Чтение онлайн

Короче говоря, нам должна была помочь методика преподавания приемов самозащиты для гражданских лиц в схоле невидимок. Точнее, не сама методика, а то, что наставниками обычно выступали старшекурсники. Начальника центра боевой подготовки совершенно не интересовали приблудные личности, профанирующие высокое искусство боя, поэтому группу таких побочных учеников он отдавал под патронаж своим выпускникам и уже те занимались с ними индивидуально. Это приносило свои плоды. Во всяком случае, по его мнению, те, кто обучал или, по крайней мере, честно пытался это делать, получали от этих занятий немалую пользу. Обучая, лучше усваиваешь предмет – всем известная, а по мнению начальника центра, великая истина. Что выносили после такого курса гражданские, его мало интересовало. Правда, еще больше, чем к гражданским, он был неравнодушен к штабным. Гражданские ладно, но те-то – офицеры.

– Эй, вы! Стадо обожравшихся гамадрилов! А ну, живо построились! Хлюпики! Задохлики! Беременные ласточки! Я вас живо научу службу уважать! – надрывал горло незнакомый мне офицер, когда мы, переодевшись, вошли в зал и робко скучковались в самом дальнем и темном углу.

Инструктор, наверное. Или местный начальник. С чего он так разоряется, я не понял, но послушно встал в подобие строя, надев на лицо внимательное выражение – слушаю, дескать, и повинуюсь, о повелитель.

Тот, прохаживаясь и насквозь просверливая злобным взглядом нашу кривую шеренгу в целом и каждый ее элемент персонально, долго распинался на тему разжиревших боровов и задохликов, забывших, что такое служба.

– Ну ничего, – злорадно проговорил он, заканчивая свою пламенную речь, – мы все оч-чень и оч-чень постараемся доставить вам массу непередаваемых ощущений. За эти четыре месяца вы значительно пополните свою коллекцию самых диких и страшных ночных кошмаров. Повезло извращенцам, обожающим собственную боль, – сладчайшие воспоминания о наших курсах гарантируют им неземное блаженство. Это я вам обещаю твердо!

В зал, подмигивая и тихонько хихикая, в это время втянулась группа, состоящая из курсантов и курсанток схолы. Они с предвкушающими лицами удобно располагались кто где. Прямо как в балагане на представлении заезжих паяцев. Среди старшекурсников я увидел и Свенту. Она подмигнула мне и сделала вид, будто мы не знакомы. Я, как и договорились, подыграл ей и тоже не стал афишировать наши близкие – очень даже близкие – отношения. Однако чувствую, есть здесь какой-то подвох, но не понимаю, в чем он заключается.

Офицер повернулся к двери, увидел столпившихся зевак и приказал:

– Курсант Свентаниана.

– Да, господин полковник, – вытянулась в струнку жена.

– Вам как лучшему выпускнику предлагаю первой выбрать себе подопечного, но, если к концу занятий он не будет выползать из зала на четвереньках, заливая пол соплями, я в вас сильно разочаруюсь. Это касается и других наставников стада жирных штабных гусей.

– Есть, господин полковник. Не беспокойтесь, господин полковник. Все соки выжму!

Она хищно улыбнулась, и строй непроизвольно сделал шаг назад. Начальник повернулся к нам, злорадно ухмыльнулся и сказал:

– Сегодня вас любая девчонка может походя превратить в отбивную. С помощью этой милой курсантки мы вам наглядно продемонстрируем правильность моего утверждения. Она частенько заменяет инструктора, тренируя своих однокурсников, так те, бедные, плачут от нее и молятся всем богам, чтобы инструктор побыстрее вернулся. И она у нас не одна такая. Для вас же я подобрал самых лучших, самых энергичных и неутомимых! Свентаниана, не торопись. Выбирай тщательнее. Как тебе, например, тот лысенький тощий глист? Ой! А что это личики ваши так побледнели? Эй, ты, жердь! Не надо шарахаться от прелестной девушки. Уже троим ножки отдавил, бо-бо сделал. Ты прямо дядя-бяка, не знаю, какого звания, и знать не хочу. Кстати, если кто надеется охмурить нашу красавицу, сразу говорю, чтобы не занимались ерундой. Пятеро неслабо подготовленных курсантов долго лечились в госпитале, когда попытались вступить в более… хм… тесные отношения с ней. Другие наши девушки ей под стать. Как родных прошу, если мысль такая глупая затесалась в ваши пустые головы, начинайте копить на лекаря или сразу становитесь в очередь на услуги целителя. Вам это ой как понадобится. И довольно скоро. Главное, – преувеличенно бодро закончил он, – то, что нас не убивает, делает нас крепче.

