Его Сиятельство Бессмертный
Шрифт:
Разумеется, люди их услышали и насторожились.
— Не вступать в бой! — скомандовал Вадим. — Не тратить силы! Добьём выживших.
Я не выдержал и усмехнулся, вспомнив, как мы обсуждали этот план. И Вадим, и Алла предполагали, что рядом с собой Денис оставит тех, кто показал ему максимальную лояльность, а других дружинников не будет держать постоянно в имении.
Так и случилось.
Однако и Вадим, и Алла надеялись и верили, что среди лояльных Денису будут те, кто уж точно не сможет принять покушение на графиню и Тимофея.
Так и вышло. Одно дело утверждать, что кто-то лучше других подойдёт на роль командира. И совсем другое дело — убить этих «других», чтобы расчистить «лучшему» дорогу.
— И всё же они поддержали его, — сказал я тогда. — Вы оба действительно хотите сохранить им жизнь?
— Да, — твёрдо произнесла графиня. — Я хочу сохранить как можно больше верных роду людей, — а затем, сверкнув глазами, добавила: — Но избавиться от тех, кто угрожает Тимофею и мне.
Это сейчас и происходит на моих глазах.
О, Денис Нестеров, размозжил черепушку крысе и развернулся. Громко закричав, он рванул в сторону Аллы и Тимофея, раскрутив своё ядро по максимуму.
Определённо, среди всех бойцов Нестеровых он самый сильный.
«Прикончи его!» — мысленно велел я Вадиму.
И сам, как нынче модно говорить, «подсоединился» к его телу. Я не подчинял его полностью, как делаю со своими умертвиями-шпионами, однако влил напрямую своей энергии и помог с концентрацией.
Тело Вадима заметно ускорилось. Он уклонился от молота противника и ударил шестопёром снизу вверх.
Голова предателя откинулась назад, а через миг лопнула как спелая ягода, забрызгав округу кровью и ошмётками.
«Молодец, — похвалил я своего слугу. — Добыл себе трофеи».
«Что?» — не понял он.
«Ну я ведь обещал тебе новые конечности? Бери! По размеру подходят», — охотно пояснил я.
Глава 18
Как оказалось, Алла то и дело прикрывала ладошками глаза своему сыну. С точки зрения воспитания главы рода — так себе решение. С точки зрения заботы матери о психике ребёнка — вполне себе здравый поступок.
Так что юный Тимофей почти и не увидел всех прелестей битвы. А между тем предателей и крыс добили дружинники Нестеровых, сохранившие верность законному главе и его матушке-регенту. После этого Алла велела всем возвращаться в имение. Лишь Вадим остался в подземном тоннеле «осмотреться». Разумеется, дружинники хотели составить ему компанию, тем самым выслужиться перед графиней и малолетним графом. Но повторный приказ Аллы прозвучал гораздо более строго.
В итоге Нестеровы с дружиной оставили тоннель.
— Вот это была битва, — хмуро проговорил Иван Бессмертный, когда мы с ним «вышли из тени». — Я хотел бы помочь раненым дружинникам.
Он решительно уставился на меня.
Я кивнул и ответил:
— Поможешь, но чуть позже.
Всё равно ведь Нестеровым нужно будет поведать общественности и князю, как они выбрались из плена Матриарха. Мы решили не придумывать ничего нового и рассказать всё как есть: на имение Бессмертных тоже напали крысы, Бессмертные погнали их, догнали до Матриарха, спасли выживших.
Дальше добавим несуществующих деталей в духе: даже после победы над Матриархом выживших крыс оказалось слишком много, и они как с ума посходили. В итоге Бессмертные отвлекли на себя часть крыс, чтобы Нестеровы добрались до дома. Но Нестеровы уже у дома столкнулись с другим отрядом крыс и едва смогли скрыться от него, используя артефакты, полученные от Бессмертных. Собственно, этот могучий отряд крыс в итоге и атаковал имение Нестеровых, а затем загрыз графа Дениса Нестерова и нескольких дружинников.
«Пригони новых крыс, чтобы здесь прибрались», — мысленно велел я Ядвиге.
«Есть хочу», — недовольно ответила она.
«Пригонишь — часть можешь съесть».
«Ла-адно», — неохотно протянула нага в форме колоссальных размеров кобры и поползла вглубь подземного тоннеля.
— Костя? — напряжённо обратился ко мне Иван, и от него повеяло тревогой.
— Что? — спросил я, возвышаясь над обезглавленным трупом Дениса Нестерова и глядя прямо над ним.
— Что ты делаешь? — осторожно поинтересовался граф. — Я чувствую, как ты всё это время концентрируешь энергию. Мне кажется, ты используешь стихию смерти прямо сейчас?
— Правильно тебе кажется, — усмехнулся я.
— И кажется, что тебе это тяжело даётся, — продолжил он, пытаясь понять, куда же я так недобро смотрю.
— А теперь тебе показалось, — ответил я и поморщился.
Хотя на самом деле мой названый брат был частично прав. Благодаря «смерти» я создал купол над трупом Нестерова в тот же миг, когда граф потерял голову. Вот только поддерживать этот купол с каждым мгновеньем становилось всё тяжелее и тяжелее. Было бы проще запихнуть душу обратно в тело, закрепив Печатями.
Но тело-то безголовое! Прикреплять будет сложно. Да и ментальную связь тяжело наладить с таким объектом. Мозг, он ведь командует телом не только когда оно живое. С умертвиями так же.
Хотя я и изначально не планировал поднимать Нестерова — не заслужил он. Пусть страдает за свои грехи!
«А-а-а-а!!! — верещала душа Нестерова. — Хватит! Остановись!»
Её выгибало дугой от нестерпимой боли.
«Это тебе стоило остановиться, когда ты решил натравить металлических крыс на своих родственников и верных роду людей», — хмуро ответил я.
Нестеров заорал ещё сильнее. На его душе начали появляться тёмно-зелёные круги. Которые, правда, тут же затягивались. «Смерть» разъедала его душу. Но не торопилась сжирать её, предпочитая растягивать удовольствие.
«А-А-А!!! Что происходит?! Почему-у-у!!!»
«Потому что душа твоя черна, — хмуро пояснил я. — Люди сейчас верят, что праведники попадают в Царствие Небесное. Но это, конечно же, не так. Неважно, как жил разумный, его душа просто растворяется между землёй и небом. Отдаёт свою энергию обратно миру, если тебе будет угодно. Вот только есть один нюанс, граф Нестеров».