Чтение онлайн

– Филлиниан! – строго глядя на меня, говорила мне теща, устав от боевых действий с внучкой. – Эта бандитка, твоя дочь, опять отказывается кушать кашу. Извольте как отец и глава семьи принять надлежащие меры.

Не знаю, как так получилось, но у маленькой аристократки папа пользовался авторитетом, и в результате чуть что – папе приходилось проявлять строгость. Иногда даже суровость.

– Таллиана, ты почему не слушаешь бабушку? Так нельзя. Если не будешь вести себя как следует, я буду вынужден запретить тебе играть с маминым кинжалом.

Не очень-то она верила моим угрозам, но неизменно слушалась, видимо не желая огорчать взрослых, ничего не понимающих в детском питании. Например, судя по изумленным глазенкам, она никак не могла взять в толк, как можно хлебать стерляжью уху с хлебом, а не с конфетой.

Став бабушками, моя мать и теща очень изменились. По возрасту и состоянию здоровья они так и остались молодыми привлекательными женщинами, но по отношению к внучке проявляли все те черты характера и поведения, которые обычно присущи людям пожилого возраста, разве что не скрючивались в три погибели, опираясь на клюку, и не задыхались, поднимаясь с малышкой на третий этаж. При разговоре с Таллианой у них в голосе стали проявляться некие старушечьи, уютно воркующие нотки. Недаром говорят: «Дети – это еще не дети, а вот внуки – это уже дети».

С нами, впрочем, они вели себя по-прежнему сурово, агрессивно пытаясь научить жить так, как они считают правильным. Иной раз я всерьез думал вернуться в общежитие и даже провел предварительные переговоры с комендантом. Не знаю, как другие, а я считал и считаю, что молодые могут спросить у старших совета, но жить должны своим умом и домом. Понятно стремление родителей уберечь любимых чад от ошибок, но зачастую заботливые папы и мамы не понимают, что прожить жизнь в точности так, как прожили они, могут только… они сами. Как бы ни были похожи дети на отцов, но в чем-то они все-таки другие. В идеале – лучше, умнее, сильнее и здоровее. Даже мода – и та меняется, а уж люди… Попробуй предложи бабушке надеть платье времен ее мамы, куда она пошлет? А попытки «надеть» на детей устаревший образ жизни считается обычным делом.

В одном я был полностью согласен с тещей: дети учатся манерам, подражая взрослым. Однако герцогиня, намереваясь воспитать из девочки истинную леди, раз уж с дочкой не получилось и та выросла отнюдь не хрупким созданием, требовала от всех нас строго соблюдать тонкости этикета и благородного обхождения. Но постоянно ходить «застегнутым на все пуговицы» трудно. Особенно в дороге. Все старались обходить герцогиню дальней дорогой, но какие внутри каравана могут быть обходные пути?

В общем, как это ни парадоксально, расслабиться по-настоящему лично я мог только в постели с женой и три раза в неделю на занятиях с Финь Ю. Учителя я попросил сместить начало практик ближе к ночи, так как…хм… приставать с ласками к жене под утро не очень удобно. А так я с некоторым сожалением, когда подходило время, чмокал ее в коралловые губки, желал спокойной ночи и уходил в состоянии полусна на контакт с учителем. Свента понимала и не обижалась на меня. Во-первых, она могла компенсировать недостаток внимания в оставшиеся четыре ночи, а во-вторых, по-моему, ей хватало и того, что муж про нее не забывает – она по-прежнему любима и желанна.

На тренировках учитель стал уделять больше внимания построению узоров и защите. После слияния мне уже не требовалось тянуть нити магии из тумана. Этот этап был пройден и чуть ли не забыт: данный способ теперь казался медленным и неловким, даже немного неуклюжим. Вместо нитей теперь использовались линии и узлы структуры, которые, подобно трубочкам и бокалам, заполнялись магией. Толщина трубочек целиком и полностью соответствовала замыслу целителя и зависела от его способности плотно набить их энергией. Намотать такое же количество нитей, чтобы получить сходный по мощности узор старым способом, выплетая нити даже с помощью двадцати магических «рук», было просто нереально. По-новому строить объемный узор выходило гораздо удобнее и проще: надо всего лишь вспомнить его структуру в деталях или сконструировать из готовых блоков, актуализировать его в реальности, то есть вывести из сферы идеального (воображения) в область магического пространства, и заполнить энергией. Если представить процесс в виде грубой аналогии, то необходимо, как из детских кубиков, построить узор в голове, затем «выдохнуть» (вытолкнуть) его вовне. В зависимости от собственного объема, он зависнет перед магом на расстоянии от двадцати сантиметров до пяти метров. Расстояние может быть и больше, но я таких крупногабаритных узоров еще не делал. Затем остается пустяк – заполнить, то есть запитать, узор магической энергией.

