Чтение онлайн

Именно сейчас. Я понимаю, что миллиардер может уничтожить меня. Отнять самое ценное. Кто я? Кто он.

Узнает, что под сердцем ношу его ребенка — отнимет. Он с самого начала думал, что я охотница. Что ж. не буду разочаровывать.

— Даже так…

Выговаривает совсем холодно. Но глаза…

Боже.

В его глазах вспыхивает что-то темное. Злое. Бешенное. Прожигающее.

А у меня где-то внутри настоящая Алина просит прекратить. Остановится. Она любит этого холодного мужчину.

Глупая. Лекс не умеет любить. Для него первостепенен бизнес. Там сердца нет. Души тоже.

О какой милости речь?! О каком сострадании?!

Он отнимет моего малыша, или запрет меня где-нибудь в одной из своих резиденций и будет приходить, брать, погружать в сладостный ад, чтобы на утро вернуться к своей “жене”, в мир лоска и богатства.

Это не для меня. Это не про меня. Сердце не купишь. Любовь не продашь.

Очередная мысль и вовсе чуть не отправляет в обморок.

А что, если он заберет моего ребенка и будет воспитывать со своей “женой”?!

Что я знаю о нем?

Ничего.

Только любовь. Моя любовь. К монстру. Угораздило же дуреху.

— Я хочу вернутся к своему жениху.

Выдаю спокойно. Между нами, расстояние в шаг, я все еще цепляюсь за кладку пальцами, кажется, если отцеплюсь от стены. Упаду. Не выдержу. Сломаюсь.

— Хочешь вернуться. К. Своему. Жениху?! — повторяет зло и ударяет по стене рукой. Выше моей головы.

Вздрагиваю. Но не отвожу взгляда. Не навредит. Чувствую это на каком-то сакральном уровне. Такие, как он играют в мужские игры. Высокие ставки. Достойные соперники. Глупые девочки просто идут в расход.

Прикрывает на миг широкие веки, а я смотрю, как у него скулы белеют. Кожа натягивается. Но когда, он открывает глаза, удар уже получаю я.

Лекс рассматривает меня. Уже совсем другой взгляд. Ироничный. Ледяной. Чувства больше не живут в его глазах.

В меня летит плевком:

— Значит, такая же…

Больно. Нестерпимо. Не плачу. Не сейчас. Потом… потом я умоюсь горючими слезами, а сейчас я должна быть сильной. Ради себя. Ради малыша, которого ношу под сердцем.

Отходит, застегивает пиджак. Оказывается, я успела расстегнуть пуговицу.

— Ну что же, Алина. — Светский тон. Равнодушный. отстраненный — Счастливой семейной жизни с деканом. Так и быть. Пусть живет. Считай, это плата за ту ночь.

Интересно каково это, когда ножом бьют прямо в сердце и проворачивают рукоять?!

Если бы не стояла. Не выдержала бы.

— И тебе, Лекс, — едва размыкаю опухшие от его поцелуев губы и почти шепчу:

Секунда. Глаза в глаза. Между нами пропасть. Бездна. Стоим на краю. Не докричаться.

Кивает своим мыслям. Собранный. Такой же, как минутами раньше в ресторане. Неприступный. Разворачивается. Чеканит шаг. Уходит.

А я смотрю ему в след и сердце словно продолжают дробить бульдозером, чтобы ни крупинки не осталось, которая не пульсирует от боли.

Мой мужчина. Нет. Не мой. Чужой. Никогда моим не был…

И где-то на периферии сознания перезвоном колокольчика мысль:

Такие, как Ставров не дают второго шанса.

Такие, как он не возвращаются…

— Последний экзамен сдан на отлично, — декан смотрит на мою зачетку, что лежит на столе, — затем поднимает взгляд на меня, удивленный, непонимающий, — что происходит, Алина?

Ставлю листок перед Филиппом Константиновичем. Мужчина приглядывается. Затем поправляет очки, вчитывается.

Выглядит шокированным.

— Алина, как же так? Что это?!

— Я ухожу, Филипп Константинович.

— Что значит уходишь?

Подается вперед всматривается в мои глаза.

— Я дал тебе время, чтобы ты подготовилась к экзаменам, не переходил грань дозволенного. Понимаю, то происшествие в ресторане тебя могло напугать.

Поднимается, делает пару шагов. Нервно поправляет волосы.

— Человек моего возраста понимает все для себя гораздо быстрее чем двадцатилетние мальчишки. Да, я не молод, но… со мной у тебя будет все, что пожелаешь. Ты ушла после ресторана, и я решил тебя вообще не трогать, чтобы ты могла подумать, а сейчас… сейчас ты уходишь в академ?!

Резко разворачивается на каблуках и упирает в меня тяжелый взгляд.

— Студентка, которую можно назвать одной из лучших на всем потоке, та, которую я бы посоветовал на вакантное место в аспирантуру в дальнейшем. У тебя в зачетке одни высшие баллы. Как такое понять, Алина?!

Мое имя декан произносит чуть громче, чем нужно, выдает свою злость.

Все последнее время мы с Филиппом Константиновичем не общались. Он уехал в Испанию, в рамках расширения сотрудничества, а я ушла с головой в учебу.

Эта краткая передышка дала время собраться с мыслями, подумать, а вернее перестать думать о Лексе. Я ударилась в учебу, готовилась к экзаменам, сдавала и в конце концов выдохнула.

Этому способствовало так же то, что декан улетел на следующий день после инцидента в ресторане, а Арсений… он просто пропал. В университете не появился с тех пор, как зажал меня в деканате.

И это было счастьем. Минуткой тишины. Когда никто не дергает, не тащит ни в одну сторону. Я стала прежней мышкой, до которой никому нет дела и это хорошо.

Невидимкой жить легче, особенно когда под кофточкой животик уже начал округляться.

— Алина Николаевна, я задал вам вопрос!

Декан смотрит на меня по верх очков, а я рассматриваю этого мужчину и понимаю, что близость, между нами, на которую он надеется просто невозможна, но сказать ему подобное я не решусь, как в прочем и не открою тайну, из-за которой решила уйти. На время. Да. Но все же…

— У меня мама болеет, господин декан. Помощь нужна по хозяйству, да и приглядеть за больной, пока на ноги вновь не встанет.

— Алина… — выговаривает затем осекается. — Почему мне сразу не сказала?! Я помогу. Привезем ее в столицу. Неужели подумала, что я откажу тебе?!

Улыбаюсь краешком губ.

— Я не выйду за вас замуж, Филипп Константинович. Не смогу. Простите.

Мужчина подбирается. Прищуривается. Декан определенно мягко стелет, но жестковато спать придется.

— Чем тебя не устроило мое предложение? Многие посчитали бы за честь…