Его любимая Кошка
Шрифт:
– Если бы подобная ярмарка гордыни была единственной в моей жизни, – ответила императрица.
Её величество уже была одета к маскараду, волосы были уложены в сложную причёску, украшенную бриллиантовыми шпильками и пёрышками. Обворожительный образ дополняли кружевные перчатки до локтя и шёлковый веер.
Сейчас мы были вдвоём в будуаре её величества, и через минуту следовало уже явиться к императору, чтобы молодые правители открыли ежегодный бал. Иллария стояла у зеркала, поправляя белую маску, украшенную цветком лилии. Я помогла императрице завязать ленты от маски, поправила выбившуюся прядь из её причёски.
– У тебя необычно радостно блестят глаза, – чуть сощурившись, произнесла женщина, – и кто же он?
Я чуть не выронила свой веер, услышав такой прямой вопрос. От императрицы ничего нельзя было скрыть, она удивительным образом умела распознать эмоции и настроение своих подчинённых.
– Человек достойный, – уклончиво произнесла я.
Иллария засмеялась, но расспрашивать далее меня не стала, только ещё раз нервно глянула в зеркало, поправляя оборку на юбке. Она сумела пережить равнодушие своего супруга, сумела принять жестокие правила династического брака, но всё ещё изредка надежда вспыхивала во взгляде этой дамы, она так и не оставила планов завоевать сердце своего супруга. Отчего-то я была склонна верить, что это её величеству удастся, по крайней мере восхищение и признание своих талантов в делах политических она получила от Маригора.
– Что же, этот садовник должен быть очень достойным кандидатом, – заявила императрица, оборачиваясь ко мне, – ты самый ценный цветочек на окружающей меня клумбе.
Мы обе рассмеялись. Напряжена была и я. Волновало предстоящее мероприятие, пугала опасность покушения. Но я всё равно не могла отделаться от мыслей о встрече с Файсом. Сегодня, наряжаясь для бала, я то и дело ловила себя на мысли, что обдумываю, понравится ли безопаснику мой наряд. Во что будет одет Эллерик?
Мое платье Харди выполнил так же искусно, как и всегда. Мелкие незабудки из шёлка, с крохотными золотистыми бусинками в серединках, украшали лиф платья, гирляндой вились на бретельке на правое плечо. Лепестки голубых цветов затерялись в множестве слоев пышной юбки из тончайшего шифона.
Иллария в ответ только кивнула, и мы направились к двери. В коридоре нас уже ждали другие фрейлины и несколько крепких гвардейцев, которыми утыкал дворец Файс. Насколько мне известно, безопасниками наводнили все мыслимые и немыслимые закоулки дворца. Все эти люди были одеты в штатское и были обязаны незаметно курсировать в толпе гостей. Вино Илларии и Маригору тоже обязан был и подавать, и наливать отдельный человек из ведомства Файса. То, как этот мужчина продумал каждую мелочь, меня восхищало.
Фрейлины и вправду напоминали клумбу с яркими цветами, взрыв красок и разнообразие фасонов, причёсок, украшений. У меня на миг зарябило в глазах от всего этого блеска и шика.
– Зьонге сейчас мысленно тебя расчленила, – прошептал мне на ухо Руфус.
Маленький белый крысёнок с голубыми глазами появился у меня на плече, смешно растопырив круглые ушки. Кати и вправду сверлила меня злющим взглядом, будто я в голодный год стащила у неё последний сухарик. Чуть было не хихикнула, поняв, что сравнила Файса с куском чёрствого хлеба. Руфус хихикнул и с тихим хлопком исчез.
Все мы направились в сторону бального зала, где уже шумели и переговаривались гости. Играла тихая музыка, слышался звон бокалов. Император появился из противоположного входа в зал, ослепляя дам просто умопомрачительным костюмом феникса. Алый мундир был расшит золотой нитью и камнями, узор изображал оперение, маска с хищным клювом и ало-золотыми перьями скрывала лицо монарха. Но как бы император ни прятался, его статную фигуру и манеру держаться не узнать было невозможно.