А вот тут места для нитей, как я уже говорил, нет. Учитель показал мне, как закрутить рассеянную в пространстве магическую энергию в нечто похожее на смерч, который, вращаясь с бешеной скоростью, скручивает и уплотняет большие объемы магической энергии. Ножку смерча вставляем в любой узел структуры, и весь узор быстро заполняется концентрированной магической энергией. Плотность при этом достигается такая, что никаким нитям и не снилось. Как быстро сформируется и какой мощности получится узор, зависит от величины воронки, которую маг способен создать, объема узора и длительности процесса концентрации энергии в нем. Яркость и насыщенность линий – показатель уровня концентрации магической энергии в узоре. Если перестараться и влить слишком много в линии недостаточной толщины, то может случиться такой бабах… В общем, понятно, почему старые целители, пережившие войну, скрывают подобное знание. Или, во всяком случае, не развивают методики быстрого обучения, если, конечно, сами знают их, в чем я искренне сомневаюсь.

Все как всегда – осторожная старость, имея возможности, влияние и ресурсы, но опасаясь нежелательных последствий, не дает безрассудной юности двигаться вперед. Это во мне уже беседа с генералом подсовывает ответы, толкуя данные в его пользу. Но если не рисковать, то ничего и не добьешься. Если не ходить в лес из опасения встретить медведя, то останешься без дичи, грибов и ягод. А также без избы, дров и многого другого. А вдруг старики в чем-то правы и можно прожить без грибов? В крайнем случае вырастить нужное количество шампиньонов, и ладно? Эх, зачем генерал взвалил на меня эту ношу? Как хорошо было раньше: сунешь голову под одеяло – и страшный Бука уйдет, тебя не заметив, а если ты не знаешь о том, что Бука существует, то даже прятаться необязательно.

В общем и целом, магия, которой теперь учил меня Финь Ю, отличалась от прежней, как уроки каллиграфии – от книгопечатания. Если раньше приходилось, пусть очень быстро и для самого себя незаметно, но все-таки плести узор, спаивая или связывая кончики нитей, как бы вычерчивая скорописью каждую буковку узора, то теперь можно одним оттиском отпечатать целую страницу. Разумеется, при конструировании новых, неизвестных ранее узоров приходилось «набирать текст вручную» из литеров, не говоря уж про изобретение новых символов алфавита магии, где без нитей не обойтись.

Конечно же и здесь были свои ограничения. Например, проникающий огнешар теоретически можно было так забить энергией, что он прошьет планету насквозь. Однако будет он размером с королевский дворец и заполнять его придется, я прикинул, в течение пяти лет моего субъективного времени. Причем прерываться на поесть-попить-поспать нельзя. Пока нельзя. Потом, по мере совершенствования мастерства, можно будет, но зачем мне пять лет создавать проникающий огнешар?

И последнее. Готовый узор можно оставить на месте и отойти в сторону. Можно метнуть, просто толкнув собственной магической структурой, как рукой, и на ту же дальность, а можно использовать вспомогательные узоры, исполняющие роль пружины или тетивы арбалета, катапульты или пращи. Здесь разницы со старой методикой нет никакой.

В защите Финь Ю акцентировал внимание в первую очередь на использовании навыков рукопашного боя. Он убедительно доказал мне, что зачастую самое эффективное – уклониться от атаки, если такое возможно, или даже просто сбежать, если заведомо ясно, что противник сильнее. Героизм стояния до конца в подобной ситуации, внушал мне Финь Ю, оправдан только в одном случае – когда за твоей спиной нечто такое, что требуется защитить любой ценой. Он настойчиво развивал во мне здоровый прагматизм, убеждая на примерах, что далеко не всегда можно победить в конкретной схватке, но, временно отступив и собравшись с силами, набравшись ума, можно вернуться и выиграть войну. Чести не нанесен урон, если в результате победил ты. Он убеждал меня, что война – не рыцарский турнир и не спортивное соревнование, поэтому не следует благородно ждать, пока твой противник подготовит удар или повернется к тебе лицом. Короче, бей первым, если это возможно.

Против магических атак Финь Ю рекомендовал строить щиты только в случае, если нет иного способа нейтрализации угрозы. В первую очередь следует попытаться собственным узором-взломщиком парализовать работу логического блока враждебной структуры или, если удастся, полностью уничтожить этот блок. Без головы, говаривал учитель, только курица бегает, а магия без управления моментально разрушается и рассеивается. Правда, иногда с нежелательными последствиями в виде, например, взрыва или резкого охлаждения окружающего пространства.