Чтение онлайн

Собрав все материалы в охапку, я хотела перенести их вне поля моего видения, до того момента, как разберусь куда девать это богатство. Я не особо видела куда иду, поэтому столкнувшись с кем–то, я рухнула на него всем весом.

–Простите, пожалуйста! –я разбрасывала куски ткани, пытаясь увидеть лицо несчастного.

Внезапно, чьи–то руки коснулись моей талии и слегка сжали её. Директор. Всё тело тут же напряглось. Бесцеремонно вторгаясь в моё личное пространство, он словно провоцировал меня, подначивал ответить ему. Что же, я его не разочарую.

–Это вместо приветствия?–голос Генри Аллена был игрив и весел. Я попыталась встать, но сильные руки удерживали меня.

–Здравствуйте, директор! Не могли бы вы отпустить меня?

–Мог бы,– смахнув оставшиеся куски материала с его лица, я снова замерла от вида своего начальника: растрепанные волосы и легкая улыбка, синее марево и выступающие скулы.

–Директор, –упершись руками в крепкую грудь я слегка дернулась, и потеряв равновесие окончательно стерла дистанцию между нашими лицами.

–Ты снова превращаешь мой день в хаос, Анни Кристенсен, –прошептал Генри у самых моих губ.

–Это происходит случайно,–ответила я, чувствуя горячее дыхание на своей коже.

–Как мне быть с желанием прикоснуться к тебе? –ладонь директора скользнула к моему затылку, снова не давая пошевелиться. Словно заколдованная, я смотрела в синие глаза не в силах пошевелиться.

–Не надо, директор,–прошептала я, неуверенная в своих словах.

–Надо!–был мне ответ.

Директор прижался к моим дрожащим губам. Волна жара окатила меня, и я опалённая ей поддалась, приоткрыв губы, позволяя поцелую завладеть мной. Аллен слегка прикусил мою нижнюю губу и прижал меня к себе сильнее. Мои руки сами потянулись к его волосам и запутались в них. Я ответила на поцелуй, чувствуя робкие протесты разума. Слушаясь я его, то мой язык бы не исследовал рот начальника. Я знаю, что произойдет, если я не остановлюсь. Страсть волнами накрыла бы меня, и ничто не остановило нас от того, чтобы заняться сексом на полу моего кабинета. Я не хотела, чтобы это случилось так. Директор почувствовал моё напряжение и выпустил меня из крепких объятий.

–Ты такая сладкая, –сказал он, проводя большим пальцем по моей нижней губе, а затем облизнув свой палец. Это было так…интимно. Не пошло, но так возбуждающе. Я поторопилась подняться, одергивая платье.

–Генри, я…

–Не говори ничего, –директор провел рукой по волосам, возвращая им первоначальный идеальный вид.

– Тебе не стоило это делать, ты ведь не знаешь меня.

– Кажется, что ты была совсем не против, –Генри не скрывал раздражения.

– Ты не дал мне возможности даже принять это решение. Это несправедливо!

– В последнее время я совершаю много необдуманных поступков, –директор поправил рубашку, направляясь к выходу, –больше такого не повторится, прошу прощения.

Я не успела ничего ответить, как снова увидела удаляющуюся спину. Чёрт! Ну вот что мешало мне быть хоть чуточку поласковее, а ему не быть таким заносчивым и нетерпеливым?! Я пожалела, но следом не бросилась. Чёрт! Ещё раз!

Всё же совесть взяла верх над гордостью, и я решила попросить прощения у Генри Аллена, и направилась к его кабинету, в надежде, что он не ушёл. Никого из сотрудников не осталось в офисе, и цариал лёгкий полумрак. Единственным источником света был кабинет директора.

Генри сидел в своем кресле, уронив голову на руки, сложенные на столе, казалось, что он дремал. Я вошла сквозь стеклянные двери, и замерла на пороге. Имею ли я право быть тут?

–Нет! Не–е–е–т!–вскрикнул директор и слегка дернулся, прядь волос упала на высокий лоб.

Я подбежала к Генри, и слегка коснулась его плеча. Ещё раз вздрогнув, он проснулся, и невидящими, полными ужаса и отчаяния глазами смотрел словно сквозь меня.

–Директор,–я слегка потрепала его по плечу. Всё его тело била мелкая дрожь, а привычно сильное и волевое лицо покрылось испариной, одинокая слеза катилась по бледной щеке.

–Анни?–спросил Генри, наконец сфокусировав на мне свой взгляд полный ужаса и отчаяния.

–Да, с тобой всё в порядке?

–Что ты здесь делаешь?

–Я увидела свет и хотела извиниться за то, что так себя повела и…

–Убирайся, просто уйди, –прошипел директор, и я отпрянула. Это было неожиданно, поэтому пятясь спиной к двери, я ушла. Аллен не сводил с меня пылающего взгляда. На секунду мне показалось, что его броня дала трещину, как он снова закрылся. Стыдясь своих эмоций и чувств.

Почти бегом я бросилась к выходу, и быстрыми шагами побежала вниз по лестнице, но на одном из этажей подвернула ногу. Острая боль пронзила всё тело электрическим разрядом. Присев на ступеньку, я заплакала, не столько от боли, сколько от обиды за своё поведение и несправедливое отношение Генри. Я сидела так некоторое время, не в силах подняться. Уже давно стемнело, а перспектива застрять тут после закрытия офиса не казалась заманчивой, поэтому я черепашьим шагом переступала с одной ступени на другую. Боль отдавалась во всём теле, жгучие слёзы застилали глаза, и в какой–то момент я просто не смогла идти, опустилась на ступень и заплакала. Черт, это действительно больно!

–Анни, ты там? –я услышала голос директора где–то наверху.

–Генри! –мой голос предательски дрогнул, и я не смогла сдержать слёз. Послышались быстрые шаги и топот по ступенькам. Через мучительно долгую минуту я увидела Генри Аллена.

–Что случилось? Ты ушиблась?! –в полумраке коридора, опускаясь на колени, он всматривался в моё заплаканное лицо.

–Я бежала по лестнице, и кажется, подвернула ногу, –я держалась за лодыжку.

–Поехали в больницу! –скомандовал Генри и легко поднял меня на руки, спускаясь по лестнице. Идти нам было ещё этажей девять или десять.

–Тебе будет тяжело идти по лестницам столько этажей,–попыталась возразить я.

–Я сам решу, а тебе нужна помощь врача, лодыжка уже начала отекать,–голос Генри был суров и я просто замолчала, пытаясь терпеть боль и не всхлипывать слишком часто.

Мы добрались до припаркованной у бордюра машины. Черная «Audi» отражала огни вечернего города. Генри аккуратно, словно хрустальную вазу усадил меня на переднее сидение и пристегнул ремнем. Всё это в молчании. Никто из нас не знал о чём говорить. Нога страшно болела, а я больше не хотела плакать, чувствовала себя глупой барышней в беде. Мне не нравилось быть беспомощной, не нравится быть в долгу, но этот мужчина вынуждал испытывать всё это.

Салон машины был очень чистым, свежим и прохладным. Кожаные сидения холодили кожу сквозь тонкий материал платья. Генри сел за руль и быстро тронулся с места. Городские пейзажи проносились с невероятной скоростью, а на счётчик спидометра я боялась даже смотреть.

–Мы уже близко, потерпи, –тихо сказал директор, но от боли меня это не спасло. Я чувствовала, как меня начинало знобить. Всё тело словно налилось свинцом. Вскоре мы доехали до приёмного отделения травмпункта. Директор нёс меня на руках, и держал так, пока меня не уложили на ледяной металлический стол для рентгена.