Чтение онлайн

— Безумие! — Горан резко осекся, ошарашено глядя на меня, — как Император вам позволил так рисковать собой?

— Он не смог мне отказать, — я ограничилась коротким ответом, думаю, пояснения действиям Императора он от меня и не ждал.

— Теперь я понимаю, почему он так настаивал на моем присутствии рядом с вами, не взирая ни на что, — больше себе, чем мне, задумчиво произнес Горан.

— Я буду рада, если вы решитесь мне помочь, но и пойму, если откажетесь. До сих пор этого никто никогда не делал.

— Верно. Процедура на стыке целительства и некромантии, требует невероятных сил, концентрации и умений. Малейшая ошибка может стать смертельной. Ни один безумец до сих пор даже помыслить не мог о чем-то подобном.

Взгляд Горана нехорошо сверкнул. Я видела, что он не одобрял моего желания, возможно, считал это прихотью. Опасной прихотью, учитывая, как резко вначале отреагировал на это Алессандро.

— Неожиданно и… глупо, — он сдержался, но внезапно я почувствовала, насколько сильно этот мужчина хочет взорваться и высказать мне все, что думает о моих умственных способностях.

— Для многих это последний шанс, — я слабо улыбнулась, — но если вы не видите в этом смысла и считаете глупой затеей, возможно тогда не стоит и начинать наше сотрудничество.

— Одно из условий нашего нахождения на планете — безоговорочная поддержка Императора и его сторонников. Поэтому, дав клятву Императору, я не смогу ее нарушить и в отношении вас, — признался Горан. — К тому же, вряд ли вы сможете добиться цели используя лишь некромантию. Вам нужен целитель. Вам нужен я.

— Что же, надеюсь, мы сработаемся.

Я провела Горана по небольшому помещению, отведенному для моей работы. За это время я пыталась приобрести все, что может пригодиться — медкапсулы, погружавшие тело в стазис после смертельного ранения. К сожалению, такие капсулы было сложно приобрести даже на черном рынке. Средства, способные замедлить или остановить потерю крови, приборы, для создания искусственных трансплантатов. В госпитале знали, что супруга Императора некромант и относились к этому достаточно спокойно. Заказанное Алессандро оборудование пока что не вызывало у них особого интереса.

В конце Горан утратил некую холодность и уже с удовольствием изучал все, что касалось нашей совместной работы. Мне кажется, целитель в нем победил профессионального убийцу.

Наверное, было слишком самоуверенно с моей стороны предполагать, что мы с Гораном сможем общаться как ни в чем, ни бывало, но мы старались. День за днем целитель раскрывался передо мной как настоящий профессионал. Более того, забыв о своем призвании на много лет, теперь он, казалось, наверстывал упущенное время. Меня восхищала его самоотдача, готовность браться за работу любой сложности и, что немаловажно, постепенное принятие того, чего я пыталась добиться.

Наше, порой неловкое общение и разговоры о медицине, заполнявшие то и дело возникающие паузы, сменялись некой одержимостью, когда оба сталкивались с чем-то трудноразрешимым.

— Вам не следует меня опасаться, леди Шанти. Ни я, ни мой брат не причиним вреда вашей семье, — сказал однажды Горан, особо выделяя «семья». Наверное, при этих словах я имела совершенно обескураженный вид, потому что он криво улыбнулся, и пояснил, — я люблю Кайдена, но вы никогда не внушали ему надежд и не давали, ни малейшего шанса. Напротив. Тот единственный случай, о котором я случайно узнал, был следствием воздействия Карающего. Вам не в чем себя упрекнуть. Кайден взрослый мужчина, он сильный и он справится. Простите, если напомнил о неприятном.

— Я рада, что вы не вините меня и больше не считаете Алессандро врагом. Спасибо, что сказали мне об этом.

После этого разговора его присутствие перестало на меня давить, а может быть, я просто поменяла свое отношение, видя в Горане не близнеца и двойника Кайдена, а коллегу и помощника.

Мы продвигались, медленно, шаг за шагом. Однажды вечером в госпиталь привезли маленькую девочку, упавшую с калира — высокого ветвистого дерева, на котором ребенок не смог удержаться. Травма была слишком тяжела, и по факту мозг ребенка умер до того, как она попала к нам.

— По крайней мере, мы ничего не теряем, — произнес главврач, глядя на безжизненное тельце. — Но если у вас получится…

Он не договорил, но и так все было понятно.

— Будем действовать одновременно — сказала я Горану — вы устраняете повреждения и реанимируете тело, а я попытаюсь вернуть ее из-за грани.

— Шанти, — окликнул меня Горан, когда я, взяв ребенка за руку, чтобы усилить контакт и прикрыв глаза, попыталась отрешиться, — будьте осторожнее.

Я, молча, кивнула, и словно куда-то провалилась. Это было слишком резко и немного топорно. Вот я стою в палате, рядом с телом девочки. Слышу дыхание моего коллеги, и вмиг оказываюсь на пустынном, покрытом трещинами плато. Мгновенно отшатнулась от одной из трещин, мне показалось, что она начала расширяться. Перескочила на более устойчивый участок, и побрела вперед. Туда, где угадывалось тусклое мерцание грани.

Ребенок был здесь. Она сидела, обхватив маленькими ручками колени и закрыв глаза. Вокруг завывал ветер, почти сбивая с ног. Одиночество, тоска и безысходность давили на разум. Было трудно дышать и все время тянуло вперед. Туда, куда мне совсем попадать не хотелось. Жуткое место вызывало желание бежать отсюда сломя голову. Но я держалась. Хотя подавить внутреннюю дрожь была не в силах.

— Привет, — я опустилась рядом с ней, боясь напугать. Не представляю, как могут ощущать себя те, кто сюда попадает. И понимают ли они вообще, что происходит?

— Я тебя знаю, — девочка подняла на меня огромные карие глаза с длинными ресницами, — Ты Императрица.

Я не стала разубеждать ребенка и вдаваться в детали. В конце концов, если это поможет мне, почему бы и нет?

— Меня зовут Шанти. А тебя?

— Мерелин, — представилась девочка, и добавила, — мне страшно.

— Мне тоже, — неожиданно для себя призналась я. — Да мне руку, вместе мы сможем прогнать страх.

Девочка заколебалась, лишь мгновение, но этого мгновения мне хватило, чтобы ощутить рядом присутствие чего-то… необъяснимого. Это не была чья-то затерянная душа, да и вряд ли это вообще когда-то было живым или мертвым. Но оно вызывало не страх, а ужас. Нечто бездушное наблюдало за нами и выжидало. Терпеливо, предвкушающе.

Я открыла глаза и обнаружила себя лежащей на узком диванчике в небольшой комнатушке, совмещенной с операционной, где мы работали с ребенком. Значит, я потеряла сознание и Горан меня сюда перенес.

— Ты рисковала, — резко обернулась на голос, и встретила холодный взгляд Алессандро. Он сидел рядом с диваном, сложив локти на колени и смотрел на меня, не отрываясь.

— У меня получилось, — шепнула я. Не оправдываясь, а призывая признать мою правоту.

— Получилось, — не стал отрицать Император, — но какой ценой? Ты истощена, тебя не могли привести в чувства четыре часа.