Чтение онлайн

Краска на бортах облупилась, но движок ровно гудел. На борту виднелась выцветшая надпись: «Грузоперевозки. Дорого. Быстро».

Рядом с кабиной стоял мужик лет пятидесяти. Усы, кепка неопределённого цвета и взгляд человека, который видал всякое.

Он посмотрел на нас. Глянул на косуль. Секунд пять рассматривал Эспру. Наконец уставился на меня.

— Так, — протянул он, о чём-то думая. — Зверьё в кузов. Железяку туда же.

— Михалыч? — уточнил я, вспомнив имя водителя с которым договаривался.

— Он самый. — Мужик сплюнул в лужу. — Аванс на бочку. Если меня сожрут — оставшиеся деньги жене. Адрес в бардачке.

В качестве аванса он попросил пятьдесят процентов. Разумно, на самом деле. На его месте я бы попросил все сто. И страховку жизни.

Забрав пачку банкнот, он принялся быстро пересчитывать. А Тогра прислонилась к борту, разглядывая водителя.

— Смотри, — зашептала она, толкнув Айшу плечом. — Не убежал. Устойчивый.

— Или тупой, — отозвалась та. — Посмотрим.

Косули запрыгнули во второй контейнер, который был слишком далеко от двигателя, чтобы заглушить электрику. Кью — первая, Геоша — второй, следуя за лидером. Эспра вкатилась третьей, оставив борозды на подъёме.

Михалыч проводил её взглядом. Вздохнул.

— Никогда таких не возил. Ну да ладно, — качнул головой мужчина. — Но если эта хрень мне контейнер прожрёт — доплатите за ремонт.

Мы загрузились в микроавтобус, который прибыл за нами самими. Водитель забрался в кабину своего грузовика. А спустя десять секунд мы уже выезжали на дорогу.

Час тряски и унылых видов. Поворот на совсем разбитую дорогу, где от асфальта остались только воспоминания. А потом грузовик впереди дёрнулся в последний раз и вообще замер.

— Всё. Конечная, — заявил выпрыгнувший из кабины шофёр. — Я к этой помойке ближе чем на двести метров не подъеду. В прошлый раз из пулемёта долбанули. Пришлось дыры в контейнере латать.

Мы выгрузились. Мелкий дождь снова капал — противная морось оседала на лице холодной плёнкой. Косули выпрыгнули из контейнера, встряхнулись. Недовольно зафыркали, кося взглядами. Эспра выкатилась следом, поводя перископами по сторонам.

Михалыч уже захлопывал дверь кабины.

— Удачи, смертники! — крикнул он. — Обратно, если выживете, со скидкой закину. За вывоз тел, если что тариф двойной. По частям — тройной!

Фура развернулась и рванула прочь, обдав нас на прощание порцией выхлопных газов.

Я огляделся. Первое впечатление — нас кинули. Высадили на свалке металлолома.

Ворота ЦОТ-52 выглядели так, словно их собирали пьяные гоблины из того, что спёрли на ближайшей стройке. Металлические ржавые створки, — краска держалась исключительно на силе привычки и кое-где. Надпись над ними, проверку временем не выдержала. Сейчас я смотрел на вариант с «Ц…Т…2».

В Царьграде стена была монолитом. Бетон, сталь, пулемётные турели, ракетные установки, выдвижные стальные копья на случай прорыва. Здесь — бетонные плиты, поставленные кое-как и без усердия. Щели между ними такие, что кулак просунешь. Или пролезешь целиком, если худой.

Сверху провисла колючая проволока. На одном из витков болтался кусок чьей-то шкуры — сухой, мумифицированный. То ли мутант, то ли незадачливый турист. Висел точно давно. Снимать всем было лень.

Гоша присвистнул, задрав голову.

— Зырь, шеф! Они даж сувениры не собирают, — качнул головой гоблин. — Зажрались.

— Провинция, — хмыкнул Сорк, поправляя цвергскую кепку. — Бюджеты пилят везде, но тут даже опилки не убирают.

— Убожище, — поморщилась Арина. — А не провинция. Такое только от людей прятать. Или выжигать огнемётами.

Вообще, есть и третий вариант. Сделать так, чтобы всё было красиво, а люди жили хорошо. Одна проблема — то было нужно только самим людям. Ну и оркам с эльфами и прочими расам. Тогда как решение принимала иная раса — бюрики. С автоматическим зачислением после занятия определенной должности, десяти полученных взяток и пяти лишних килограмм на пузе. Соответствуешь трём категориям? Добро пожаловать и держи ментальный паспорт! Можешь жрать обычных людишек, после радостно лгать в глаза их родственника.

Ладно. Назад мы точно не полетим. Только вперёд. Значит нужно топать. Что, я собственно и сделал — двинул к ржавым створкам.

Взгляд сразу же зацепился за две вышки по краям ворот, которые дополняли картину. На одной прожектор разбит — стекло торчало осколками. У второй нет ограждения.

В Царьграде Выплеск уткнётся в стену и сдохнет. Здесь — пройдёт насквозь и не заметит. Хотя территория больше конечно, твари расползаются. Выходят по одной или мелкими группами. Не волной. Может, поэтому и держатся.

Полиция на воротах была под стать укреплениям. Трое бойцов в боевых доспехах. Только вот модели старые — такие носили ещё при деде нынешнего императора, думаю. Краска облезла до металла, сервоприводы скрипели при каждом движении. У одного наплечник держался на синей изоленте. Вечной и нерушимой, как тяга бюриков к баблу.

У ближайшего забрало отсутствовало. Его просто не было. Лицо открыто — серое, небритое, с мешками под глазами. Из открытого шлема пахло перегаром и машинным маслом.

В Царьграде мундиры всё делали не снимая доспехов. Сканирование, проверка, оформление — без подъёма забрала. Не прибегая к внешней технике. Здесь — планшет с экраном, разбитым в паутину, и пальцы, которые в него тыкают.

Старший, с тем самым планшетом, шагнул к нам. Тяжёлый, бронированный. Голос из динамика шлема — хриплый, с помехами.

— «Огурцы»? Нас предупредили, — продолжил он, не дожидаясь ответа. — Документы.

Я протянул свой планшет с кодом. Офицер отсканировал. Подождал, пока его устройство пискнет.

— Так. Сталкерский отряд. — Он посмотрел на косуль, которые уже начали обнюхивать бетонную стену, выбирая, где бы её пометить. Потом на Эспру. Поднял забрало. — Зверьё ваше? Кофемашина тоже? Боевая?

— Стратегическая, — улыбнулся я. — Варит эспрессо такой крепости, что мёртвые просыпаются.

Офицер хмыкнул. Уголок рта дёрнулся — первая эмоция за весь разговор.

— Ладно. Кто резидент — проходите, — махну он рукой. — Остальные — к терминалу. Получать карты.

Я, Гоша, Сорк и Арина прошли сразу. Остальные двинули к аппаратуре.