Эх, Люба, Любонька!
Шрифт:
– Это просьба или приказ?
– Приказ!
– Вот и вырази его в форме шлягера. Если мне понравится, то подчинюсь, если нет, то...
– Есть песня, есть!.. Тебе отдам, не волнуйся... Только никаких детей!
– Знаешь, я не очень устала. Так что ты можешь озвучить свое творение. А я удовольствием послушаю...
Композиция Любе понравилась. Настоящий хит. На такой песне, как на облаке, можно долго парить на звездном небосклоне. А падать она не хотела. Но уж лучше свалиться с пьедестала в объятия Рэма, чем пасть в постель продюсера. Рэм для нее все, и она никогда не изменит ему. Ни с кем, даже с Фимом...
2
Леся не искала Фима. Но нашла. Совершенно случайно. Заглянула с Толиком в элитный ночной клуб, а там Фим. Здесь он работал в качестве диджея. Неплохо это у него получалось. Бабье млело и от него самого, и музыки, которую он крутил. Леся тоже колбасилась. И от Фима она балдела, и от «снега», которым еще с вечера запорошила себе мозги. Но на сцену к нему не лезла. Хоть и под кайфом она, но голова соображает...
Под допингом время летит быстро. Леся и не заметила, как пролетела ночь. В пятом часу утра Фим свернул свою музыку. Зал опустел. Леся тоже вышла на улицу. Вместе с Толиком села в машину. Она хотела Фима и не скрывала этого.
– Ревнуешь? – зевая, спросила она.
– А чего? – пожал плечами Толик.
– Ну а если я с ним буду?
– Я тебе чо, муж?
Толик ее совершенно не ревновал. Даже слова не сказал ей после того, как она из-под Игната вылезла. Да и как он мог что-то сказать, если всю ночь его подружкой зажигал. Вот веселуха была. После той сумасшедшей ночки Леся снова подружилась с Игнатом. Что не помешало ей выставить его за дверь вместе с подружкой.
– А если я уйду к нему?
– Тогда я тебя убью... – совершенно спокойно сказал Толик. – И его тоже...
Убить он мог, в этом Леся не сомневалась. За это она его и ценила. И пинком под зад выставлять не собиралась. Во всяком случае пока... А Фим ей не нужен. Зачем ей этот слюнтяй. Разве что тряхнуть с ним стариной...
Фим вышел из клуба в гордом одиночестве. Сел в свою машину. «Фольксваген-Пассат» у него – ну да, он же неплохо поднялся на проститутках. На годы вперед бабла хватит...
Леся поехала за ним. Для начала она хотела узнать его адресок. У него на хвосте въехала во двор типичной для Москвы многоэтажки... А чего ждать завтра, если этоможно сделать сейчас?.. Леся зашла в подъезд вслед за ним. Он в лифт, она тоже.
Ей ничего не стоило изобразить удивление:
– Фим, ты!!! Вот это да!
– Леся?! – Он же был изумлен не на шутку. В глазах испуг, как будто привидение увидел.
– Ты ко мне? – спросила она.
– К тебе?!.. С чего ты взяла?
– Ну как же, я здесь живу, – соврала она.
– Да ладно... На каком этаже?
– На последнем... Странно, высоко сижу, далеко гляжу, а тебя только сейчас увидела... А ты купил квартиру или снимаешь?
– Снимаю...
– Я тоже... Проблемы у меня...
– Какие?
Лифт остановился, створки раздвинулись.
– А пошли к тебе, расскажу...
Леся по-хозяйски взяла его под руку, вышла с ним на лестничную площадку. Это ему не понравилось.
– Я не один... – вырываясь, сказал он.
– Так я и Гошу давно не видела...
– Ты не поняла, я не один в том смысле, что у меня подруга...
– Так что, Гоша сейчас с ней?
– Какой Гоша? Нет никакого Гоши! И Владика нет... Они сами по себе, я сам по себе... И ты сама по себе...
– А если я с тобой хочу?
– Я не хочу этого!
– Зачем ты это сказал? – нехорошо посмотрела на него Леся.
Фим внутренне сжался. Он боялся ее.
– Я хотел сказать, что не хочу возвращаться к старой жизни... Мне нравится то, чем я сейчас занимаюсь. Мне нравится девушка, с которой я живу... Лесь, оставь меня, по-хорошему прошу!
– А ты меня по-плохому попроси. Опрокинь меня силой и проси, проси!..
– Когда ты за ум возьмешься?
– Ты уже взялся?
– В том-то и дело... Я и сутенером у тебя был, и трупом работал, и в тюрьму чуть не загремел... Может, ты отстанешь?
Фим недоговорил. Раздвинулись створки лифта, и на лестничную площадку вышла девушка – свежая эффектная блондинка. Леся не могла не узнать ее. Это была Алика, двойник певицы Любоньки.
Сейчас Алика под Любку не косила. Волос короткий, макияж обычный, не корректирующий. И стиль у нее совсем иной. Любка хоть и стерва, но вульгарщины в ней ни на грамм. А эта одета крикливо-вызывающе – выглядит, как проститутка средней руки. Глаза блудливо блестят, на смачно накрашенных губках пьяная улыбка.
– Фим! – жеманно закатывая глазки, проворковала она.
Протянула руки, чтобы обвить ими его шею. Но он ее грубо оттолкнул.
– Где ты шлялась?
– Фим, ну мы с девочками... Я же не думала, что ты так рано будешь...
– Ничего себе рано!.. Ладно, поговорим! А ну давай, домой!
– Ой, правильный нашелся! Я погляжу, ты тоже не один! Наконец-то она обратила внимание на Лесю. Не сразу, но узнала. – Ты-ы? – удивленно протянула она.
И радость встречи в глазах, и страх одновременно. Очень широкая гамма чувств.
– Где ты шлялась? – тем же тоном, что и Фим, спросила Леся.
– А тебе-то что?
– Любонькой своей торгуешь?
– Я?! Нет... И не думаю... А Любонька – звезда... За нее много бы дали... А ты что, снова открываешься?
– А ты хочешь?
– Ну... – в раздумье протянула Алика. Опасливо глянула на Фима и отрезала: – Нет!
Гордо расправила плечи. Нате, смотрите, какие мы целомудренные!
Фим тем временем открыл дверь и чуть ли не силой протолкнул Алику в темноту прихожей. Леся была не прочь последовать за ней. Уж очень заинтриговал ее этот тандем – сутенер и проститутка.
Она устремилась вслед за Аликой, но Фим перегородил ей путь.
– Куда?
– К тебе...
– Не до тебя, – скривился Фим.
– Что, загуляла твоя лялька? – язвительно усмехнулась Леся. – Ты в ночь, и она в ночь, да?
– Не твое дело!
– А чего это ты с нею закрутил? Любку хочешь, да не можешь, да? Так хоть с этой, да?
Видать, серьезно Фим вляпался в Любку. Раньше измывался над ней, как хотел. А потом вдруг проняло, на амуры потянуло. А Любка от ворот поворот ему дала. Вот Фим на ее заменитель и перешел... Да, страсти-мордасти...