Человеческая река зашевелилась, зашумела. Музыка стихла, привлекая внимание гостей к появлении сиятельной четы. Иллария гордо прошла в центр зала, навстречу к ней шёл Маригор. Оба замерли на середине, протянув друг другу руки. Маригор галантно поклонился супруге, поцеловал ей руку.
– Объявляю наш ежегодный бал открытым! – произнёс император, оборачиваясь к гостям, – мир вокруг расцветает! Давайте это праздновать!
И снова заиграла музыка. Вальс. Император осторожно обнял свою супругу за талию, увлекая хрупкую леди в незамысловатый рисунок танца. Одна за другой к танцующим монархам присоединялись другие пары. Шуршали по паркету юбки, стучали каблуки, сверкали и переливались украшения. Я уже собралась отойти к дальней стене зала, попутно разглядывая толпу гостей.
– Я могу пригласить леди на танец? – послышался за спиной урчащий, будто гром, голос.
Обернулась, ловя на себе восхищённый взгляд синих глаз в прорезях чёрной маски. Никогда не думала, что чёрный цвет мог быть таким удивительно нарядным. Но Файса украшал даже этот наряд траурного цвета. Лорд-безопасник был в наряде ворона. Чёрный камзол, с едва заметной вышивкой в виде перьев, обрисовывал статную фигуру мужчины. Мощные руки, широкие плечи. Чёрная маска с длинным изогнутым клювом. Тёмные волосы, собранные в хвост. Файс был великолепен. Со смущением осознала, что улыбаюсь будто дурочка, разглядывая мужчину. Без лишних слов протянула кавалеру руку, позволяя увести себя в танец. Будто сухой листок, подхваченный ураганом, я закружилась по залу, слушая невероятные переливы нежной мелодии.
Глава 26
«Раз-два-три… поворот» – примерно такие мысли роились в голове лорда Файса во время танца. Рик никогда не думал, что будет волноваться перед балом. Но пытался вспомнить хоть один танец, который разучивали при дворе. Даже напросился на урок к дворцовому балетмейстеру и несколько дней подряд топтался по паркету под бдительным надзором престарелого танцора. Вроде бы выходило сносно. И теперь, обнимая талию Авриэль, Рик чувствовал, как дрожат его пальцы и заплетаются ноги.
– Вы прекрасно вальсируете, – с улыбкой произнесла Авриэль.
Рик напряжённо кивнул, пытаясь не забыть, какая из ног у него левая, а какая правая. А по факту выходило, что вместо ног у него ходули. Лорд Файс чувствовал себя слоном на замёрзшем озере и постоянно боялся отдавить леди Роннер ногу.
– Вы меня просто пытаетесь ободрить, – вздохнул безопасник.
Сейчас обоим нужно было придерживаться субординации, и уже ставшее привычным «ты» звучало бы неуместно на светском мероприятии. Но как же хотелось забыть про все эти условности, правила и нормы. Поцеловать Ави и сообщить ей, какая она сегодня необыкновенно красивая. Обворожительная и волнующая… А можно было только произнести светское:
– Вы сегодня потрясающе выглядите.
Ботаник из Рика был аховый, но то, что перед ним не роза и не сирень (в плане карнавального костюма) лорд Файс понял. Что-то нежное, с полупрозрачными лепестками украшало лиф платья девушки. Крохотные цветочки стыдливо прятались в золотистых локонах прически, оттеняя необычный цвет волос и глаз. И хотелось прижать леди к себе сильнее и губами вынуть из волос каждую шпильку, освобождая водопад шёлка…
– Вам тоже очень к лицу костюм, – кивнула в ответ Ави, улыбаясь Рику своей «той самой» улыбкой, – это костюм ворона?