Его Сиятельство Бессмертный
Шрифт:
Узор Провидения сообщил мне, что за дверью уже собрались все члены семьи Бессмертных, что были сейчас в поместье. Но говорить об этом Ивану я не стал. Вместо этого лишь коротко спросил:
— Продолжим? — взглядом я указал на своего племянника.
— Да, — решительно ответил мой названый брат.
Моё сердце громко билось в груди.
А вокруг рыдали женщины разных возрастов. Графиня и её дочери не стеснялись выражать эмоции рядом со своей служанкой Прасковьей, а её не смущало наличие рядом высокородных господ.
Все плакали.
Но плакали от радости.
Я смотрел за происходящим чуть со стороны и улыбался. Матери прижимали к груди детей. И Прасковья, и Марья совершенно не сомневались в моих словах, что детям больше ничего не угрожает.
— Ну хватит, мама, господа же вокруг, — смущённо шептала Настя Прасковье и гладила мать по волосам.
— Господа не против, Настюшка, — услышав её слова, подмигнула девочке Алёна и шмыгнула носом.
От толпы Бессмертных, окруживших младшего члена семьи, отпочковался Илья и, подойдя ко мне, деловито шепнул:
— Дядя, с Сашей точно будет всё хорошо?
— Точно, — усмехнулся я и поглядел на мальчика, который лежал на спине и улыбался родственникам.
Ему было около пяти. Но он провёл всю жизнь в коме и, по сути, сейчас являлся новорождённым. Да, его тело выросло. А мозг, вероятно, фиксировал что-то из происходящего вокруг, пока хозяин спал. Но ни сидеть, ни тем более говорить мальчик не умел.
Я предупреждал Марью с Иваном, что так будет. И тогда же им сказал, что благодаря моей магии ребёнок очень быстро нагонит сверстников по развитию — нужные Узоры я ему ещё раньше заложил в голову.
Несколько минут я ещё стоял и любовался умилительной картиной. А заодно и отдыхал, восстанавливая работу собственных Узоров после небольшого потрясения. Заметил, что детишки начали откровенно зевать и тереть глаза.
— Дайте отдохнуть нашим пациентам, хватит тут галдеть, — сказал я.
Однако мои слова сразу не подействовали на взбудораженных родственников в полную силу, так что пришлось пояснить, что сейчас процесс восстановления детских организмов войдёт в новую фазу, и детишкам будет показан здоровый и крепкий сон. Правда, вряд ли они проспят долго, два-три часа от силы.
— Сдаётся мне, пока что ритм жизни у них будет немного рваным, но это быстро выправится, — закончил я, глядя на то, как Саша Бессмертный прикрыл глаза и быстро уснул. — И ещё, проснутся они жутко голодными.
Я развернулся и вышел из комнаты. Неспешно побрёл в сторону лестницы, спустился на первый этаж, начал спускаться в подвал, к себе в зал, как вдруг:
— Ваше сиятельство! Константин Иванович! — раздался позади возбуждённый голос Прасковьи.
Я обернулся и увидел запыхавшуюся и раскрасневшуюся молодую женщину. Её красивые глаза были влажными от недавних слёз, но притом бесконечно счастливые.
— Чего тебе, девица? — скупо поинтересовался я.
— Спасибо вам, — весело произнесла Прасковья и расплылась в довольной улыбке. А затем поклонилась в пол. Разогнув спину, она продолжила улыбаться и неотрывно смотрела на меня.
Ни разу не видел её такой.
— Не за что, девица. Я сделал то, что должен был.
— Не говорите так, ваше сиятельство! — подалась она вперёд, схватив меня за руку. — Пожалуйста, не скромничайте и не принижайте свои заслуги. То, что вы сотворили — невероятно! Вы невероятны, ваше сиятельство! Пожалуй, даже куда более невероятны и восхитительны, чем Иван Иванович! — выпалила Прасковья.
Глаза её горели, и она не думала отступать от меня ни на шаг.
— Ну да, я такой, — не стал я спорить. — Ты молодец, что заметила. Внимательная.
— Да как такое не заметишь! — рассмеялась она. А затем, перестав смеяться, с улыбкой проговорила: — Сперва я к вам настороженно относилась, но постепенно начала проникаться вашим великолепием. И сейчас я поражена до самой души. — Она мило хлопнула ресничками.
Мне казалось, я понимаю её реакцию — мной трудно не восхищаться, особенно в этом новом времени, где люди позабыли, что значит настоящая магия.
Однако сейчас я начал немного иначе чувствовать мир. Стал видеть всё больше новых красок, и всё больше воспоминаний о том времени, когда я был человеком, приходят ко мне. Потому у меня закрались подозрения, вдруг я что-то неправильно понял?
Чтобы избавить себя от недопонимания, я прямо спросил у улыбающейся красавицы-служанки:
— Ты что же сейчас, девица, охмурить меня пытаешься своими речами сладостливыми?
Прасковья удивлённо уставилась на меня. Проклятье, может быть, я слишком витиевато выразился, и она не поняла сути вопроса?
Я припомнил жест, который сегодня показывал Лёха, и продолжил:
— Хочешь со мной того-этого? — глядя ей в глаза, я потёр указательными пальцами друг о друга.
— Прошу прощения, ваше сиятельство, если мои слова показались вам двусмысленными, — отступив на шаг, поклонилась служанка. — Но я не смею ни на что претендовать.
— По голосу твоему я слышу, что ты пытаешься слова подобрать получше. Не нужно, девица, говори прямо. Не бойся, — потребовал я.
— Прямо? — растерялась она, а затем смущённо проговорила: — Вы не можете интересовать меня как мужчина, ваше сиятельство. Я видела ваш хладный труп, сшитый из частей тел разных людей. Помогала готовить его к ритуалу… Эта картина запомнилась мне на всю жизнь. Она совсем не возбуждает. Простите.
— Не извиняйся, — произнёс я. — Рад, что мы все прояснили.
Теперь мне всё понятно — я немного ошибся в выводах. Да и реакция Прасковьи вполне адекватная и правильная…
Вот только почему-то мне как-то обидно. Будто задето моё мужское самолюбие.
— Прошу прощения ещё раз, ваше сия… — начала была она, но я жестом прервал её.
— Всё в порядке, Прасковья. Мне иногда сложно понять живых людей, поэтому и попросил говорить прямо. За это я тебя благодарю. А теперь иди, скоро дочь твоя проснётся, голодная, как стая волков. Рекомендую подать ей мясной бульон и мелко порезанное мясо. Не переживай, съест нормально. Главное, чтобы куски крупными не были.
Махнув ей рукой, я развернулся и зашагал вниз по лестнице. Прасковья в очередной раз тихо поблагодарила меня в спину, но я не обращал внимания. Я…
Внезапно замер, когда получил запрос на активацию метальной связи. Тут же проверил, кто меня вызывает, и удивился.
То был голубь-умертвие, которого я направил следить за кортежем Корявого. Благодаря сложным настройкам, птица могла сама связаться со мной, если случится что-то из ряда вон выходящее.
В данный момент связь активировалась из-за внезапных огромных выбросов энергии рядом с голубем. Я быстро подключился к нему и…