нет,– Даниэль улыбнулся. Я не видел прежде у него такой улыбки. Она пугала.

– Ты должен жить дальше, понимаешь?

– Как ты?!– неожиданно вскрикнул Даниэль, и с его лица на миг слетела напускная маска спокойствия.

– Дело не во мне!

– Дело всегда было только в тебе, Генри Аллен! Всегда…ты очаровал Грейс, запудрил ей мозги! Она никого не видела, не слушала! Где она теперь?! Гниёт в земле! Точнее то, что от неё осталось, то что можно было назвать её останками! В то время как ты сидишь тут, весь такой прекрасный и тебе еще хватает наглости трахать своих сотрудниц дома! Там, где была она! Ты предал её, память о ней! Ты был её не достоин! Ты должен был умереть!

– Я желаю этого больше всего, с того проклятого дня!

– Так почему ты до сих пор здесь?! Ведь ты всегда получаешь чего хочешь! Так иди и уумри!-я потерял дар речи. Ведь Дани был прав. Я недостойный трус.

– О каких сотрудницах ты говорил?– внезапно осенило меня.

– Та кудрявая крошка в твоей квартире. Видел её в здесь в офисе.

– Она тут не при чём! Я просто ей помог, – запротестовал я.

– Это не важно,– отмахнулся Даниэль.

Но это было важно как никогда, ведь Анни была иной. Для Дани это не имело значения. В его глазах я был ничтожеством, возможно заслужено.

Не знаю сколько времени прошло, но Анни стояла и настороженно смотрела на меня.

– Всё в порядке?– спросила она.

– Да, я задумался немного.

–Что–то серьёзное? Ты был очень сосредоточен,– Анни выглядела встревоженной.

– Будем ужинать. У меня есть пара стейков, быстро запеку их, подождёшь?

– Конечно,– я кивнул, рассматривая Анни в простом, с виду шелковом, молочно–белом халатике, едва прикрывавшим её соблазнительную попку.

– Тогда располагайтесь, тут правда особо негде.

– Мне удобно и так. Всё, что мне нужно у меня перед глазами,– я внимательно посмотрел на Анни, и её щеки залились румянцем.

– Директор, – неожиданно тихо сказала она,– разреши обнять?

Я опешил от этой просьбы. Уже очень давно я никого не обнимал, и тем более никто не просил об этом. Поднявшись с диванчика, я вплотную подошел к Анни. Она порывисто прижалась ко мне, уткнувшись носом в грудь. Я гладил её пушистые, слегка влажные после душа волосы.

– Анни,–начал было я.

– Ничего не говори, просто подожди еще минуту, я скоро отпущу тебя.

"ТОЛЬКО НЕ ЭТО!" – мелькнуло в голове, и я инстинктивно прижал девушку к себе. Она и не догадывается, что эти объятия мне нужнее, чем ей.

"ДОМ"–мелькнуло снова. И ещё раз, и ещё раз. Плевать, насколько жалким я выгляжу, главное– я снова почувствовал это. Эта кудрявая девочка пугала своим влиянием, но я её не упущу. Странным образом устроен мир. В тот момент, когда я решил, что никогда не найду хотя бы крупицу покоя в душе, я обретаю его. Нужно опуститься на самое дно, чтобы найти силы осмотреться по сторонам, поднять голову.

– Вкусно!– уплетая за обе щеки, сказал Генри.

– Рада, что тебе понравилось,– готовить я не мастер, но стейки моё коронное блюдо. Никто не устоит.

Было около полуночи, когда мы поужинали. Мысль, о том, что Генри уйдёт больно обожгла. Я едва не вцепилась в его рукав, когда он поднялся со стула. Мне настолько не хватало тепла! Я и не догадывалась. Просто плыла по течению жизни одна, но айсберг на моем пути в лице директора Аллена загородил собой весь остальной мир.