Его запретная омега
Шрифт:
Это все изменит?
Нет. Я король, и теперь еще более важно, чтобы я занимал эту должность сейчас, когда на карту поставлено так много. Разбитая стая, которую нужно собрать обратно. Пара, которую нужно ценить и оберегать. Мой принц в ее животе. Если он еще не там, то скоро будет. Я позабочусь об этом. И они будут чертовски защищены, даже если это будет последним, что я сделаю в этом мире. Она, ее семья и все остальные омеги, которые хотели, чтобы стая снова стала одним целым.
Дэггер теперь знает правду. Было проще, чем я думал, заявить о своих намерениях одному из моих самых доверенных людей. Но как заявить об этом всей стае. И какую угрозу омеги-мужчины представляют для города сейчас? Я понятия не имел, будут ли они счастливы вернуться под защиту своего короля альфы, или они будут бунтовать еще больше. Я не знал, можно ли им доверять или я должен использовать свой авторитет как оружие.
Но ничего из этого не имело значения сейчас. Во-первых, мне нужно убедиться, что женщины в безопасности. Затем я разберусь со своими людьми и законами.
Руки Зилины сжали мою шею, когда я покатился по сухому песку, поднимая облако пыли. Жар от ее киски обжигал мою спину, где она старалась не ерзать. Я мог сказать, что она страдает, и мой волк хотел остановить все и позаботиться о ней, но это было слишком опасно.
Скоро. Скоро мы вернемся в замок, и я успокою ее. И она успокоит меня.
Именно это, не так ли? Это именно то, что моя омега делает для меня. Всю свою жизнь я чувствовал неровные края, которые составляли мою душу, мое существо. Я знал, что они были там, и принял их. Принял чувство незавершенности, которое мучило всех нас, и обвинил его в неспособности изменится.
Но мне было нужно не только мое животное. Я скучал по другой половине меня, моей половине. И теперь я нашел ее. Она заполнила грубые пятна, чтобы я мог быть целым.
Я думал о своем отце и матери, когда бежал по пустыне. Это имело смысл, что мой отец стал таким холодным после ее потери. Без нее он был чем-то совершенно другим. Это имело смысл, почему он требовал Разделения, даже если это было неправильно.
И это имело смысл, что именно я соберу нас всех вместе.
Король, которым я был до Зилины, не мог этого сделать. Но кем я был сейчас… это был тот, кем я должен был быть.
Яростный рев ударил меня по ушам — достаточно близко, чтобы звук был не только у меня в голове, — и я знал, что мы не сможем пройти через Бесплодные земли без боя. Остановившись, я снял Зилину со спины, а Дэггер и Тавия окружили ее. Вместе мы образовали щит, и как раз один за другим рычащие омеги-волки рыскали по песку приближаясь к нам.
Зилина испустила болезненное хныканье, и я почувствовал ее тепловой пульс в воздухе.
— Аделай… — Ее голос был тонким от предупреждения.
Непосредственная близость других мужчин делала все еще хуже.
— Не перекидывайся. — Голос Тавии пронзил наш разум. — Что бы ты ни делала, Зи, ты не можешь перекинуться.
— Почему? — спросил Дэггер.
— Если она перекинется, ее волчица будет главной, — ответила она. — И с течкой, она, вероятно, будет бороться с нами, чтобы добраться до мужчины.
Я издал громкий рык.
— Только через мой чертов труп.
— Нет, — выдохнула Зилина. — Нет, я не буду. Я хочу… Аделая. Аделай мой.
Ее заявление меня успокоило, но только немного.
— Не перекидывайся, — повторила Тавия, ее тон звучал в моей голове.
Омеги-волки приблизились, когда мой разум попытался найти решение для борьбы с ними. Но их было так много. Двадцать. Может тридцать. Это была их собственная стая рычащих бешеных зверей, и они хотели только одного.
Они хотели то, что принадлежит мне.
Неприемлемо.
Оставалось сделать только одно. Только одно решение.
Мой волк рыл песок, когда угрожающий рык покатился по моей груди и сквозь клыки.
«Убить их всех».
Я бросился на ближайшего волка, хватаясь за его шею, в то время как Дэггер использовал свой пистолет, чтобы дать отпор тем, кто был слишком смел для их же блага. Позади я слышал, как волчица Тавии лает на своих мужчин, которые слишком близко подошли к Зилине. Но омеги не прекращали прогрессировать. Скоро ей тоже придется драться, и моя роза останется одна.
Один за другим я сражался с приближающимися волками. С Дэггером рядом со мной мы отбросили их назад. И каждый визг, когда мои клыки пронзали мех и кожу, был неописуемым удовольствием. Кровь моих врагов…
— Нет. — Голос был слабым, но я слышал ее через рев толпы в любой день. — Нет, — воскликнула Зилина, — не убивай их.
Не убивать их? Они хотели забрать ее у меня, а она просила пощады?
— Не слушай ее, — сказала Тавия. — Убей их, или они убьют тебя.
— Они не твои враги, — утверждала Зилина. — Как… как ты соберешь нас вместе… если… ммм… если мы будем продолжать сражаться?
— Роза, они хотят тебе навредить, — прогрохотал я, рыча вокруг горла мужчины, которого проколол.
Волк бросился со стороны, и единственным предупреждением, которое я получил до того, как его клыки врезались в мой бок, был испуганный вздох Зилины. Я взревел, выпустив другого волка, и повернулся к тому, кто напал на меня. Дэггер был там, чтобы дать отпор остальным, и Тавия нырнула на одного, пробирающегося со стороны.
Но это было бесполезно.
Их было слишком много.
Слишком много сумасшедших мужчин. Слишком много злости на того, кем я был. Слишком много и слишком сильно.
Крик Зилины пронзил воздух, густой от феромонов, но борьба продолжалась. Кровь пропитала мой мех, и я не знал, моя она или нет. Только то, что я хотел пролить как можно больше, прежде чем упаду.
В голове я услышал новые голоса…
— Мужчины вышли из-под контроля. Защищайте короля и его пару.
— Воевать с нашими? Мы не можем этого сделать.
— Хотите мира? Если да, то защищайте короля. Защищайте его пару. Это единственный способ.
Я не узнал голоса, но они не хотели навредить Зилине, и это было все, что имело значение.
Понемногу омеги-волки начали успокаиваться, даже если их рычания не оседали. Некоторые из них даже отступили. Тавия замолчала, и Дэггер выпрямился, чтобы оглянуться, широко раскрыв глаза от увиденного.