Чтение онлайн

Вскоре мы остановились возле большого и современного здания.

— Где мы?

— У частной больницы, — ответил исполнительный Орион тура.

— Почему? Вы же сказали тренеру, что мы поедем в травмпункт, — я с замешательством посмотрела на него.

— Если помните, ваш тренер спросил, знаю ли я, где он находится. Я ответил, что да. Но не обещал отвезти вас туда.

— Почему?

— С вашей любознательностью и умом могли бы догадаться.

Он вышел из автомобиля, а, после открыв мою дверь, произнёс:

— Выходите.

Из-за угла к нам подбежал медбрат с кресло-каталкой. Он что, ждал нас?

— Здравствуйте. Я — Олег, — дружелюбно представился молодой парень. — Давайте вам помогу.

— Со мной всё хорошо! Зачем это?! Я же не инвалид, могу сама идти!

Марат Ильясович поднял голову к небу, набрал воздух в легкие, а затем безмятежно повернулся к медбрату и сказал:

— Благодарю. Мы самостоятельно управимся.

Парень немного расстроился и быстро исчез.

Вернув взгляд на меня, он неожиданно потянулся в салон. Я вжалась в кресло, тревожась от его порыва, но мужчина лишь отстегнул ремень.

— Раз вы отказываетесь от помощи, значит другого варианта нет.

Он снова подхватил меня на руки, захлопнул ногой дверь и направился в больницу. В этот раз я не сопротивлялась. Сил не осталось.

У регистратуры он опустил меня на ноги. Через минуту нас встретил симпатичный врач, который обменялся с Рахмановым приветственными кивками.

— Я украду вас на обследование, Лиля. Обещаю не кусаться и быть тактичным. Что скажите?

Зачем-то я взглянула на преподавателя, будто не хотела его покидать. Конечно, он не мог и не должен идти со мной. Ему нужно было уезжать. Мне следовало поблагодарить мужчину и более не задерживать.

Откуда ему знать, что я боялась врачей и не желала быть в одиночестве.

— Ну отпусти уже невесту, Марат, — умилительным голосом сказал доктор.

Что?

— Она не моя…

— Я не его…

Мы произнесли это вместе и осеклись тоже. Наши взгляды друг на друга были ненормальными. Я испытала душераздирающее чувство. Его слова звучали холодно. Они провели ровную черту без единого колебания, словно в них не было жизни, а значит, и пульса.

И хотя я не услышала себя со стороны, казалось, что мой голос не был таким категоричным.

— Лилия и Марат, извините, — примирительно сказал доктор и добавил, обратившись к мужчине: — Прочитав твоё сообщение, я решил, что ты говорил о невесте. В любом случае нам нужно скорее провести осмотр.

Рахманов одобрительно кивнул и произнес, взглянув на меня:

— Идите с ним. Тактичность не сильная черта Арсения Григорьевича, но он хороший врач, и я доверяю ему.

— Марат, как грубо, — он упер руку в бок. — Твоя похвала звучит до ужаса противоречиво. Сбиваешь девушку с толку. Я не виноват, что ты написал…

— Заткнись! — преподаватель оборвал его. — Делай свою работу.

Врач слегка коснулся моего плеча и, направив нас по коридору вперед, громко заявил:

— Лиля, вы согласны, что Марату не хватает дыхательной практики? Он такой нервный и пытается всех этим заразить.

Я смущенно посмотрела на доктора и, заметив шутливые огоньки в его зрачках, не удержалась, тихо хихикнула.

Жаль, что я не видела лицо исполнительного!

— Правильно-правильно! Смех продлевает жизнь! — мужчина без зазрения совести подставил меня.

Мы зашли в смотровую комнату, где нас ожидала девушка в синей форме.

— Оленька, нужно взять кровь у юной девы для приготовления зелья.

Уголок её губ дрогнул, но она лишь мазнула его коротким взглядом, понятным только им двоим.

Девушка усадила меня на высокую кушетку и нежным голосом спросила:

— Боитесь вида крови?

— Ага, можно я зажмурю глаза?

— Конечно, — мягко сообщила она. — Я буду очень аккуратной.

Дальше всё закрутилось, как в калейдоскопе. Запись жалоб, проверка зрения, слуха и другие чудные тесты. В конце Арсений Григорьевич объявил, что нужно сделать МРТ головного мозга.

Я вспомнила, как мою маму отправили на МРТ ног, какой испуганной она была после. С дрожью рассказала о свистящем, непрерывном шуме, кошмарных ощущениях замкнутого пространства и длительности процесса.

Ещё тогда решила, что никогда не соглашусь на это.

— Лиля, уверяю вас, МРТ безопасно для человека. Никакой боли вы не почувствуете. Главное расслабиться.

— Нет, пожалуйста, — второй раз умоляюще всхлипнула я и прикрыла ладонями глаза.

— Хорошо. Мы не будем тебя заставлять, — произнес доктор и сделал паузу, будто гадал, как меня успокоить. — Если хотите, я позову Марата. Он, разумеется, не лучший кандидат для поддержки, но вы вроде близки с ним.

— Почему вы так решили?

— Он беспокоится о вас.

Я шмыгнула носом и сказала с досадным оттенком:

— Марат Ильясович просто отвечает за меня, как преподаватель. Ничего больше.

— Возможно. Однако я никогда не видел его таким встревоженным за девушку.

— Он всё ещё здесь?

— Ждёт вас в фойе.

Мне было сложно поверить, что ему небезразлично. И что с того, что он вёз меня в больницу и нёс на руках? Рахманов не хотел проблем из-за моего падения. Тренер не мог оставить занятие, а скорая неизвестно когда бы приехала.

— Позовите его.

Арсений Григорьевич удалился. Я встала с кушетки и натянула кофту. Результаты анализов можно узнать по электронной почте, поэтому мне не было смысла оставаться. Моему «любимому» преподавателю тоже.

Когда он вошёл, я не дала ему возможности заговорить первым:

— Хорошая новость — моё состояние в норме. Пару ушибов и всё такое, легко отделалась. Вам не стоило пренебрегать своим временем. Но спасибо, Марат Ильясович. А теперь отдайте, пожалуйста, мои вещи, и я поеду домой.

Он с прищуром взглянул на меня, не уступая моему напору, и спустя затянувшееся молчание сказал:

— Лилия Николаевна, вы не прошли главное обследование.

Я открыла рот от удивления.

— Врач не должен был делиться информацией с вами!

— Сейчас не это важно, — мужчина даже не отрицал факт нарушения моих границ. — Вы отправитесь на МРТ, а затем, если Арсений подтвердит, что никаких рисков нет, я отвезу вас домой.

Мои губы задрожали от гнева. Я была вымотанной, голова ещё болела, хоть мне и дали таблетку, ушибленные локти противно тёрлись о кофту. В таком состоянии мне нужно было доказывать свою самостоятельность!