Чтение онлайн

– Тамара Александровна, у вас всё хорошо? – отвечаю на звонок, приподнимаясь с дивана.

Надя внимательно отслеживает каждый мой шаг, пока я не сворачиваю за угол и не скрываюсь в кухне.

– У нас всё нормально. Я хотела узнать, когда ты вернёшься?

– Так сейчас уже, – смотрю на часы, встроенные в микроволновку, убеждаясь, что время близится к полуночи, а бедная женщина до сих пор не спит из-за меня. – Как раз сейчас планирую выезжать, минут через десять буду дома!

– Максим, ты же у себя? – шёпотом спрашивает женщина, на что я просто угукаю. – Вот там и оставайся на ночь, а за Васю не волнуйся. Тебе надо бы отдохнуть от влияния этой ведьмы. Она тебе уже все нервы вымотала своими каждодневными истериками.

Как верно подмечено, что грех с этим не согласиться....

– Да что вы? Я не могу отсутствовать всю ночь! Вдруг…

– Нет! – настойчиво перебивает. – Оставайся у себя! Может, тогда Милана усвоит урок, глядишь, хоть спокойней станет.

Заманчивое предложение, конечно, но Тамара Александровна ведь не догадывается, что в квартире я сейчас не один. Как бы она отреагировала, если бы я признался, что заперся у себя с посторонней девушкой? Со стороны все выглядит не совсем прилично, и это точно не красит меня, как без пяти минут женатого мужчину, но ведь только со стороны. Ничем противоправным я не собираюсь здесь с Надей заниматься.

– Ладно, уговорили! Утром буду дома! Только звоните на домашний, если я вдруг понадоблюсь. Батарея скоро сдохнет.

– Да что может случиться? Отдыхай! Добрых снов!

Какое-то время я ещё стою у окна и как заговоренный смотрю во двор, лбом упираясь в прохладное стекло. Это двор такой же пустой, как и вся моя нынешняя жизнь. Только дочка заставляет меня двигаться дальше, только моя маленькая принцесса не даёт мне опустить руки.

На протяжении пяти лет со всех сторон меня обступает одна лишь бескрайняя пустота, вокруг такие же пустые люди, но всё меняется, стоит мне взглянуть на Василису. Она так похожа на Марину, за исключением характера и глаз. Глаза у неё мои, а жаль…

Я пять лет жил с мыслью, что больше никогда не смогу увидеть эти глаза невероятной красоты, разве что на выцветших снимках, но вот какая случайность… Я снова смог в них посмотреть. Вновь окунулся в прошлое, от которого всё это время бежал, стараясь не оглядываться, правда, не всегда получалось.

Признаюсь, сейчас мне до того страшно смотреть в эти глаза. Они хладнокровно уносят меня в водоворот воспоминаний. Но ещё мучительней становится от того, что эти глаза принадлежат посторонней девушке. И всякий раз, когда я смотрю на неё, мне приходится самому с собой бороться, чтоб ненароком не назвать её Мариной…

Бывает же такое. Как будто судьба решила разыграть меня, поиздеваться надо мной, чтобы я сошёл с ума окончательно.

Мне бы бежать от неё подальше, но я не могу заставить себя. Разум твердит: остановись! Это не она, и никогда ею не станет! А нутро убеждает, что в том, что я хочу узнать Надю получше, нет ничего зазорного.

Избавившись от этих мыслей и запечатав их на замок, я возвращаюсь в гостиную. Надя успела уже переодеться в пижаму, сделать хвост, собрав густые волосы на макушке. Она пересела на место, где до этого сидел я, и с мечтательным выражением лица наблюдает за тем, как Ричард Гир подъезжает на лимузине к дому Джулии Робертс, по пояс высунувшись из люка.

– Садись давай! Сейчас Эдвард поднимется по лестнице и признается Вивьен в любви, а потом будет та самая песня, – задорно говорит она, похлопывая по месту рядом с собой.

