Чтение онлайн

– Ну, если по чесноку, то может быть и заеду к ней. Она не написала конкретики, кроме как пару дней будет здесь.

– Насколько Европа нам важна? – уточнила Олеся.

– Да не сильно. Но всё же… верхушка.

– Которой интересен наш рынок. Ладно. Иди уже к ведьме.

Под поместьем Андреевых был очень интересный «бункер». Вот только он защищал не столько от внешних угроз, сколько не давал выйти наружи тому, что могло происходить под поместьем. Например, прорывам на новый ранг. Бункер делился на две части – собственно защищенная часть дома, и сад камней, место для медитаций и боевых практик. Присоединение к Империи Персии и Японии смешало традиции. Прежде всего в еде. Но где это мало видно, это в магии. Если раньше маги были пропитаны христианской традицией, то столетие спустя русские маги попросту начали использовать буддийские и синтоиские практики при тренировках магического потенциала. А что думала по этому вопросу Православная Церковь? Официально, ничего не думала. Потому что после Великой Войны православных стало меньше половины в Империи, и осложнять религиозный климат уже не хотели в самой Церкви. Попытались ли японцев покрестить? Ну, допустим, да. Четверть населения островов таки ходят в церковь… до или после посещения буддийского или синтоиского храма. И японцы не понимали, почему нельзя быть одновременно христианином и помолиться богу вот этого леса, реки или горы чтобы урожай был хороший, или еще чего. И, о ужас, русские, которые к сегодняшнему дню, составляли процентов десять населения островных владений Империи, за пару поколений стали думать точно также. А те японцы, что переехали на материк, привезли синтоизм в города. Почему они переезжали на материк? Перенаселение. Банально, дешевле жить. И хотя было не так уж много посвящено святынь на материке, но на берегу Кубани одна была, как и два процента населения Екатеринодара были японцами, или имели предков с японской кровью.

Камни в саду были размещены так, что создавали циркулирующий вихрь магической энергии. Раньше на центральном камне стояло несколько серых и желтых кристаллов небольшого размера. Все были мутные и с примесями. Сейчас же на постаменте гордо находился зеленый кристалл внушительного размера, в разы повысив концентрацию магии в округе. Девушки сидели вокруг этого камня на песке в позе лотоса, очищая и поглощая энергию в вихре.

Для справки, серые (они же белые, они же бесцветные) были самими дрянными камнями. Далее шли желтые. После них были коричневые. Их сменяли оранжевые. Уже начиная с оранжевых, было трудно достать такие. Оранжевые превращались в красные. И только потом шли зелёные. Прямо сейчас во владении рода был не малюсенький кристалл, а целый булыжник, который не у каждого князя может быть. Прямо сейчас это был самый важный секрет рода. Далее же идут синие, украшение сильного велекокняжеского рода. А вот лазурный, такой может себе позволить себе только король или император. А о фиолетовых кристаллах, такие, даже если фиолетовая песчинка, один раз в несколько веков, сравнимо с легендой. Одна такая песчинка – ядро «Сердце Рима», могущественно артефакта, способного создать мощнейший защитный барьер над городом. Другая фиолетовая песчинка – увенчивает Императорскую Корону Российской Империи, найдена в аномалии в год коронации первым императором основателя нынешней династии. Найдена им же в аномалии, которую закрыл он лично.

Ни у Лэйлы, ни у Олеси в родном доме сада камней нет, а медитировать они могли лишь так, как есть, в обычных условиях. А сейчас они не просто попали в хорошо продуманную комнату для медитаций, так еще и с такими батарейками.

– Что же вы сразу не сказали, где встреча… - вздохнула Лэйла. – Ладно хоть вы утрясли это. Это же Акума «Глотка». Так нельзя поступать на его территории.

– Да плевать. Чем мы таким рисковали? Войной с криминальным кланом с островов? У них там своя внутренняя политика. Они предпочтут не связываться с кем-то таким, вроде нас. – отвергла Катя опасения Лэйлы.

– Поверь, японцы, нет, шире, азиаты – отбиты на голову. Особенно всякие якудза, триады и прочие криминальные организации. Этим может быть похрену, что мы далеко, мы аристо и мы можем выкатить танки.

– Черт. – поморщилась Олеся. – Ведьма опять прервала связь. Опять он у неё.

– У кого у неё? – встрепенулась Катя.

– Да Элеттра Росси. Андрей опять в гостях у ведьмы из Венеции. Он… ну спит с ней. – пожала плечами Олеся. – Вот только она накрывает свою квартиру очень сложным пузырем, и я теряю связь с моим симбионтом.

– То есть, как спит?! – подпрыгнула Катя.

– А ну сядь, не разрывай круг. – прорычала Лэйла, которой стало неприятно от резко изменившегося потока энергии. – Олеся, что значит, опять?

– Да третий раз… Обидно, но, она же ведьма. – пожала плечами Олеся.

