Чтение онлайн

Скрежет. Едва слышное пофыркивание. Из отсека выкатилась Эспра. Большой металлический параллелепипед на гусеничном ходу. Тёмный, угловатый, с трубками и сочленениями. Множество глаз на тонких гибких стержнях выдвинулись из корпуса, завертелись, осматривая периметр.

Пшшшшш! Эспра выпустила облачко пара и запахло кофе. Свежемолотым, крепким. Посреди дождя и бетона.

Один из стражей порядка первой группы, который ещё остался в строю, медленно вжал кнопку рации.

— База… — голос у него был какой-то потерянный. — У меня тут… дарг, огурцы, мглистые косули и… кофемашина. Живая. Повторяю — живая кофемашина. Пришлите психиатра. И патронов. А лучше — вертолёт.

Кью оглядывалась по сторонам. Шерсть топорщилась, мышцы под ней подрагивали. Но красные глаза уже чуть потускнели — успокаивалась.

Я подошёл ближе. Положил ладонь на шею. Шерсть жёсткая, тёплая. Под пальцами — ровный пульс.

— Спокойно. Они не опасные. Просто пугливые и раньше не видели косуль.

Кью фыркнула. Вроде как согласилась.

Хорошая девочка. Так много новых людей, а никого не растоптала. Хотя могла.

Эспра подкатилась к нам. Глаза-перископы — тонкие гибкие стержни с линзами на концах — вертелись в разные стороны, оглядывая взлётку. Новое место. Новые люди. Один глаз уставился на поручика. Тот отшатнулся.

Я подошёл к ней. Слегка постучал по металлическому боку — гулкий звук разнёсся по взлётке.

Достал из сумки алюминиевую банку с зёрнами. Поставил сверху на корпус.

Броня моментально поглотила подношение. Банка исчезла внутри, и воздуха огласился хрустом — звук был такой, словно кто-то перемалывал кости. Сама Эспра довольно загудела.

Линзы на стержнях снова повернулись ко мне. Благодарила? Или просто проверяла, нет ли добавки?

Поручик за спиной издал какой-то сдавленный звук.

— Она… она это съела?! — голос офицера был буквально пропитан шоком.

— Не бойтесь, — я пожал плечами. — Она жрёт только металл и арабику. Человечина ей в фильтры забивается.

Кто-то из мундиров отступил на шаг. Другой вцепился в автомат так, что побелели костяшки. Третий — тот, что в самом начале пытался завести машину, сполз по сиденью вниз, стараясь скрыться из виду. Четвёртый завистливо покосился в сторону здания аэропорта, гже уже скрылся «Красный Нос». Видать, тоже захотел на пенсию. Пчёл разводить.

Эспра выпустила облачко пара. По взлётке поплыл запах свежемолотого кофе.

— Шеф? — Гоша подскочил, едва не наступив мне на ногу. — Я тоже кофе хочу! Чёрный и крепкий. Чтоб прям на пафосе!

— И мне, — зевнула Арина. — Двойной. Чтоб проснуться наконец.

— А я лучше чай, — буркнул Сорк, скрестив руки на груди. — От кофе изжога. А от этого — ещё и паранойя может начаться.

Пикс молчал. Стоял чуть в стороне и с опаской разглядывал Эспру.

— Я чёт не хочу, — наконец выдавил он. — От кофе у меня уши дёргаются.

К косулям он почти привык — животные, пусть и мутанты. А вот живая кофемашина гоблина мощно впечатлила. Это что-то, чего он пока не мог разложить на понятные компоненты.

Эспра зашипела, выдавая порции. Сначала мне. Потом Гоше. И наконец Арине.

Полицейские наблюдали. На лицах — выражение людей, которые видят что-то невозможное и пытаются убедить себя, что это сон. Один вон щипал себя даже.

Кофе был разлит по стаканам. Эспра довольно пофыркивала. Пора было заканчивать этот цирк.

Северцев, который всё это время молча смотрел со стороны, заметил мой взгляд. Истолковав его абсолютно верно — чуть помедлив, майор коснулся пальцем виска. На миг прикрыл глаза.

Мой телефон пискнул. Уведомление от «Империя: Документы». «Контроль пройден. Удачной дороги!»

Бюрократия. Даже при наличии живой кофемашины — сначала галочка в приложении.

Дальше затягивать местные стражи порядка не стали. Даже подождать, пока мы допьём кофе не захотели. Сразу свалили оттуда нахрен.

Мы же двинулись к зданию аэропорта. Через взлётку, мимо грузовиков,и грузчиков и техников. Те старательно пялились куда угодно — от неба до своих ботинок. На всё кроме нас.

Внутри терминала было не лучше. Тусклые лампы под потолком, половина из которых мигала. Обветшалый ремонт. Потасканные люди в истрёпанной одежде. Странная формулировка, вообще. Как я так, сложил «потасканные» и «люди». Могу поспорить, Фрейд бы нашёл, что по этому поводу сказать. А может всё не так плохо и я мог ждать реплики от Сократа.

Сейчас я топал впереди процессии. Рядом — Кью. За нами — остальные. Эспра замыкала процессию, погромыхивая по плитке.

Уборщица со шваброй замерла посреди зала. Швабра выпала из рук и грохнулась на пол. Вот женщина даже не моргнула — так и стояла с открытым ртом. Живые скульптуры — хит сезона. Производитель — «Щенки Косуль».

Мужик в деловом костюме вжался в банкомат. Прижал к груди портфель, будто тот мог его защитить.

— Мама, смотри какая собачка! — ребёнок лет пяти ткнул пальцем в Кью.

Женщина схватила его за руку и утащила прочь. Быстро. Не оглядываясь.

— Смотри, шеф! — Гоша ткнул меня кулаком в бок. — Они нас боятся! Значит, уважают! Или воняет от нас после перелёта.

Красная дорожка всё-таки была. Только вместо бархата — чужие взгляды.

Арина шла рядом, крутя головой по сторонам.

— Жаль, не на стриме, — сокрушённо вздохнула блонда. — Контент же пропадает.

Геоша вдруг сунула морду в чью-то оставленную сумку. Гоша зашипел, оттаскивая её за шею.

— Куда?! Ты чё творишь? Будь культурной косулей! — шипел ушастик. — Зыришь, у Тони Кью даж не стырила ничё. Давай ты тоже не будешь, а? Ну как гоблина тя прошу.

Арьен старалась держаться по центру нашей небольшой компании. Капюшон надвинут низко, лицо в тени. Чтобы не привлекать внимания. Пока работало.

Вот и стоянка. После спёртого воздуха терминала дождь показался почти приятным. Почти.

Транспорт ждал около самого выезда. Здоровенная фура с двумя контейнерами на прицепе. Первый — пустой. Второй -для наших особых пассажиров.