«Интересно, – отметил я про себя, – а мне Свента про покалеченных ничего не рассказывала». Впрочем, слова начальника центра только утвердили меня в моем доверии к жене.

– Я выбираю этого толстячка, – приняла «нелегкое» решение Свента.

– Простите, господин полковник, – поинтересовался я, – а почему вы нас штабными называете?

– А кто же вы? – удивился офицер. – Мне доложили, что группа офицеров штаба направлена в наш центр на переподготовку, восстановить навыки рукопашного боя.

– Но мы гражданские специалисты, а не офицеры штаба, – недоумевая, ответил я. – Мы знахари, строители, механики…

Далее последовало несколько секунд пристального разглядывания нашей группы справа налево и обратно, после чего трубный рев слона, наступившего себе на хобот, заглушил все звуки в этом зале:

– Что-о-о?! Крассилон! Где этот?.. Дайте только добраться до него! Найдите мне этого обалдуя! Живо! Я ему покажу, как надо мной шутить! Шутилку вырву и в задницу засуну!

Курсанты привычно и ловко попрятались по углам и затихли. Меня искренне восхитила их способность сделать это практически в пустом зале. Настоящие невидимки.

Офицер выдохнул, немного успокоился и официальным тоном принес нам извинения. Потом Свента мне рассказала, что, когда господин полковник, на дух не переносящий штабных, узнал о том, что целая группа ненавистных личностей поступает на обучение в его центр, он решил выжать из ситуации максимум удовольствия. А тут вдруг такая незадача.

Со всеми несчастными гражданскими спецами, направленными на эти курсы, у меня установились ровные дружеские отношения. Ближе всех я сошелся с механиком Вассианом. Тощий, немного нескладный, с каким-то асимметричным лицом и торчащими в разные стороны рыжими вихрами – он выглядел бы некрасивым, если бы не обаятельная улыбка. Он улыбался часто, задорно и весело. Обожал смешные истории и байки, над которыми так заразительно и искренне смеялся, что рассказчик через некоторое время сам начинал хохотать до слез. Бывало, история так и оставалась недосказанной, но оба, и рассказчик, и слушатель, все равно получали немалое удовольствие.

Всевозможные устройства и механизмы любил он трепетно, нежно и, думаю, не без взаимности. Живо интересовался всевозможными новинками, о которых мог рассказывать часами и взахлеб. Технические подробности он представлял настолько просто и доходчиво, что слушать его можно было, буквально раскрыв рот и забыв о времени. Пару раз я из-за этого даже опаздывал к учителю Лабриано, за что, естественно, получал по голове. Однако не очень больно.

– Ты представляешь, – с жаром рассказывал как-то Вассиан, – в халифатах построили механизм, который, используя силу пара, двигает по специальной дороге из чугуна огромный груз! Представляешь?! Никакой магии! Только сила пара. В топке сгорает каменный уголь, нагревает котел, и пар толкает поршень. Ды-ы-ы-ыму!.. Ужас. Но ведь работает. А еще, говорят, у них же появилась самодвижущаяся карета. Правда, двигает ее магия, но зато такая карета совершенно не нуждается в лошадях, конюхах, конюшнях, овсе…

– Угу, – скептически отвечал я, – только в магах. Которым нужно жилье размером несколько побольше стойла, еда-питье – отнюдь не овес с водой из колодца, плата за труд – вовсе не морковка или кусочек хлеба с солью, сдобренные ласковым похлопыванием… Что же обходится дороже в этом случае?

– Ты не понимаешь! Это лишь начало. Когда-нибудь механизмы станут настолько совершенными, что смогут обходиться совсем без магии…

– А чем тебе магия не угодила? Думаю, твои механизмы… Ну хорошо, хорошо, не все, но большая их часть будет использовать магическую энергию.

Тут я и подбросил ему задачку, над которой безуспешно корпел все эти месяцы. Попросил, конечно, никому не рассказывать, пока КСОР не принял работу к рассмотрению и не установил уровень секретности. В самом механике я не сомневался. КСОР его собирается привлекать к своим операциям, значит, человек проверенный.

– Вот скажи, механик, как бы ты решил такую проблему. Есть некий артефакт, который способен передавать на большое расстояние сигнал. Принимает его другой артефакт и распознает переданные буквы одну за другой…