Чтение онлайн

Ее глаза расширились, когда она покачала головой.

— Нет, нет, нет. Не беспокойся. Ты король. Тот, кто следит за соблюдением законов, которые касаются омег. Законы, которые удерживают нас в этой засохшей пустыне.

Она была явно расстроена, но, черт возьми, если я знал, почему. Потому что понял, что допустил ошибки в нашей стае? Потому что демонстрировал уязвимость заботой?

К черту все это.

— Король не должен заботиться обо всех своих людях? — злобно я прорычал.

— Больше похоже на то, почему тебя это стало волновать сейчас?

Я встал, намереваясь заблокировать ей путь. Ее ритм действовал мне на нервы. Но вместо этого ее тело сотрясалось от нового спазма течки. Я чувствовал соблазнительные волны даже в нескольких футах. И ее запах снова заполнил мои чувства, заставляя мой член затвердеть, а мои бедра выступили вперед.

Моя. Пара. Овулирует.

— Нет, отойди!

Зилина протянула руку, чтобы отогнать меня. В моей голове промелькнуло проигнорировать это и в любом случае притянуть ее к себе. Но затем она добавила:

— Мне нужно разобраться с этим. Если ты прикоснешься ко мне, я перестану соображать. Моя голова наполнится надеждами и фантазиями о том, как все может быть. Я не могу иметь будущего. Так что просто… отойди. Потому что мне нужно… Мне нужно понять тебя.

У меня было чувство, что нам понадобится много-много лет, чтобы понять друг друга. Зилина жила жизнью, отличающейся от моей. Но если ей нужна ясность, это то, чего она хочет, я, черт возьми, дам ей это.

— Моя мама была омегой.

Зилина подняла голову, чтобы посмотреть на меня.

— Я знаю. Все знают, что королева была омегой. Но это было до Раздела.

— Да. Но ты не знаешь, как она умерла.

— Конечно знаю. Она заболела и ее не смогли вылечить. Даже при наличии новых технологий.

Я покачал головой. Зилина знала, что сказали стае о смерти королевы. Но эта история не была правдой.

Я проглотил боль в горле.

— Ложь. Мой отец приказал, чтобы никто за пределами нас двоих никогда не знал правду. — И до сих пор я хранил эту тайну. — Моя мама была убита во время войны омег.

— Так же, как и моя, — выдохнула Зилина.

— Ее убийца, Гаррет… — я выплюнул его имя, как яд, — …был омегой с властью. Ближайший советник моего отца, а также мой дядя.

— Королева была убита своим собственным братом? — Ужас в голосе Зилины отразил чувство, которое я хранил в своем сердце все эти годы.

— Мне было всего семь лет. Иногда я пытаюсь вспомнить, как она выглядела, но это было так давно.

Зилина обхватила свое горло одной рукой, а другой сжимающуюся от боли грудную клетку. Ее течка была беспощадна, но ей нужно было это услышать. Необходимо. И я бы не стал ей отказывать.

— Гаррет хотел союза с людьми. Он думал, что разнообразие сделает нас сильнее. И, возможно, он был прав. Но мой отец не согласился. Отец боялся, что люди хотят только наши технологии. Они отчаянно пытались выжить после Великой пыльной бури. Он подумал, что когда они обнаружат, что мы перевертыши, мы будем стерты с лица земли за то, что стали другими.

«У людей есть собственный король, его зовут страх», — говорил мой отец. И он не ошибся.

— Гаррету было приказано отступить. Вместо этого он предал нашу стаю. Гаррет пошел к людям и показал, кто мы есть. Люди не могли устоять перед очарованием контроля над существами, которые были отчасти животными, и использовали Гаррета, чтобы подобраться достаточно близко, чтобы начать подпольную атаку на замок.

— Атака, которая начала войну омег. Самая первая.

Я кивнул.

— Они собирались схватить моего отца, зная достаточно о том, как мы существует, что стая была бы беззащитна без их альфы. Но вместо этого они нашли мою мать одну в постели и взяли ее в заложники.

— Аделай… — ее губы в первый раз произнесли мое имя, и это звучало как чистая агония.

— Они не прошли мимо охранников замка. Гаррет понял, что совершил ошибку, доверяя людям, но было слишком поздно. Волк моего отца загрыз людей. Всех кроме одного. Того, кто поднес нож к горлу моей матери.

Я посмотрел на Зилину, ее глаза слезились от того, что, как она знала, грядет. Она была омегой. И я провел большую часть своей жизни, называя ей подобных изменниками. Предателями. Потратил всю жизнь на ненависть к ним. Но в этот момент я не мог ее ненавидеть.

Я не мог ненавидеть никого из них.

Если бы Гаррет был бета, в Бесплодных землях жили бы они. Если бы он был альфой, возможно, у нас вообще не было бы короля. Возможно, я бы голодал в пустыне.

— Моя мама не выжила. И Гаррет тоже. Единственным выжившим после этого инцидента был мой отец. И ты знаешь, что случилось потом.

— Он объявил войну омегам.

Я кивнул. Первая гражданская война в нашем роде. Это превратило наши лучшие качества в худшие. Он разделил нас, сделал нас врагами и лордами. Мы назвали это стаей, но Зилина была права. Мы стали чем-то другим.

Она вздохнула.

— Теперь, ты здесь, в ловушке с женщиной, которую ненавидишь.

— Ненавижу?

Я втянул ее запах в свои легкие, чувствуя, что это может сделать меня непобедимым.

— Я не ненавижу тебя, Зилина.

Я сделал шаг вперед, прижав ее к стене. «Прикоснись, попробуй, докажи». Мой внутренний волк ударил меня по груди, склоняя меня к своим желаниям.

— Ты ненавидишь то, кем я являюсь.

Моя рука выскочила, быстро прижимая девушку к моему телу, когда я прижал ее к стене своими бедрами, мой твердый член скользил по ее животу в знак предупреждения.

— Может быть, когда-то так и было.

Зилина захныкала, свежий пот покрыл ее пронизанное течкой тело, и она извивалась в моих объятиях. Да-аа.

— Но сейчас… теперь это нечто другое. Что-то сильнее, чем ненависть. Сильнее меня или моей воли. Мой отец создал Разделение из ненависти. Я собираюсь разрушить его из-за любви.

Я наблюдал, как ее лицо менялось, словно падающая стена, кирпичик за кирпичиком, открывая скрытый сад, пышный и живой от чувства. И там было то желание, о котором она говорила, чтобы стать лучше, быть лучше. Хотеть лучшего. В ней было так много любви, скрытой за этой стеной. Я хотел, чтобы хотя бы часть этого была моей.

Но Зилина покачала головой, из ее губ выскользнул болезненный стон, когда ее ногти впились в мое плечо.

— Это моя течка.

Я облизал ее шею, останавливаясь на ее тонком ухе.