Без слов присаживаюсь рядом с ней, будто притянутый магнитным притяжением. Откидываюсь на спинку и некоторое время даже не дышу, ожидая ту самую песню. А, когда звучат первые аккорды "Oh, Pretty Woman", Надя вдруг как подскочит с дивана. С широкой улыбкой на лице и сверкающими глазами, подобно драгоценным камням, она двигает бёдрами в такт музыке, приближается в мою сторону.

– Поднимайся, Максим! Разомни уже свои дряхлые кости! Потанцуй со мной, – подхватывает мои ладони и тянет на себя.

Как ей так быстро удаётся совладать с негативными эмоциями? Совсем недавно она дулась на меня, а сейчас уже весело скачет под музыку.

– Извини, я не умею танцевать, – сконфуженно отвечаю, а Надя подозрительно хмыкает.

– Здесь не требуется умение! Просто двигайся под музыку, как я и всё, – укоризненно осматривает меня, поскольку я бездействую. Мне не то чтобы неловко, мне стыдно. – Я прощу тебя за всё, если ты сейчас же со мной потанцуешь!

Идея бредовая.

– Не кажется ли тебе, что это попахивает шантажом? – отвечаю, приподнимаясь.

– Кажется, но по-другому с тобой нельзя! – она приближается почти вплотную, обеими ладонями дотрагивается до моих щёк и хитро прищуривается. – Ты хоть улыбаться умеешь? Или они у тебя на гвозди прибиты? – закусив губу, она растягивает мои щёки, а я стою словно замороженный. – Так нет же! Вот! Из этого рта может получиться вполне симпатичный зубоскал! Если ты не будешь улыбаться хотя бы изредка, я тебе их точно прибью на гвозди! Будешь лыбиться даже, когда захочешь плакать!

– Я не плачу, – тихо отвечаю, снова проваливаясь в янтарную бездну её глаз.

– Да что ты? А мне кажется, ты сейчас расплачешься! – она тянет меня за собой в центр комнаты, достаёт из кармана пульт от телевизора и делает звук громче. – Ну же, давай! Покажи мне, как ты умеешь двигаться!

"Да что эта девушка себе позволяет?" – думаю я, а сам неожиданно для себя, будто под действием гипноза, переставляю ноги и неуклюже покачиваюсь в такт музыке.

– Так? – спрашиваю, искренне улыбаясь.

– Не совсем, но для пенсионера сойдёт!

– Для своего успокоение мне необходимо знать… Ты же совершеннолетняя? – спрашиваю я, смущаясь как мальчишка.

С опозданием осознаю, как двусмысленно это могло прозвучать. Надю же нисколько не смутил вопрос в отличие от меня.

– Хм… А что? – пританцовывая на месте, заламывает она бровь изящной дугой. – До твоих лет мне явно далеко, но не парься, мне уже есть восемнадцать.

– Ну вот и отлично!

Подхватываю её руку и резко привлекаю к себе. Надя буквально припечатывается всем своим расслабленным телом в меня. Ахнув, она поднимает голову и становится натянутой. Я уже опасаюсь, что спугнул её тем, что позволил себе немного лишнего, но вскоре на милом веснушчатом лице наблюдаю молчаливое одобрение.

– Ух ты ж, блин! Аж голова кругом пошла, – хихикнув, она деланно принюхивается, – но всё равно я ощущаю этот предпенсионный дух в воздухе. Ты же тоже его чувствуешь?

– Нет, пахнет вроде ничего. Молодостью, силой, красотой, остроумием и, – глубоко вбираю в себя воздух, не сводя с неё глаз, – Лёгким флиртом, если не ошибаюсь.

Это уж точно. Пленительная улыбка, блеск озорных глаз. Надя флиртует со мной. Я ни с чем не спутаю женское кокетство.

Смело опускаю одну ладонь на тонкую девичью талию, в другой удерживаю её тёплую ладонь и не спеша закручиваю нас в незатейливом танце, которому не найдётся названия. Может, Рок-н-вальс, например, я точно не уверен. Ни рок-н-ролл, ни вальс я прежде никогда не танцевал, но мне становится даже любопытно как этой девушке без малейших усилий удалось развести меня.