– Ты под ведьмой понимаешь темная магия? – уточнила Лэйла.

– Да. Иначе бы как-нибудь по-другому обзывалась. – улыбнулась Олеся.

– Вот скажи, почему мы об этом узнаем только сейчас? – спросила Катя.

– Ой, да это временная интрижка. Она же, как выразилась Олеся, ведьма. Он перестанет её торкать со временем. – отмахнулась Лэйла. – Да и вообще, она иностранка с большим багажом проблем. Скажем так, он просто помогает ей с её медицинскими проблемами. К своему удовольствию, не спорю…

– Да при чем тут то, что она, как выразилась Олеся, ведьма? – нервно докапывалась Катя.

– Нечего тут ревновать, вот почему. Темный маг по-другому она. – пояснила Олеся.

– Вообще очень стало понятно! Что с того, что она владеет темной магией? – злилась Катя.

– Так она европейский темный маг-женщина. – пожала плечами Лэйла. – Вижу ты не понимаешь.

Лэйла стала объяснять к чему в Европе привела деятельность инквизиции в позднем средневековье. Магия тьмы в Европе работает слегка не так, как в мире. Нет, у мужчин она работает так же, тьма может окутать органику и превратить в прах. А вот у женщин она больше про проклятия и ментал. Особенно ментал. Есть много теорий, как так произошло. Но вот что точно, так это то, что европейцы, переехавшие, к примеру, в Российскую Империю, за пару и тройку поколений возвращались к обычной магии тьмы, так что мутация не на уровне гена, а цивилизационная.

– Всё равно, почему не говорила? – еще раз докопалась Катя.

– А смысл? Мы только вчера наконец то добились его. И вообще, договорись. Так то, вот сейчас говорю. Я надеюсь, ты не побежишь требовать у него не спать с ведьмой? – стала отговаривать Олеся.

– Да, Катя, это не имеет смысла. – добавила Лэйла.

– Да я и не собиралась. – вздохнула Катя. – Было бы лицемерием, девочки, от него требовать верности, когда нас уже трое. Может он хочет добавить в группу девочек? А вот это надо с ним обсудить.

– Не, сомневаюсь. – отмахнулась Лэйла. – Элеттра привязана к Светлейшей Республике. Она не поменяет страну. Разве что, Андрей завоюет Итальянский Сапог. Но… не вижу такой возможности. Кто даст Андрею создать армию? Ну скажем, полмиллиона штыков. С кораблями, вертолетами, самолетами… Да и повод?

Все втроем посмеялись.

– Кстати, Лэйла, нам надо тогда с ней лучше сблизиться. – дала дельную мысль Катя.

Элеттра в полумраке расслаблено сидела в кресле напротив кровати. На ней был всего лишь костюм Евы. Прямо сейчас у неё было счасливо-затраханое выражение лица. На кровати лежал я, смотря на неё в задумчивости.

– Чего ты на меня так смотришь? Не пугай меня.

– Как долго это будет продолжаться? Я имею ввиду, тебе ведь когда-нибудь надоест. – не стал скрывать свои мысли. Ведь, я понимаю, будущего у нас особо нет. Это либо надо прекратить, либо обозначить вообще, нахрена это происходит? И, вообще, нужна ли она для моих планов так сильно? Ведь её не чем к себе привязать. Она не будет мне верна, чтобы доверять ей. У неё всё есть. Что я могу сделать, чтобы привязать её к себе? Секс? Ой, мы это проходили. Итог так себе. Нет, вот ей я доверять не буду.

– Имеешь ввиду будущее? Эх. Был бы ты венецианцем, потащила бы к епископу за шиворот. Ну, или хотя бы итальянцем. Не волнуйся так, ты пока что не отягощен браком. Я здесь на пару лет точно, и у меня есть потребности. Когда тебе будет неудобно, я отойду в сторонку.

«Вот значит, как, да? Она здесь себя считает главной, получается. Впрочем, воспитание и осознание, из какой она семьи. Но я-то бог, пусть и в отпуске. У меня не меньше самомнение.»

– Для начала, я итак отягощен отношениями с тремя девушками. И это так не делается, «я отойду в сторонку». Ты не можешь просто воспользоваться мною. Как и я тобою. Надо решить, мы трахаемся или любовью занимаемся.

– И что если трахаемся?

– Я думал, ты спросишь, что, если любовью. Тогда мы должны прекратить дела. Или трахаться.

– Стоп стоп стоп! Я так не играю. Почему?

– Потому что дела строятся на доверии. Нельзя при этом еще и страдать похотью.

– Cazzo! Che palle! Да какая разница? Я не могу без этого… И… мне слишком нужно преуспеть в attivita commerciale… в смысле в бизнесе...

Как интересно. Она вдруг попала в ситуацию, когда не может выбрать. Я похоже перегибаю. Но я понял, что для неё испытание крайне важно. Похоже, в будущем на этом можно поиграть.