Чтение онлайн

Селина торопливо оправила платье и села, отряхивая травинки и вытаскивая соломинки из волос.

— Как славно, Дейвид, что ты привез сюда Лиам! Мы не заметили, как пролетело время, и не успели бы на встречу с ней.

— Не с Лиам, а с ними обоими, — проговорил Джеймс.

Селина не обратила внимания на его слова.

— Прошу вас, присоединяйтесь к нам. Там осталось вино и пирожки, что испекла Руби Роуз. Между прочим, все по-прежнему складывается ладно между Руби Роуз и миссис Стрикленд?

— Вполне, — проговорил Дейвид, спрыгнув с коня и поставив Лиам на землю возле себя; девушка держала его за руку и не сводила с него глаз.

— Я думаю, мы не опоздали, Джеймс?

Селина нахмурилась и поглядела по очереди на обоих мужчин.

— Что? Джеймс просил тебя приехать сюда сегодня? Но я полагала…

— Да, — сказала Лиам. Она вся сияла в простом хлопчатобумажном платье с узором цветочками; в волосах у нее горели лютики. — Дейвид говорит: небо — это крыша, а весь мир — божий храм. Какой красивый поэтический образ! И вот в такой торжественной обстановке мы хотим задать Джеймсу самый важный для нас вопрос, — на этот раз с юного лица Лиам исчезло выражение проказливой самоуверенности, она потупила глаза, — я надеюсь, это не вызовет у вас недовольства.

Дейвид кашлянул, и Селина заметила, как задергались мускулы его лица, когда он посмотрел на Лиам.

— Я ее люблю, — прямо заявил он и прикоснулся рукой к ее губам. — Нам известно, что все будет непросто, но мы хотим пожениться.

— Тогда так тому и быть, — сказала Селина, ее голос пресекся. Она сплела пальцы, на глазах у нее выступили слезы радости.

— Лиам и я обсуждали это долго и обстоятельно, — продолжал Дейвид. — Нам известно, что в Англии нам с ней будет трудно строить наши отношения. Если вы, Джеймс, согласны, мы хотели бы уехать на Пайпан. Лиам считает, там для меня найдется много дел.

— В самом деле, там полно работы, — сказал он. — Вы поженитесь здесь, а затем спустя непродолжительное время отправитесь на Пайпан. Нужно же, чтобы кто-то занялся моим домом на острове. Лиам с этим великолепно справится. Дом будет вам свадебным подарком от нас. А ты, Дейвид, мог бы присмотреть за моим бизнесом в дополнение к своему основному делу — спасению душ.

— А вот и они! — объявила Лиам.

— Кто? — спросила Селина. Она огляделась и увидела приближающихся верхом Вон Теля и Летти. — Придется с тобой поговорить потом, — тихо сказала она Джеймсу. — Ты все прекрасно подстроил, но надо было прихватить побольше еды.

— Прекрасный день для прогулки верхом, — изрек Вон Тель в полном смущении, что не укрылось ни от кого. — Вы очень добры, что пригласили нас.

Летти сняла со своей лошади корзинку и опустила на землю, извлекая оттуда бутылку шампанского и шесть бокалов, аккуратно завернутых в белую салфетку.

— Я подумала, что это может пригодиться.

Селина сердито всплеснула руками:

— Здесь какой-то заговор. Я не потерплю этого! От меня все скрывают…

Джеймс взял бутылку и умело справился с пробкой.

— Иногда предпочтительнее не говорить женщине все полностью. Это лучший способ сохранить тайну.

— Джеймс Сент-Джайлс!

— О-о! — Он поймал запястье Селины. — Ты прольешь это великолепное шампанское. Лучше посмотри, чтобы не упали бокалы. Мне кажется, Вон Тель и Летти хотят нам что-то сообщить.

Селина медленно опустила руку и, не веря своим глазам, вопросительно посмотрела на мать.

— Да, — сказала торопливо Летти, — Горацио и я, мы решили обручиться.

— Горацио? — переспросила Селина дрогнувшим голосом. — Кто такой Горацио?

— Селина, будь добра, не забывай о хороших манерах, — строго сказала Летти. — Горацио — это наш Вон Тель, и ему надо привыкать гордиться своим именем. Он достаточно долго его скрывал.

— Горацио? — изумился Джеймс не меньше, чем Селина. — Ради Бога, растолкуйте мне, что все это значит?

— Для вас я всегда Вон Тель, — откликнулся не без вызова сей джентльмен. — Только Летти будет звать меня по-иному.

Летти слегка подтолкнула его локтем:

— Расскажи ему свою историю.

Вон Тель переступил с ноги на ногу и, яростно дернув себя за бороду, заговорил:

— Мистер Сент-Джайлс, ваш отец, нашел меня, когда я прятался в одном из принадлежавших ему складских помещений на Пайпане…

— …пробравшись туда из трюма одного из кораблей моего отца, — так мне рассказывали твою историю.

— Все так и было. — Вон Тель пожал плечами. — Мне было шестнадцать лет, и надо было проникнуть на корабль, чтобы скрыться. Меня обвинили в убийстве моего отца, и нужно было бежать.

— Убийство имело место? — Джеймс подался вперед. — И убил ты?

— Человек, издевавшийся надо мной с детских лет, не был моим отцом. Он лишь подобрал меня на улице и использовал в своих целях.

— Поэтому ты сбежал, — заключил Джеймс, и Селина почувствовала, что все словно договорились никогда не упоминать больше о судьбе человека, от которого бежал Вон Тель. — Но это не объясняет, откуда у тебя твое второе имя.

И тут в той части физиономии Вон Теля, что не закрыта бородой, произошло нечто необычное: там появился густой-прегустой румянец.

— Я шотландец, — заявил Вон Тель.

— Шотландец? раздался хор голосов после секунды напряженного молчания.

— Да. Или я должен сказать это по-шотландски?

— Скажи! — взволнованно воскликнула Летти. — Горацио бежал из Шотландии. Затем, когда он добрался до Китая, он понял: следует, чтобы никто и никогда не смог узнать, кто он и откуда. Вы понимаете?

— Разреши, я скажу. — Вон Тель остановил Летти, собиравшуюся продолжить рассказ. — Мне нужно было скрыться под какой-нибудь маской. Я решил не произносить ни слова и лишь слушать, как говорят другие, чтобы научиться подражать их речи.

— Да, — поспешила вмешаться Летти. — А его чудесная смуглая кожа и черные волосы прекрасно подходили для того, чтобы выдавать себя за человека восточного происхождения. И он никогда не уточнял, из какой именно страны.

Наклонившись, Джеймс посмотрел на Селину — оба они покачали головами.

— Но твое имя, старина? Объясни же.

— Все очень просто, — сказал Вон Тель. — Ваш отец говорил мне: или я назову ему свое имя, или он выдаст меня властям. В те времена я был достаточно упрям.